его, недоспевшую кукурузу, речной водой радостно вручили ему её обратно. Какой же «вкусной» она оказалась, после такого холодного «душа».
В последующие дни, прошедшие «кукурузное испытание» помогали делать это остальным, выводя их к полю. Джон отправился проводить группу тридцатого октября, вместе с Мери и Стивеном Марком Болдуин, вступившим в общину с ним в один день. Троица внимательно следила за бегающими людьми с початками, возможно ища скрытый смысл данного действа. Или так делал только Джон? Когда разглядывание бегающих людей ему надоело, он решил переключить своё внимание на стоявших рядом. Стивен, в отличие от других двоих, решил одеться по теплее. Мужчина был в огромном жёлтом свитере и в широких тёмно-оранжевых штанах, словно, он хотел слиться с полем, превратившись в один из початков кукурузы. Мери же была одета в достаточно лёгкое, длинное, чёрное платье, а Джон в голубую футболку и джинсы.
— Это единство напоминает мне «Собрание Радуги»*. — неожиданно развеяла тишину
*«Собрание Радуги» — ежегодный обычай хиппи, когда они собираются вместе, берутся за руку и молятся за мир.
Мери. — Оно тоже длиться около часа, но это время стоит того, ведь мы молимся за мир.
Джон хотел спросить о чём она, но его отвлёк мужской голос, раздавшийся около него: — И долго ещё ты собираешься тянуть?
Джон повернул голову в право и встретился глазами с красной рубашкой оппонента. Мужчина, стоявший перед ним, был несколько выше, поэтому он уже собирался поднять голову, чтобы взглянуть ему в лицо и спросить о чём он, но чья-то рука резко дёрнула его за плечо, заставляя обернуться.
— Джон, корзина. — рука Стивена опустилась с его плеча и выжидающе вытянулась вперёд.
Не сразу сообразив, что происходит, Джон уставился на вытянутую руку, но быстро осознав, чего от него хотят, передал корзину для ритуала, после чего снова развернулся, но мужчины в красной рубашке уже не было рядом.
Великобритания
Где-то в окрестностях Лондона
Община Красного георгина
31 октября 2014 9:30
Наконец, наступил Хэллоуин, который ознаменовал ещё один традиционный праздник. К данному торжеству нужно было тщательно подготовиться и успеть всё сделать до заката. С самого утра в местной «столовой», расположенной под огромным оранжевым шатром, наконец, подавали блюда не из кукурузы, сегодня всё было из репы.
Улыбнувшись поварихе, Джон уселся на край одного из огромных столов, стоявших внутри и принялся ковыряться в своей тарелке. Сидевший за следующим столом, напротив, Стивен, который решил не менять вчерашний стиль кукурузы, упрямо уставился на него. Джон, под его натиском, всё же взглянул на него, собеседник активно замотал головой, как бы указывая вниз. Мужчина, посмотрел в тарелку, потом с нова на «собеседника» и не поняв, что от него хотят удивлённо изогнул бровь, и после решив не обращать внимание на Стивена, снова начал ковыряться в тарелке.
— Ты чего не ешь? — проговорил, наконец подошедший Стивен.
«И правда почему я не ем? — пронеслось в голове у Джона. — Наверное потому что сегодня у нас жаренная репа с луком, а у меня аллергия на лук, и я просто ненавижу репу!»
— Я просто не голоден.
— Тогда может поболтаем?
«Лучше я съем репу!»
— Может быть позже, хочу съездить за угощениями для духов.
— Может я с тобой.
«Чего он ко мне привязался?»
— Я обещал съездить вместе с Мери Арлин Уайт, извини. — соврал Джон.
«Только она пока об этом не знает»
— А…
— Тыквы мы тоже решили вырезать вдвоём. — перебил Стивена Джон.
— Хорошо. — Стивен неловко потёр затылок. — Вы прям вцепились друг в друга. Интересно как в общине проводят свадьбы.
Джон ничего не ответил на его слова, лишь слегка пожал плечами.
Наконец, сбежав от надоедливого собеседника, мужчина вышел из шатра-столовой. Мери возникла прямо перед ним, намереваясь позавтракать. Обернувшись и убедившись, что Стивена нет по близости, Джон поприветствовал Мери и предложил ей вместе съездить за угощениями для духов, чтобы наверняка поддержать истинность своей истории и провести побольше времени с Мери.
— Я думала приготовить всё сама… — задумчиво произнесла Мери.
— Но я совсем не знаю, что нужно покупать.
— Обычно покупают конфеты, или какие-нибудь леденцы, но можно и пирожные, и мармелад…
— Я совсем в этом не разбираюсь, вдруг куплю что-нибудь не то.
— Не разбираешься в конфетах? — смеясь проговорила Мери.
— Да, наверное, я слишком редко ем сладкое.
— Тебе стоит заглядывать к Афелии Патриции Кембел, она часто готовит сладости.
— Буду иметь в виду. Так ты поможешь мне?
— Хорошо, я поеду с тобой, и помогу окунуться в этот неизвестный для тебя мир сладкоежек.
В 10:30 они, наконец, выехали из общины, направляясь в магазины и кондитерские Лондона. Забегаловки пестрели различными укрощениями в честь Хэллоуина. За час Джон и Мери успели обойти пять из них и приобрести различные угощения: оранжевые капкейки в виде тыкв с разными выражениями лиц, леденцы, напоминающие яблоко в карамели в форме призраков, конфеты с изображением пауков, летучих мышей, метёлок ведьм, отрубленных пальцев и Джека Фонаря.
Покупки были сделаны, предстояла дорога обратно.
— Что ты хочешь вырезать на своей тыкве Джон? — неожиданно спросила Мери, удобно усаживаясь в машине.
— Точно, тыква! — Джон ударил себя по лбу ладонью. — Я совсем забыл её купить!
Мужчина уже намеревался вылезти из машины, но Мери успела ухватить его за плечо: — Её не нужно покупать.
— Не нужно? — повторил слова Мери Джон.
— Да, у нас есть поле где их выращивают. — девушка убрала руку с его плеча. — Мы обязательно заглянем к мистеру Альберту Фишеру Носке, он выберет их нам.
— Хорошо. — проговорил Джон, решаясь задать более волнующий его вопрос. — Кстати, я всё хотел тебя спросить, как ты попала в общину? То есть, что тебя привело?
— Что привело? — задумавшись проговорила Мери. — Наверно, собственное невежество.
Джон недоумевающе уставился на Мери, но она больше не произнесла не слова, вглядываясь в пейзаж за окном. Мужчина завёл двигатель, и они молча отправились обратно в общину.
***
Лондон, Великобритания
Дом семьи Уайт
5 октября 2010 17:00
— Мама, завтра приедет Хьюберт, чтобы жить с нами. — проговорила Мери, пройдя в зал, где сидела очень похожая на неё женщина.
— Что? — воскликнула её мать, вставая.
— У Хьюберта нет ни близких, ни родных. — Мери подошла к своей матери ближе. — Не хочу, чтобы он оставалась один.
— Ты права. — её мать опустила руку на её плечо, приминая ткань её синего свитера. — Мы должны поддержать его в трудное время. Но, по-моему, ты слишком много думаешь об этом. И ещё, я хочу сказать, не путайся больше с Робертсон.
Шеннон Мария
