ли будет спокойно подчиняться пять лун. Тем не менее, судя по высказываниям, его отношения с этими тёмными драконами складываются в лучшем русле, нежели с нами, наставниками Академии.
Шелест струй в душе прекратился. Настала долгая тишина, отчего я невольно напрягся. Почему она не выходит?
— Дарк, что-то случилось? — спросил я через дверь. Я мог, конечно, применить свои силы и сам увидеть, что там такое, но ведь Дарк мне так доверял. За подобную открытость не хочется платить неверием.
— Мне не во что переодеться, — насупленным голосом уведомил меня этот непосредственный ребёнок, отчего я едва не рассмеялся.
— В твоём браслете есть смена одежды?
— Да! Вы можете принести? — Он так искренне обрадовался… А меня на мгновение вновь осветил отблеск того тёплого света. Определённо, нужно что-то с этим делать. Если он и на учениках подобное начнёт практиковать… то в Академии на некоторое время может появиться личный идол, которому будут стараться угождать. На очень короткое время.
Дверь приоткрылась и высунулась рука. Я вложил в раскрытую ладонь браслет, предупредив:
— Только верни, как оденешься.
Вскоре Дарк был готов. Он отдал мне браслет и попросил:
— Не могли бы вы вернуть мне мою ленту? Она мне очень дорога.
— Дороже всего остального? — заинтересовался я. Дарк явно растерялся от необходимости подобного выбора. Наконец, он смог облечь свои чувства в слова:
— Не совсем. Эти вещи все бесценны для меня, но оружие вы мне не отдадите, кольцо и браслет тоже навряд ли… А лента — это не оружие и не защита. Просто украшение.
— Пока не отдам, — пришлось поправить мне. Не стоит, чтобы он заранее видел в нас недругов и судил предвзято. — После разговора с Вараном обязательно верну, а ленту могу уже сейчас, если так хочешь.
— Спасибо, очень хочу.
Стоило нам выйти в коридор, как мы столкнулись со стражем Академии. Дарк моментально помрачнел. Похоже, он никогда не простит Варану двух дней карцера, что в данном случае не сулит ничего хорошего. Обычно именно страж факультета или куратор при необходимости может вызвать на откровенность.
То, что Дарк научился защищаться от воздействия Варана, настораживает и даёт всё меньше возможностей контролировать его в случае психических сдвигов. Да и с Дэриваном мальчик в последнее время общается всё меньше. Если что-то произойдёт, мы даже не сможем предупредить, а то и вовремя отследить это. Однако не хотелось бы терять столь перспективного ребёнка только из-за того, что он настолько скрытный… и довольно злопамятный. Нужно будет переговорить с Вараном и попробовать заняться им лично.
— Почему ты ослушался моего указания? — холодно спросил у меня страж Академии, в свою очередь неприятно удивлённый нашей встречей.
— Оно было нецелесообразно и в данном случае чрезмерно жестоко. Поговори с мальчиком сейчас и отпусти его отдыхать. Он вымотан весь.
Варан неотрывно смотрел на меня с десятину стигны, пытаясь понять возможные мотивы досрочного снятия возложенного им наказания, потом кивнул, развернулся и бросил через плечо:
— Следуйте за мной.
По дороге он ментально связался с Минореном, Дэриваном и Барионом. Насчёт Дэривана — это он поторопился. Не стоило бы лекарю светиться при данном разговоре. Но есть варианты и похуже, например, присутствие Минорена. Неужели Варан собирается отстранить меня? Похоже, между нами будет первый конфликт за все двадцать два сиана совместной работы. И опять же в этом виноват будет вездесущий Дарк. После его поступления только и слышится со всех сторон: тёмный то, да Дарк сё. Будто другие ученики ничего не творят. А ведь некоторые похлеще Дарка, бывает, шутки откалывают.
Конечным пунктом нашего путешествия оказались комнаты Минорена, самые отдалённые из всех. Полагаю, Варану просто нужно было немного времени, чтобы взять себя в руки и выстроить линию поведения в разговоре со мной и Дарком.
Страж Академии пропустил нас вперёд, придержав дверь, и зашёл последним. Меня не попросили остаться в коридоре, что уже хорошо.
Всё честное собрание было в сборе. Дарка собирались посадить на неудобный стул, в то время как остальным были предоставлены кресла. Я позволил себе лёгкую улыбку, поняв, что на моё присутствие тоже рассчитывали. Однако придётся всех малость разочаровать и спутать часть планов.
Я подтолкнул ребёнка к свободному креслу и встал за его спинкой. Ха! Прямо как образцовый телохранитель. Невольно вспоминаются давно ушедшие времена, когда приходилось охранять вот таких вот малявок. Вот только одежда, обстоятельства и характер последних были несколько иными.
Другие наставники не помешали мне выполнить этот маневр и ничем не выказали своего неудовольствия, только Варан чуть подвинул своё кресло, чтобы быть прямо напротив нас. Разговор тоже начал он:
— Дарк, думаю, пришло время узнать о твоём прошлом подробнее. Расскажи всё, что помнишь о своей жизни до поступления в Академию.
— Не о чем там рассказывать! — уставившись в пустой угол комнаты, неприязненно отозвался ученик. Судя по мелькнувшему изумлению на лице стража Академии, Дарк смог сбросить подчинение за какие-то доли мига. Что ж, второй раз — это уже не просто случайность, а закономерная тенденция, которая в девяноста процентах случаев достигается упорными и изнурительными тренировками. Вот только КТО мог заниматься с Дарком и каким образом ему удалось вывести ребенка на столь высокий уровень за подобный срок? Нежели Риока? Но по документам он совершенно не похож на менталиста. Марианна? А не слишком ли много талантов для одной личности? Была бы возможность заняться этими тёмными драконами сейчас, я бы быстро проверил все несостыковки и многие тревожащие моменты.
— Дарк, послушай, — вступил в разговор магистр Барион, — ты слишком отличаешься от нас. Сложно в этом признаться, но мы даже вообразить не можем, что ты сделаешь в очередной миг! Тот же портрет на стене. Это не одушевлённый предмет, но и на призыв не слишком похоже. Ты не знаешь элементарных вещей, зато разбираешься в том, над чем выдающиеся умы Империй ломают головы вот уже тысячи сианов. И я могу поспорить, что ты даже понятия не имел о том, что на территории Империй призыв существ из-за Грани карается смертью.
— Я ей предлагал уйти, когда понял, что она живая… ну, если можно так сказать об ожившем портрете с собственным характером и мировоззрением, — пожал плечами Дарк. — А уничтожить рисунок означало убить её. У меня бы просто не поднялась рука совершить такое.
— Расскажи нам всё с самого начала: откуда ты, что за существа тебя окружали и как ты сюда попал.
Мальчик не ответил. Просто сидел, не глядя на наставников, потом подтянул ноги к животу, свернулся клубком в кресле и, всё так же не глядя
