додумать ответ за неё, — Ты лучше парня себе уже найди! Думаешь я не знаю, что ты ночью делаешь? Свет ведь горит, а окно находиться, если ты не забыла, прям напротив моего, — он поиграл бровями.
Все улыбнулись после слов Ми́лана и продолжили смотреть, что будет дальше.
— Нет парня — нет проблем, — Алиса отшутилась и постаралась забрать буклет, но Ми́лан отдалил руку.
— У парня! — резко добавила Сабрина.
Услышав это, Ми́лан одобрительно закивал головой. В ответ ему, Алиса смешно и демонстративно оскалила зубы, быстро ухватила и забрала буклет, ответив при этом: — Нет, это не я хочу себе татушку.
— Я хочу! — сказала Сабрина и снова попыталась сбросить Марвина.
Марвин начал уже руками держаться за стул и пытаться помешать ей ногами. Во время этой «борьбы», Алиса внезапно что-то углядела и заинтересовано подошла к Сабрине сзади, чтобы осмотреть её рубашку. Она провела по ней лёгкими касаниями и убедившись в своих догадках, отвела её на пол метра от всех и при этом, тихо, но нервно прошептала, чтобы никто из других не услышал: — Вчерашняя рубашка… Ты что опять дома не ночевала? — укоризненно.
— Не важно, — удивлённо и бегая зрачками.
После чего Сабрина Глависьна тут же обернулась к твроим парням.
— Кстати! — выкрикнул Марвин, обращаясь ко всем пятерым, — На счёт та-ату. Вспомнил, одну историю, отец рассказывал, — все опять начали внимательно слушать, особенно последняя, — Пару лет назад, мой отец ездил в командировку и познакомился там с одним мастером та-ату. Говорит, что у ни… них была извечная проблема-а. Значит, постоянно приходят малолетки и просят сделать иероглифы. «Ка-какие иероглифы?» — спрашивает мастер. «Ну чтоб поприкольней!» — по-онятный ответ.
— Ну он додумался взять пару импортных консервов и с них брать эти символы. И вот самое интересное, уже как семь лет, по миру хо-о-одят люди с надписями в переводе, типа: «Съесть до ноября следующего года», «Со-сом», «Жирность», «Если просрочиться, присылать по этому адресу…» и т. д.
Сразу после слов все неистово «ржали», так как по-другому это не назовёшь.
— А если серьёзно, — Сабрина старалась отдышаться от смеха параллельно говорить, — Я хочу себе тату. Кто-нибудь знает, есть тату обозначающее скорость?
Не успев никто ответить, как с угла появляется Женя и слышав вопрос ещё будучи за поворотом, в быстром темпе и без доли смеха в глазах, отвечает: — Знаю, пройденный путь поделить на время.
Никто из присутствующих не понял, что он сказал. Но это и не заботило их, всех интересовало лишь одно. Почему лицо Жени было побито. Под глазом слабо замазан тональником небольшой фингал, верхняя и нижняя губа разбита, левая сторона шеи была очень красная, а местами даже синяя и на левом глазу был чётко виден синяк около зрачка.
— Ми́лан, Дєр, можно вас? — Женя попросил их отойти, ибо не знал никого из девушек.
Взглянув на которых, лишь кивнул из вежливости и протянул руку Марвину, чтобы поздороваться. Марвин ответил взаимностью, Дэриэл ужаснулся, а Ми́лан уже на нервах смотрел на Женю и оба, молча пошли за ним. В паре метрах, сразу начался диалог: — Кто? Когда?
— Вчера. Марк с пацанами. Меня и Клима.
— Клима тоже? Как он? — спрашивал только Ми́лан.
— Вроде норм. Ему меньше досталось, — Женя, говоря, посматривал и на Дэриэла.
— За что? Сколько их было?
— Не знаю за что. Они ничего не говорили в процессе. Трое. Нам кстати повезло, что Марвин проходил мимо. Он подбежал к нам и они побоялись три на три и ушли. Он помог очухаться и не бояться за дальнейшую дорогу, — и благодарительно кивнул в сторону Марвина, где тот смотрел на них и ответил аналогично.
Ми́лан тоже обернулся на Марвина, но расстерянным взглядом.
Паралельно диалогу, с угла выглянул идущий с последней пары Дима. Он очень удивился троим друзьям, находящимся в его учебном корпусе. Но тут же заметив Марвина неподалёку их, решил не показываться на глаза. А спокойно вернулся обратно. Его никто не углядел.
— Ты так на паре сидел? — Дэриэл.
— Нет, у меня только две сдедующие пары должны были быть.
— Вы уже что-то предпринимали?
— Ну я предлагал Климу пойти в полицию, снять вместе побои, но он сказал, что это не поможет.
— Он прав, это безполезно, — Ми́лан вздохнул.
— Знаю. Поэтому я предлагал прийти не с пустыми руками.
— Чувак, — Ми́лан улыбнулся, — Это конечно неплохая мысль, но не сработает с такими людьми.
— Клим и это говорил, — честно сказал Женя, — Вот поэтому я пришёл сейчас к тебе, — Ми́лан задумчиво слушал, — Ты говорил, что у тебя отец работает в полиции, может…
— Я понял… я бы с радостью, но он работает, скажем так, не в той области. Занимается наркотиками и всё что с ними связано. И никто не даст ему возможность влезть туда, куда он хочет. Я уже с ним говоривал на такие темы, — Ми́лан задумался, — Да и знакомых у него там нет. И честно говоря, я этому рад, не назвал бы их адекватными людьми.
— Ясно… — Женя с грустными глазами затих, — То есть вариантов больше нет и нужно просто забыть про это?
Весь диалог был исполнен в максимально быстром темпе. Во время диалога лицо Ми́лана редко издавало хоть какие-то эмоции, настрой полностью на поглощение информации и сохранение чистого рассудка.
— Нееет, такого нельзя забывать… и у меня, на этот случай, есть один вариант. А пока, пошли домой, — и хлопнул Дэриэла по плечу.
Прокрутив ключом в замочной скважине, Клим вошёл в свой дом. Зайдя, он посадил совёнка на пуфик и погладил, аккуратно снял куртку и повесил в стенной шкаф-купе вместе с шарфом. Посмотрелся в зеркало, чтобы оценить, свой замазанный тональником фингал на левом глазу и разбитую левую часть бороды. «Вроде незаметно, но всё ещё болит» — сказал он себе. Медленно снимая кроссовки, Клим услышал разговоры в квартире, что сильно его удивило, ведь его родители должны были приехать только завтра. Разувшись, к нему на звуки закрытия двери пришла мать. Она была одета в тёмное, вечерние платье и на каблуках.
— Ты уже пришёл? Почему так рано? — спросила она удивлённым взглядом.
— Так пары закончились. Две пары и три консультации… вроде даже поздно. А я думал вы завтра… — перебила мама.
— Ну да, но мы передумали, — она развернулась к зеркалу и поправила причёску, — У нас появился веский повод.
— Ну хорошо, — он потянулся к Вере, чтобы взять её на руки.
— Так, стоп! — сказала Александра Филомэнко.
Сова испугалась, ведь это был практически крик, она спрыгнула с пуфика и походкой пингвина, побежала в сторону комнаты, но Клим её
