в пользование, а он, дурачок, переживает!
Дэйчи наклонился и поцеловал подбородок альфы, чувствуя уколы щетины. Как ни странно, но это возбуждало. Он поцеловал еще шею альфы, чувствуя, как губы начинают гореть от этих уколов, и вернулся обратно к мягким губам. Салах схватил его за шею, не позволяя уклониться и прервать поцелуй, держа его голову так, чтобы было удобнее вылизывать его рот изнутри, властно и неторопливо. Дэйчи поплыл от жара и крышесносных ощущений. Член стал опять наливаться, а в заднице помокрело.
Альфа опять рассмеялся ему прямо в рот, и Дэйчи в отместку цапнул его за губу. Альфа рыкнул и подмял его под себя. Остановившись, он вгляделся в глаза Дэйчи и, увидев в них только желание, рванул его платье на груди, отрывая недорасстегнутые пуговицы и почти разрывая юбку. Омега рассмеялся своим мыслям о том, что, наверное, именно так появились халаты. Глаза альфы блеснули в ночном свете, пока он примеривался, куда именно начать целовать. Но вдруг напрягся и как-то резко, «по-птичьи» посмотрел на дверь. Через мгновенье за дверью послышался топот нескольких ног и послышался голос Азиза.
- Господин! Господин!
- ЧТО? – Салах напрягся всем телом.
- С южных ворот сообщение! Прибыл вестовой, ваш отец возвращается! Просят открыть ворота!
- Прикройся! – Салах, завернув край покрывала, прикрыл Дэйчи, и, вскочив, бросился к двери. Он оглянулся и, убедившись, что омега прикрыт по самые глаза, открыл дверь, немало не смущаясь своей наготы. – Это точно человек отца? Почему отец едет ночью?
- Это Асад, - кто-то добавил басом со стороны. – Он сказал, что господин Айюб будет здесь в течение часа. Он только сказал, что они возвращаются, и чтобы ворота открыли заранее.
- Факельщиков на стены, и вышлите дозор с факелами навстречу отцу. Дай сигнал на остальные ворота, чтобы смотрели! Будьте наготове, пока не увидим отца. Я сейчас приду на южные ворота.
Салах стремительно закрыл дверь и начал одеваться. Дэйчи выпутался из покрывала и смотрел, как одевается его муж. Альфа надел штаны и поморщился. Эрекция у него так и не спала. Дэйчи подумал, что Салаху, скорее всего, больно и неприятно. Утром у них ничего не вышло, днем он невольно опять раздразнил его, и сейчас ночью, ему опять надо бежать по своим, по всей видимости, важным делам. Совсем не хотелось, чтобы он уходил от него раздраженным и неудовлетворенным. Дэйчи помнил, с чего начинались раздоры в его первой семье, когда он забеременел и уже не мог полностью удовлетворять сексуальные аппетиты мужа.
Дэйчи выпутался из покрывала и встал с кровати, сбрасывая с плеч разорванное платье. Салах настороженно смотрел на приближающегося супруга. Омега увидел, как альфа замер с рубашкой в руках, и с улыбкой опустился на пол у его ног, стягивая вниз штаны. Салах только протяжно застонал, когда тонкие пальцы скользнули по стволу, и уцепился рукой за раскрытую дверку шкафа. Дэйчи облизал член Салаха несколько раз, вдоль по всему стволу, как тающее мороженное. У него был приятный запах и вкус, чистый и какой-то необычный. Омега провел рукой еще раз, а потом понял, в чем отличие. Альфа был обрезан, у него не было ни крайней плоти, ни уздечки. Немного необычно, но как, ни странно, натянутая кожа возбуждала. Омега лизнул головку, а потом сразу заглотил его по самые гланды. Он держал Салаха крепко за бедра, а альфа не стеснялся стонать во весь голос, когда омега сосал ему с упоительной радостью. Салах, видно, был сильно перевозбужден, потому что слишком быстро и легко кончил, вздрагивая и повторяя его имя. Омега с удовольствием ощущал, как член мужа пульсирует у него во рту.
Альфа присел на ослабших ногах возле омеги и потянулся поцеловать, но Дэйчи увернулся.
- Не надо, не трогай меня сейчас, – Дэйчи слабо улыбнулся, - а то ты не скоро отсюда выйдешь, а тебя ждут. Иди.
- А ты?
- Иди! – Дэйчи схватил себя за пах, у него так стояло, что было больно, он так хотел альфу, что едва мог дышать. Такого желания у него не было давно, даже при течке. – Будешь мне должен! И будь уверен, я возьму свое с процентами! Ну, иди же, наконец!
Альфа засмеялся и, натянув штаны, схватил пояс и ятаган и выскочил из комнаты. Дэйчи уперся рукой в пол и через пару фрикций кончил сам. Во всем теле была такая нега, как будто у него был полноценный секс. За окном послышался шум. Омеге потребовалась вся его сила воли, чтобы встать и подойти к окну. За окном во дворе Айдан и Амин третировали Салаха.
- Почему повелитель возвращается ночью? - взволнованно тараторил Амин, - он, что, ранен? Почему он не дождался рассвета? Он, что, умирает?
В тишине раздался звонкий хлопок пощечины и следом вскрик.
- Не говори о плохом! – раздался окрик Айдана, - не зови беду в дом! Мой сын здоров, и с ним все хорошо! Если он едет ночью, значит, так надо!
- Оми! – Салах прижал к груди всхлипывающего папу, – не думай о плохом, может, он просто соскучился в разлуке и хочет быстрей увидеть твои прекрасные глаза? Я пойду все узнаю, - Салах поцеловал папу в щеку и пошел дальше.
- Будите банщиков, пускай греют воду! – Айдан раздавал команды многочисленной прислуге, - поднимайте поваров! Альф надо будет накормить с дороги! Пошлите за доктором, пусть все будут готовы! Просыпайтесь, лентяи! Через час все должно быть готово!
Дэйчи взял покрывало и, завернувшись, позвал Азиза, тот появился с новым платьем в руках, как будто знал, что может потребоваться. Дэйчи решил узнать то, что его мучило с обеда.
- Почему ты боишься смотреть на Салаха? - Дэйчи натянул платье, и теперь они вместе застегивали бесконечные пуговки. – Он, что, бил тебя?
- Нет! Что вы! – Азиз грустно улыбнулся, - господин был очень нежен и щедр, мы все очень любили его. Простите! – Азиз стрельнул глазами на омегу, - я был с ним два года, и он ни разу не ударил никого из нас. Когда он вернулся с вами домой, жада Айдан выбрал нас вам в помощь. Господин Салах собрал нас всех и объявил, что у него теперь есть любимый супруг, и если кто-нибудь посмеет посмотреть на него с вожделением или хоть как-то обидеть вас, Ясмин, или вашего сына, то он будет изгнан из гарема
