Читаем без скачивания Вера Штольц. Звезда экрана - Владислав Картавцев

– Надомников младший здесь, понимаешь? Точно он, я сто процентов тебе говорю. Сама видела, и он меня, вроде, тоже. Правда, сейчас он со своими охранниками (двое таких конкретных быков) куда-то убежал, и, вроде, его нет в зале, но может появиться в любой момент! Так что, подруга – рассчитывай, что он на тебя будет смотреть, поэтому никаких выкрутасов с твоей стороны, а просто легкая пробежка по сцене с улыбкой, обращенной в зал, и без всяких кривляний!

– Блин!!!!!!!!!! – Вера была буквально ошарашена, – а как он здесь оказался? И что теперь делать? А я тут, как дура, полезла на сцену! Впрочем, ладно, Ир, я тебя поняла, а то вообще ничего не слышно! Но хорошо, что ты меня предупредила! Чему быть, тому не миновать! Может, так даже и лучше! Все – пока!

– Значит, Степушка-таки нарисовался! А что он здесь делает? Вряд ли это просто совпадение! – Вера лихорадочно соображала, как себя с ним вести:

– Вероятность встречи повышается до ста процентов, и нужно всеми силами постараться изобразить удивление и бешеный восторг от такой романтической случайности.

– «Сцена узнавания! Дубль первый! Мотор!» А до этого – я чисто керамическая кукла, легкая улыбка, легкий шаг, легкий же шарм и все остальное тоже легкое. И даже если не выиграю – то бог с ним! Степан сейчас важнее! – Вера поправила прическу и почувствовала, что сердце начинает бешено колотиться:

– Выйти из примерочной, потом – к краю сцены, немного поулыбаться, потом небольшой круг, как на подиуме, потом спуститься вниз и к себе – в ложу! И с неприступным видом! Да – вот так будет хорошо! Дескать, я тут просто в массовке и совершенно не претендую на узнаваемость и первый приз!

Вера сделала несколько глубоких вздохов. Неправильно будет сказать, что она не думала о встрече со Степаном. Думала и много раз представляла, как именно все это произойдет – но чтобы вот так, в этом балагане, на который ее занесло совсем случайно, а его – вообще не понятно, каким образом?

Впрочем: «Жизнь – это почти кино, и можно с легкостью относиться к ней именно так!» – Высоковский часто говорил Вере эту фразу, стараясь приучить ее к легкости и дать ей уроки мастерства. И они не прошли зря: сейчас Вера почти и не волновалась, но разве только совсем чуть-чуть.

– Да, совсем чуть-чуть! Ты спокойна, спокойна и спокойна еще раз! Выходишь, проходишь, улыбаешься, спускаешься, идешь и скрываешься – и все дела!

Внезапно музыка на сцене стихла. Слово взял все тот же конферансье.

– Уважаемые дамы и господа! Наш конкурс уже почти завершен, остался последний выход, а за ним – награждение победителя. Сейчас на сцене появится участница, которая всех нас поразила своей нестандартной внешностью! – в голосе конферансье зазвучали веселые нотки.

– Да, вот она на экране! Давайте вместе ей поаплодируем и попросим не стесняться и выбраться на свет божий из гримерной и удивить всех своим мастерским перевоплощением! И поддержите бедную девушку, ей сейчас и так нелегко, и, боюсь, без вашей поддержки мы будем долго ее выковыривать на сцену!

В зале раздался веселый дружный хохот, и громкие голоса начали радостно скандировать: «Просим, просим!»

Вера открыла дверь и переступила порог «гримерной», как ее назвал конферансье. Она была спокойна – привычка к направленным на нее кинокамерам и взглядам членов режиссерской бригады с кучей помощников сделали ее эмоциональную броню почти непробиваемой.

На лице Веры играла одна из многочисленных легких улыбок, которые она часами отрабатывала на съемочной площадке. И каждая что-нибудь да обозначала.

Например, вот эта несла в себе загадку и тайну – с ней можно было с легкостью появиться на званном королевском приеме в образе очаровательной восхитительной незнакомки. Кстати, именно ее Вера приготовила для съемок «Ужина с наследником Таиланда после выигрыша очередного теннисного турнира».

Со стороны ее выход смотрелся великолепно.

Вместо зачумленной и замученной излишним пристрастным вниманием библиотекарши-провинциалки на сцену выпорхнула сногсшибательной красоты блондинка с длинными золотистыми волосами, в облегающем роскошном платье, отлично подчеркивающим фигуру, с сумочкой, в которой ахнувшие представительницы прекрасного пола узнали штучную «бриллиантовую» Chanel, с искрящимся колье от Swarovski – а главное, как две капли воды похожая на Веру Штольц, про которую в последнее время зудел весь бомонд.

Вера немного постояла напротив жюри, чувствуя, что публика все еще находится в состоянии глубокого шока от недопонимания, потом сделала по сцене круг, помахала ручкой в зал (она увидела Ирку с Леной и не сдержалась) и сошла вниз, направляясь к своей ложе.

Но была перехвачена председателем жюри, который буквально выскочил из-за судейского стола, подлетел к Вере, церемонно взял ее за руку и попросил вновь вернуться на сцену для награждения.

Это слышали все. После вынужденного невнятного затишья, вызванного феерическим преображением «библиотекарши», зал, наконец, осознал, что это не мираж, и взорвался громкой многоголосицей. А некоторые из молодых парней и девушек сорвались со своих мест и заспешили к сцене, рассчитывая, по всей видимости, поближе познакомиться с Верой.

Впрочем, сейчас она была среди других участников, а охрана клуба стеной встала возле сцены, не подпуская туда любопытных.

Председатель жюри ужом вился возле Веры, всем своим видом давая понять, что в определении победительницы на сегодняшний вечер ему никаких советов не нужно. А конферансье со сцены громко призывал зал ненадолго замолчать, но его никто не слушал.

Шум вокруг только нарастал. Из лож и кабинетов стали спускаться вниз солидные дамы и господа, чтобы рассмотреть Веру с близкой дистанции. Ведь ее никто никогда не видел, помимо телевизора!

Общий вывод был однозначен: в жизни Вера Штольц даже лучше, чем на экране! Об этом явственно свидетельствовали алчные взгляды богатых клубных завсегдатаев, направленные на нее, а также кислые физиономии их спутниц.

Наконец, кой-какая тишина была установлена, и председатель судейской комиссии объявил, что первое место заняла великолепная блондинка, и все зрители с нетерпением жаждут услышать ее имя.

– Как Вас зовут, чудесная незнакомка? – председатель был сама учтивость, обращаясь к Вере, в то время как всех остальных погнали со сцены. – Пожалуйста, не нужно скромничать! Вы же видите, что наши гости сгорают от нетерпения, силясь понять, кто перед ними! И еще – может быть, вы откроете нам тайну – как Вам удалось так перевоплотиться? Так как Ваше имя?

– Вера! – Вера скромно потупила глаза, а потом ослепительно улыбнулась. Председатель, казалось, был нисколько не удивлен.

– Ах, Вера! Очень, очень, чертовски приятно! А можно спросить Вас, Верочка, а не имеете ли Вы отношение к небезызвестной Вере Штольц? Вероятно, не одному мне кажется, что это именно Вы и есть! Ну, говорите, не стесняйтесь, мы все Вас просим! – и председатель обвел зал рукой.

Вера немного помедлила, собираясь сказать «Да», но потом вдруг вспомнила о Высоковском и передумала:

– Да нет, что Вы! Совсем не имею, я просто очень на нее похожа, да к тому же и имена у нас одинаковые, так что приходится подстраиваться! Дело в том, что я всегда с самого детства хотела стать кинозвездой, поэтому и решила воплотить, так сказать, в себе ее образ! А все из-за того, что немного на нее похожа! Вот так!

– Да что Вы говорите, Верочка! Следует признать, у Вас мастерски получается, вот даже голос и то – один в один. Кстати, Вы знаете, сколько стоит Ваша сумочка? Наверное, Вы ее нашли в лесу, когда ходили по грибы?

– подождав, пока в зале стихнет смех, председатель продолжил:

– И кстати, у меня отличная память, я ее уже где-то видел – нет, пардон! В тот раз у Вас была такая же, только немного другого цвета! Поэтому смею предположить, что у Вас их много! Что говорит уже само за себя!

Вера мило улыбнулась. Действительно, ее парадная сумочка с момента исторического выхода Веры на сцену в «Крокус Сити» изменила цвет. Это был Верин секрет.

Месяц назад, повинуясь внезапному порыву, она отдала Chanel в «Дизайнерскую кожевенную студию мастера Чурсина – поставщика Его Императорского Величества с 1845 года» с просьбой что-нибудь с ней сделать.

Мотивом такого поступка было то, что Вера прекрасно понимала, что с одной и той же сумочкой появляться на людях – моветон, поэтому и решила: «Будь, что будет!» Если мастера смогут придать ей новый вид – отлично, если же нет – да и бог с ней!

Переживала она зря. В «Мастерской» работали настоящие кудесники – они, недолго думая, просто напитали кожу краской другого цвета (теперь сумочка отливала глубокой сиренью). А уж как они это сделали – это был их профессиональный секрет! Кстати, теперь Chanel смотрелась еще богаче – и можно понять зависть девушек, которые ее видели в первый раз!

Председатель смотрел на Веру, вероятно, ожидая ее реакции, но та только загадочно подняла глаза к потолку, дескать: «Думай, что хочешь, но я не отвечу!», и он продолжил: