Читаем без скачивания Рай в неглиже - Дарья Калинина

– Нет.

– Почему? Подойди, я тебе шоколадку дам.

На лице мальчугана отразилась настоящая борьба. Наверняка мать сто раз предостерегала его против таких вот добрых теть на машинах, которые прельщают маленьких детей конфетами, а потом увозят далеко и продают злым дядям. Но ребенок есть ребенок. Что им не познано на собственном опыте, то подвергается сомнению. Мама для ребенка пока еще была авторитетом, но жажда познаний, сгубившая с начала времен, увы, многих, уже начала оказывать свое губительное разъедающее влияние на личность мальчика.

– Киньте сюда свою шоколадку! – сказал он.

Ритуля поискала в своей огромной ярко-красной сумке с золотыми нашлепками.

– Вот! Держи!

Ребенок с неожиданной для его тучного тельца ловкостью поймал шоколадку, но бдительности не потерял.

– Отравлена? – поинтересовался он.

– Нет, что ты!

Мальчик подумал и предложил:

– Докажи.

– Как?

– Съешь.

– Всю?

– Нет. Кусочек.

– Но я тут, а ты там. Как же я съем шоколадку? Она ведь сейчас у тебя?

– Я подойду.

И мальчик смело подошел к машине с сидящими в ней тетями, которые очень даже запросто могли увезти его к злым дядям, продать на органы, в притон для малолетних, а также просто убить исключительно развлечения ради.

Вывод таков! Дорогие родители, если вы хотите, чтобы с вашим ребенком все было более или менее в порядке, не оставляйте его одного без присмотра ни за что! Детское воспитание отличается от взрослого. Детей легко обмануть или запутать. Поэтому будьте бдительны и не слишком-то доверяйте благоразумию своего малыша.

Вы же ведь не оставляете свою новенькую иномарку с невключенной сигнализацией или с открытыми окнами? Нет? А почему? Потому что она дорого стоит? Ну а ребенок, скажу я вам, стоит еще дороже. А уж для вас самих он вообще бесценен. Ведь вы его рожали, кормили, поили и растили. Вы его любите больше всего на свете. Но, увы, надеяться на его разумность – наивно. Надо отдавать себе отчет, что ребенок – это всего лишь ребенок.

Не прошло и трех минут, как мальчик уже сидел в машине, весело болтая и поедая шоколадки, которые подсовывала ему Ритуля. При этом он не забывал сообщать с важным видом:

– От сладкого у меня прыщики. На лице, на попе, на ручках. Доктор сказал, шоколадки, конфетки, соленое – это все мне нельзя.

– Так зачем же ты ешь?

– Мне много сладкого нельзя! Но одну конфетку можно. Так доктор сказал!

Но малыш не успокоился, пока не слопал целых семь штук. Лишь после этого он тяжело вздохнул и сказал:

– Ну, мне пора. До свидания.

– Погоди! – остановила его Ритуля. – Ты знаешь всех, кто живет в вашем доме?

Мальчик важно кивнул головой и обстоятельно ответил:

– У нас живут дядя Коля, дядя Никита, дядя Валера и мы с родителями.

– А на втором этаже?

– Мы с родителями и дядя Никита.

– Он сейчас дома?

– Он всегда дома, когда не работает.

Ритуля торжествующе посмотрела на подруг.

– Ну? Что я вам говорила? Я все правильно сказала. Пойдемте.

Обожравшийся сладкого мальчик остался на улице. Он сказал, что ему нужно следить за фигурой и много гулять. А подруги поднялись на второй этаж.

– Вот его квартира! – уверенно ткнула пальцем Ритуля в самую обычную деревянную дверь. – Сюда я приносила второй конверт от того типа.

Подруги несколько раз позвонили в дверь, но им никто не открыл. За соседней дверью, где жила мать симпатичного малыша, слышался шум, но дверь тоже никто не открыл. Похоже, отец отсутствовал, а мать одна не справлялась с выводком своих детишек. Судя по шуму, который они издавали, их было не меньше десятка. Неудивительно, что самого старшего и, по ее мнению, разумного мать выставила на улицу.

Граждане, рожайте ровно столько детей, сколько вы можете потянуть. Зачем заводить семерых, а потом не знать, куда их девать? Не стоит уподобляться крестьянкам дореволюционной России, которые метались по соседкам, выпрашивая рубашечку от умершего от скарлатины или крупа ребенка, чтобы одеть своих детей и таким образом избавиться хотя бы от пары лишних ртов в своей собственной семье.

Бедных женщин можно было понять хотя бы отчасти. В те времена противозачаточные таблетки еще не существовали. О презервативах в российской глубинке никто и не слышал. Поэтому люди плодились, словно кролики, но вот только до зрелого возраста доживали от силы две трети их отпрысков.

Подруги вышли на улицу и позвонили Эльзе.

– Мы нашли второго адресата.

– Кого?

Голос Эльзы звучал сонно. Похоже, не одна Ритуля была любительницей припоздать из-за сладких снов. Эльза тоже не очень торопилась встретить новый день.

– Его зовут Никита!

– Что?

Теперь голос Эльзы звучал куда бодрее.

– Как вы сказали? Никита? А где он живет, вы узнали?

– Да. Синявинская улица.

– М-м-м… Синявинская… Мне это название ничего не говорит. Где это?

– Среднеохтинский проспект. Большая Охта.

– М-м-м… Нет, не помню, чтобы там жил кто-то из моих знакомых.

– Неважно. Парня все равно нету дома.

– Но вы уверены, что письмо было адресовано именно ему?

– Ритуля верно указала и дом, и квартиру.

– М-м-м… Никита… А что, если это наш Никита?

– Наш?

– Ну да, Никита Веселов.

Никита был пятым колесом в дружной компании Олега, Коли, Кати и самой Эльзы. Никита дружил с Олегом и Колей, но не постоянно, а как бы периодически. Они то принимали Никиту в свою компанию, то снова отторгали его. Вряд ли его устраивало такое положение дел, но при этом он почему-то молчал и продолжал играть отведенную ему роль.

И все же подруги были удивлены предположению Эльзы. Школу они окончили все вместе. Она находилась возле станции метро «Звездная». То есть за тридевять земель от Большой Охты. Каким образом Никита мог очутиться здесь? Он жил всего в двух кварталах от школы, но никак не в двух часах езды от нее.

– А где-то на Охте у Никиты жила бабушка, – принялась вспоминать Эльза. – Да, точно! Помню, мы ездили навещать старушку. Она жила в таком симпатичном маленьком домике. Вокруг были сады. А неподалеку красивенькая детская площадка – волны, осьминоги, гроты и рыбки. Все выложено голубенькой мозаикой поверх цемента. Там такая есть?

Услышав это, подруги вздрогнули. Похожую площадку они видели, петляя по микрорайону в поисках зеленого домика. Площадка выглядела изрядно постаревшей. Кафельные кусочки мозаики местами потускнели, а местами отвалились вовсе. Но все же осьминог и медузы, заплывающие в подводные гроты, были вполне узнаваемы.

– Да, это то самое место. Выходит, второе письмо Владик отправил Никите? Но что он хотел ему сказать? Тоже сообщить о возврате долга?

– Что-то я сомневаюсь, – громко хмыкнула Эльза в трубку. – Никита просто не имел таких денег, которые могли бы заинтересовать Владика.

– Но письмо точно было.

– Не понимаю. А ваша Ритуля не врет?

– Нет. Она все предельно четко указала. Нет повода сомневаться в ее искренности.

– Все равно не понимаю, – повторила Эльза. – Зачем Владику было посылать Никите письмо? Почему нельзя было позвонить по телефону? Это ведь гораздо удобнее!

В этом Эльза была права целиком и полностью. Давно ушли в прошлое те времена, когда эпистолярный жанр был в моде. Теперь на смену длинным и пространным письмам на нескольких бумажных страницах пришли коротенькие эсэмэски, которые можно отправить с мобильного телефона. В лучшем случае письма отправляют по электронной почте. Обычные письма в конвертах, которые разносил почтальон, утратили свою значимость.

Если в конверте письма, которое получил Коля, еще могли быть деньги, то в письме к Никите денег быть не могло. Эльза твердо стояла на этой точке зрения. Но все же подругам казалось, что нужно поговорить с самим Никитой. Ведь если кто и знает, что было в письме, то это он сам.

– Но как нам быть? Никиты нету дома. Соседи тоже не в курсе, когда он вернется. Не караулить же нам его весь день?

– Попытаюсь раздобыть его телефонный номер и свяжусь с вами, как только будет хоть какая-то информация.

Эльза отключилась, а Кира с Лесей поехали к себе в офис. К своему удивлению, первым человеком, кого они там увидели, была Ритуля. Удивление девушек понять было легко. Они простились с ней возле дома Никиты, и вдруг она обогнала их, и они снова видят ее у себя в офисе.

– Ты что тут делаешь? – напустились на нее подруги.

– Как что? Жду, когда вы скажете, что мне делать.

– Поезжай домой.

– Разве вы взяли меня не с сегодняшнего дня? Но почему? Я ведь доказала вам, что с памятью у меня все отлично. И где Сережа? Вроде бы я видела его внизу, он стоял там с рацией.

Еще не легче! Теперь эта особа будет торчать у них в офисе постоянно?

– Ритуля, вакансия еще не освободилась. Ты сможешь приступить к своей работе только на следующей неделе.

Одновременно подруги испытывали некоторые угрызения совести оттого, что обманули девушку. И хотя они понимали, что сама работа секретаря Ритуле на фиг не нужна, ее привлекало в ней только наличие красивого и статного хозяина, но ведь Кира с Лесей глупышку все равно обманули. Как быть с этим?