опустился обратно в воду, заморгал и посмотрел на Тави.
– Сципио, – сказал он со значением, показывая, что окончательно пришел в себя. – Что произошло?
Тави повернулся к Фоссу:
– Целитель? Вы не против, если мы немного поболтаем?
Фосс проворчал что-то себе под нос и вышел из палатки.
– С тобой произошел несчастный случай во время тренировки, – сказал Тави, как только они остались вдвоем.
Макс долго смотрел на Тави, и в глазах друга тот прочитал отчаяние.
– Понятно. Когда?
– Вчера, примерно в это же время. Один из твоих рекрутов не удержал гладий, и клинок ударил тебя в шею.
– Кто именно из рекрутов? – монотонным голосом спросил Макс.
– Шульц.
– Клянусь во́ронами, он этого не делал, – пробормотал Макс. – Парень владеет магией металла, но он об этом даже не подозревал, пока не вступил в легион. И у него имеется кое-какой опыт, возможно, он станет рыцарем. Он не мог совершить такую ошибку.
– Все так говорят, – сказал Тави. – И Сирил согласен с тем, что это был несчастный случай, раз нет доказательств иного.
– Да, офицеры всегда так говорят, – с горечью сказал Макс.
– О чем ты? – спросил Тави.
Макс тряхнул головой и с трудом сел. Вода потекла с его мощных плеч, дорожки влаги заблестели на многочисленных шрамах, покрывавших верхнюю часть спины. Он провел рукой по шее и осторожно коснулся куска розовой кожи, рассеченной мечом и восстановленной при помощи водяной магии.
– Брось полотенце.
Тави исполнил его просьбу.
– С тобой такое не в первый раз? – спросил Тави.
– В пятый, – ответил Макс.
– Во́роны, – пробормотал Тави. – И это она?
Макс кивнул.
– Что будем делать? – спросил Тави.
Макс медленно и неохотно вытирался.
– Делать?
– Мы должны что-то сделать.
Макс огляделся и обнаружил свои форменные брюки и тунику, чистые, аккуратно выглаженные и сложенные. Он бросил полотенце на пол и потянулся за одеждой.
– А что тут сделаешь?
Тави посмотрел на друга:
– Макс? Мы должны.
– Нет. Оставь это.
– Макс…
Макс застыл с рубашкой в руках, его плечи напряглись.
– Заткнись! – свирепо сказал он. – Немедленно!
– Нет, Макс. Мы должны…
Макс резко повернулся:
– Что?
И тут земля бросила Тави вверх и в сторону. Он упал.
– Что мы можем сделать? – яростно прорычал Макс, взмахивая туникой, как мечом. – Я ничего не могу. И никто не может. – Он покачал головой. – Она слишком умна. И сильна. Во́роны, ей сойдет с рук все, что она пожелает. – Он заскрипел зубами, и его туника внезапно вспыхнула; языки пламени метнулись в стороны, не задевая кожи Макса, и Тави ощутил мощный жар. – Слишком…
Макс бессильно уронил руки, во все стороны полетел черный пепел – все, что осталось от туники. Он сел, оперся спиной о палаточный шест и потряс головой. Тави встал и увидел, как Макс поник головой. Довольно долго он молчал.
– Она убила мою мать, – наконец прошептал Макс, – мне было тогда пять лет. – (Тави подошел к другу и присел рядом с ним на корточки.) – Такие люди, как она, делают все, что пожелают, – тихо продолжал Макс. – Я не могу просто убить ее. Она слишком умна – ее невозможно застать врасплох. И даже если бы мне удалось, у нее есть семья, друзья, связи и люди, которых она контролирует и шантажирует. Она никогда не предстанет перед судом. И однажды она меня достанет. Я знаю об этом с тех пор, как мне исполнилось четырнадцать.
И вдруг Тави стал лучше понимать друга. Макс прожил всю жизнь в страхе и гневе. Он сбежал в легион, чтобы оказаться вне досягаемости мачехи, но знал, что лишь отодвинул день казни. Макс не сомневался, что она его убьет, верил на таком глубинном уровне, что это стало частью его существа. Вот почему его друг с энтузиазмом куролесил в столице и пропустил бо́льшую часть курсов в Академии, вот почему охотно пил вино и волочился за женщинами.
Он считал, что не доживет до седых волос.
Тави положил руку на плечо Макса:
– Неуязвимых людей нет. Никто не идеален. Ее можно победить.
Макс потряс головой.
– Забудь, – сказал он. – Держись от нее подальше. Я не хочу, чтобы ты оказался у нее на пути, когда придет тот час.
Тави разочарованно хлопнул себя по колену:
– Проклятые во́роны, Макс. Что с тобой?
Макс не поднял головы.
– Просто уйди.
Снаружи послышались шаги, мастер Магнус засунул голову в палатку и быстро огляделся по сторонам.
– О, он уже пришел в себя?
Фосс обошел Магнуса и хмуро посмотрел на Тави:
– Ну все, хватит, выходите отсюда.
– Что? – спросил Тави.
– Всем выйти. Пациент должен помыться, одеться, выпить воды, а мне необходимо его осмотреть, прежде чем он сможет ходить. Ему не станет лучше, если вы будете на него глазеть. Так что уходите.
– Пожалуй, разумная мысль, – заметил Магнус, со значением посмотрев на Тави.
Тави кивнул:
– Хорошо. Я подожду тебя снаружи, Макс.
– Да, – отозвался Макс, небрежно помахав рукой, – выйдите все.
Тави выскользнул из палатки и зашагал рядом с Магнусом.
– Где вы были? – спросил Тави.
– Приглядывал за нашим трибуном целителей, – ответил Магнус и отвел Тави в сторону, подальше от палаток и нескольких групп тренирующихся рекрутов, на которых кричали инструкторы, да и сами головастики не молчали; так что шум стоял такой, что их никто не смог бы подслушать.
– Кто-нибудь приходил?
– Только Сирил и Первое копье, – тихо ответил Тави. – Утром неподалеку от палатки стоял Красс, но он так и не вошел.
– Тебе удалось что-нибудь узнать о посланце, который снует между трибуном Брахтом и деревней? – спросил Магнус.
– Я был с Максом, – сказал Тави. – Мастер, это важнее, чем…
– Наши обязанности? – лукаво спросил Магнус. – Нет, Тави. Безопасность государства важнее каждого из нас. Не забывай, почему мы здесь.
Тави скрипнул зубами, но коротко кивнул:
– Я узнаю в ближайшие день или два.
– Хорошо. И пока ты этим занимаешься, я хочу, чтобы ты выяснил все, что возможно, о кузнеце и его работе. И о группе ветеранов из пятой когорты.
– Последнее я уже сделал, – сказал Тави. – Они наркоманы, покупают афродин в лагерном борделе.
Магнус недовольно зашипел:
– Наркоманы вполне могут быть шпионами. Выясни, кто именно им продает. И с кем они разговаривают.
Тави закашлялся.
– Это больше подходит Максу, чем мне.
– Великие фурии, Тави. Сейчас я не позволю Максу подходить к палатке, где находится логово любителей афродина. Он там быстро найдет свою смерть.
– Господин, Макс любит волочиться за женщинами и пить, и фуриям известно, как хорошо я это знаю. Иногда он пьет вино, смешанное с возбуждающими веществами. Но он… он себя контролирует.
– Это не имеет отношения к
