— Куда мы идем? — шепотом поинтересовался Суаза Смелый, когда девушка решительно направилась в другую сторону.
— В деканат.
— Зачем?
— Исправлять тест Айвена. Неужели еще не понял?
— Мы перепишем его тест?
— Да. А одна я боюсь, — добавила она смущенно.
Парни переглянулись. Действительно, страшновато. То, что они собирались сделать, называлось подделкой документов. Но отступать было поздно.
Деканат размещался в соседнем корпусе, куда надо было еще добраться. Выйти через дверь, как все нормальные люди, новоиспеченные диверсанты не могли — их бы зафиксировала следящая аппаратура. Поэтому пришлось сперва проникнуть в тренажерный зал. Вернее, в его душевые кабины, чьи окошки никогда не запирались, а лишь закрывались на простые щеколды. Дальше все трое спустились по стене, цепляясь руками и ногами за выбоины и трещины. Суаза Смелый справился первым, а вон Чев-Ченя пришлось ждать. Он едва не сорвался и удержался лишь чудом.
Затем они перебежками, то и дело прячась в кустах и за бордюрами, добрались до учебного корпуса, где помещался деканат.
— Третий этаж, вон те четыре окна, начиная от шестого справа, — шепнула Лейа. — Опять придется лезть. Справитесь?
— А то, — выпятил грудь Суаза Смелый.
— Постараемся, — вздохнул Чев-Чень.
Этот подъем длился дольше — лезть пришлось на этаж выше, потому что оказалось, что окна деканата плотно закрыты изнутри. Поэтому «диверсанты» вскарабкались на нависающий над ними карниз, проскользнули, прижимаясь к стене, до угла, где нашли плохо закрепленное окно. Вернее, нашел его Суаза Смелый, тщательно ощупывавший все рамы, попадавшиеся им на пути. Он сумел отжать форточку, и, открыв ее, распахнул окно, которое, как оказалось, выходило в уборную.
— Здесь держим ухо востро, — шепнула Лейа, — По этажам деканата ходят часовые.
— Откуда знаешь? — нахмурился Чев-Чень.
— У меня тут родня. Ты что, забыл? Так что, если кого увидите, вырубайте, пока тревогу не подняли. Если это не будет мой кузен Смон.
— Если мы их вырубим, тревога будет в любом случае, — рассудил Суаза Смелый, но решительно задвинул девушку себе за спину.
По счастью, до дверей деканата нужно было пройти всего шагов тридцать, прижимаясь к стенам и пытаясь слиться с ними. Пол был с пружинящим покрытием, которое глушило звук шагов, а сама дверь справа и слева была огорожена декоративными выступами, напоминающими барельефы колонн. Курсанты нырнули в эту нишу, задыхаясь от облегчения.
— Дошли, — высказался Чев-Чень.
Суаза Смелый протянул руку к дверной ручке:
— Кодовый замок. Наверное, настроен на отпечатки пальцев…
— Палец можно и отрезать, — усмехнулась Лейа, — но мы так делать не будем.
Подмигнув парням, она извлекла из-за отворота плоскую пластиковую карточку-ключ.
— Откуда это у тебя?
— У брата стащила. Он мне по секрету рассказывал, кто как тест написал, ну я улучила минуту и…Тихо всем.
Парни заткнулись. Девушка повертела карточку в пальцах, приноравливаясь. У нее была одна попытка. Брат, конечно, не сообщил ей, как надо действовать — то ли приложить карточку-ключ к считывающему устройству, то ли вставить в щель… Намекнул только, что карточка многоцелевая, и все зависит от типа замка. Щели тут не нашлось. Значит, надо приложить. Только вот какой стороной? Попробуем наугад.
Получилось. Услышав тихий щелчок, Лейа оглянулась на своих спутников:
— Сработало. За мной.
Дверь оказалась тугой — в результате работать тараном пришлось Суазе Смелому. То ли замок сработал как-то не так, то ли была вторая «линия обороны», но она не устояла перед банальной физической силой, и троица взломщиков оказалась в деканате.
Тут было темно, лишь слабый свет лился из забранных жалюзи окон, позволяя увидеть несколько колонн, делящих просторную комнату на три отделения, шесть столов, дверцы встроенных шкафов, парочку экранов и стеллажей, офисную технику и — не иначе, как для эстетики — два манекена в полном боевом комплекте, увешанных оружием.
Оглядевшись, Лейа двинулась к столам, которые стояли у окна.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ты куда? — окликнули ее шепотом парни.
— Тобир говорил, что когда проверял работы, видел нас, идущих в столовую, — сказала она. — Значит, его компьютер стоял у окна. Вот. В одном из них нужные нам файлы. Только вот в каком?
Ответить Суаза Смелый не успел — вперед решительно выдвинулся Чев-Чень:
— Дай-ка я попробую…
Один из самых слабых в физическом отношении курсант внезапно оказался довольно ловким хакером. Несмотря на то, что оба компьютера оказались защищены паролем, он буквально через пару минут взломал оба, пройдя сквозь все уровни защиты. Папка под названием «Тест/слеп» обнаружилась, как и следовало ожидать, во втором.
— Что теперь будем делать? — прошептал Суаза Смелый, когда Лейа, отстранив Чев-Ченя, заняла его место.
— Написать за Айвена тест, разумеется, — девушка открыла папку и нашла нужный файл. Перед нею на экране развернулся список вопросов. Ни на один не было дано ответа.
— Ой…
— Он что, вообще ничего не сделал?
Взломщики растерялись. Одно дело — исправить пару-тройку ошибок, мол, вы пропустили там лишний знак, тут не заметили запятой, а здесь просто смотрели невнимательно. И совсем другое — когда совершенно пустой опросник внезапно обрастает ответами.
— Он с ума сошел, — покачал головой Чев-Чень. — Первые три вопроса… на них мы отвечали еще при поступлении.
— А вот эту тему, — Суаза Смелый ногтем подчеркнул вопрос номер двенадцать, — он мне сам объяснял потому, что я ничего не понимал. Как же так?
Лейа тряхнула головой, словно от встряски могла появиться нужная мысль. Зачем Айвену было сознательно проваливаться на экзамене? Ему не хотелось учиться? Или дело действительно было в том, что он прикрывал чужака?
Под потолком мигал глазок инфракрасной камеры. Она включилась автоматически, едва в деканате сработали датчики движения. Еще несколько секунд, и пошла запись, а в одной из соседних комнат тихо звякнул колокольчик.
Трое сидевших в креслах людей — двое мужчин и женщина — резко выпрямились. Всмотрелись в экран.
— Вот видите, я был прав, — сказал старший мужчина, в мундире полковника. — Они все-таки сюда добрались…
— Ага, — кивнула женщина, — после того, как мы сняли практически всю сигнализацию и удалили дежурных. Да тут и грудной младенец бы справился…
— Не скажите. Все должно было выглядеть естественно. Никаких растяжек, мин-ловушек и часовых, которых необходимо «снять», — покачал головой полковник. — Мы же не на войне…
— К несчастью, — ядовито воскликнула женщина. — Командир, вынуждена вам заметить, что мы готовим все-таки «звездных котов», элиту спецназа. И создавать им тепличные условия противоречит уставу.
— Никто не говорил о тепличных условиях, кептена, — парировал полковник. — Перед курсантами стояла другая задача, и они с нею блестяще справились. Они приняли решение — и осуществили его… Старт Смон, вы все сделали правильно, благодарю за службу.
— Служу империи и разуму. — отчеканил тот, вскакивая и вытягиваясь по стойке «смирно». Полковник взмахом руки разрешил ему сесть. Он выглядел довольным.
— Не понимаю, чему вы радуетесь, — проворчала кептена Ким. — Они нарушают устав…
— Они помогают своему товарищу… которого вы своими подозрениями едва не довели до нервного срыва. Эта эскапада курсанта Гора…
— Всего-навсего истерика слабачка. Нормальная реакция труса…
— А мне так не показалось. Вы, кептена, поставили перед парнем невыполнимую задачу — предать одного из своих товарищей…
— Вычислить шпиона и диверсанта… теперь это называется так? Вот что значит всеобщая толерантность. Она нас когда-нибудь погубит, помяните мое слово. Мы стали слишком либеральны, слишком терпимы к проявлению чужой слабости, низости, инакомыслию… Империя сильна, когда она монолитна…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Единообразна и монохромна, — кивнул полковник. — Такие периоды в нашей истории уже бывали, кептена Ким. Тотальное закручивание гаек и устранение — иногда физическое — любых проявлений свободы воли чуть было не привело к полной деградации общества…
