Период более или менее спокойного формирования черных суданских империй был прерван в XI веке Альморавидами. Более полувека Альморавиды объединяли сахарские группы кочевников, представляя собой сильную, фанатичную армию, позднее даже недолговечное государство, которое распалось вместе со смертью повелителя Абу Бекра. Нашествие Альморавидов уничтожило культурные центры Ганы. Народ Западной Сахары окончательно принял ислам, в наследство ему была оставлена традиция военного великолепия и единственного в его истории политического объединения.
В течение тысячелетий жизнь Сахары не нарушается какими-либо серьезными событиями: пастухи скитаются в поисках пастбищ, в оазисах идет караванная торговля, коренное население, а позднее и берберы постепенно вытесняются набегавшими с севера новыми волнами кочевников. Все это сопровождается непрекращающимися межплеменными войнами. История не очень привлекательная и богатая, в течение столетий не происходит ничего значительного, да и уровень экономики и жизни населения, их материальная культура и обычаи веками остаются без изменений. В VIII–XI веках ислам принес с собой перестройку идеологии населения, а в определенном смысле и самого образа жизни, после чего она вновь застыла в той форме, которую ей придал период Альморавидов.
Только XIV век внесет определенные перемены, по их результаты скажутся лишь спустя три столетия.
В XIV веке на Мавританию начинается нашествие кочевников-макиль.
Арабское племя макиль, жившее тогда в Египте, вместе с другим арабским племенем, хилаль, использовалось египетскими Фатимидами[13] в их войнах против зиридов. (Это были их давние наместники в Северной Африке, которые взбунтовались и вышли из повиновения.) Макиль и хилаль — дикие кочевники, единственным занятием которых кроме скотоводства была война, а единственным источником богатства — военный грабеж. Поощряемые Фатимидами, с 1049 года они начали продвигаться на запад с целью покорения Магриба. Нашествие этих племен продолжалось много лет, то усиливаясь, то ослабевая. Первые миграции устремились в плодородные средиземноморские долины, но правители Магриба оказали им решительное сопротивление. Более поздним военным миграциям племен макиль и хилаль пришлось продвигаться по пустынным и полупустынным районам. Вдоль сахарского подножия Атласа они дошли даже до Южного Марокко, до областей Дра и Тафилальт. Эти события происходили в XIII веке. К тому времени численность макиль очень возросла и они представляли собой силу. Поскольку сопротивлявшееся Марокко исключало возможность экспансии на север и восток, они направились на юг. Особенно заманчивыми для них были горы Адрара и Таганта с многочисленными колодцами и пальмовыми рощами.
Основная группа макиль была объединена потомками их полулегендарного предка Хасана и поселилась на территории, называемой сейчас Западной Сахарой. Остальные хасаны, а именно удайя, вторглись в Северную Мавританию и небольшими группами продолжали двигаться к югу. Это проникновение арабов в Мавританию начинается около 1400 года и продолжается в следующие века. Арабы, которых мы будем называть макиль или хасанами, продолжали вести жизнь кочевников-воинов. Однако им, окруженным мусульманами, не с кем было вести священную войну. У них не было никакого имущества, поскольку они привыкли жить военными грабежами, а немногочисленные стада верблюдов не могли обеспечить их существования. Кроме того, в Мавритании все лучшие пастбища и водопои оказались собственностью берберов. С момента распада государства Альморавидов берберов постоянно раздирали внутренние распри. Тем не менее для прибывших с севера арабских кочевников они были здесь старожилами и сравнительно богатыми. Им принадлежали большие стада, они занимались торговлей, в их руках находились оазисы, на них работали черные рабы. Берберы со времен Альморавидов стали ортодоксальными мусульманами, строго придерживались религиозных правил и большое значение придавали образованию, умению писать, знанию молитв и священных книг. Они чувствовали свое превосходство в области культуры перед макиль, большей частью неграмотными, и не собирались уступать им территорию. Группы арабов также жили в полной изоляции от берберов на своих немноголюдных стоянках.
Но вскоре произошли столкновения между пришельцами и старыми хозяевами этой страны. Арабы-воины своей организованностью, военными традициями и постоянной боевой готовностью превосходили берберов, которые после завоевания страны почти совсем утратили былой военный пыл. И все же в начале XVI века племена хасанидов еще не представляли собой единого организма с политической точки зрения. Опи по-прежнему были бедны, хотя к тому времени уже составляли довольно многочисленную группу.
К концу XVI века макиль постепенно начали подчинять себе отдельные племена и селения берберов, принуждая их выплачивать дань. Единственным спасением для берберов, по крайней мере в это время, были постоянные раздоры между арабскими племенами и нескончаемые братоубийственные войны, что ослабляло силы захватчиков. Однако одному из арабских племен, мгафра, удалось разбить и оттеснить на север другое арабское племя — улад ризг. Это позволило ему стать единственным властителем юга. Среди мгафра особенно выделялись трарза и бракна, позднее так же стали называться земли, где они жили; в настоящее время это провинции на юге Мавритании. Тогда же кочевники Юго-Западной Мавритании, многочисленные и богатые берберские племена зенага, находились под гнетом победоносных мгафра, которых дальше мы будем называть хасанами, хотя они и не представляли всей группы хасанидов. Недовольство берберов росло. Для них, особенно южных, ежедневно сталкивавшихся с агрессивными мгафра, все чувствительнее становилось присутствие непрошеных гостей, они все чаще были вынуждены уступать им. В первой половине XVII века положение в стране в целом, и особенно на юго-западе, было крайне напряженным. Назревал вооруженный конфликт. Берберы зенага, доведенные до предела, начали военные действия против хасанидских племен мгафра.
Большинство вождей берберов, в основном южных племен, пришли к соглашению. Берберские племена сосредоточились на юго-западе, чтобы общими силами ударить по ненавистным хасанам. Во главе армии берберов зенага встал человек, чей религиозный и военный авторитет был непререкаем. Он известен под именем Насер эд-Дин, что значит «Защитник религии». Его подлинное имя — Абу Бекр Ульд Абхом, он был из племени улад деиман. Популярность этого предводителя возросла еще больше, когда он запретил платить дань хасанам, а вместо нее ввел подати — закат*, которые взимал со своих приверженцев. Именно отказ от выплаты дани и явился причиной разразившегося в 1644 году вооруженного конфликта между хасанами и берберами. Разгоревшаяся война получила название «Шарр Бабба». Происхождение этих слов до конца неясно. Народная традиция объясняет их следующим образом: повелитель берберского племени ташедбит убедил одного из своих вассалов, по имени Бабба, отказать хасанам в выплате дани. Это стало той самой пресловутой каплей, которая переполнила чашу взаимной неприязни, и в результате разразилась война. Если исходить из данной интерпретации, то Шарр Бабба — это «война некоего Бабба» или «война за некоего Бабба». Более научной и более правдоподобной представляется другая концепция, а именно: название происходит от слова, взятого из языка зенага, на котором говорили берберские воины, где «шорбоббих» означает «издать военный клич».
