— Ты предлагаешь мне всё это… только потому, что пытаешься меня защитить?
Я сразу поняла, что попала в точку, потому что его лицо превратилось в непроницаемую маску и ему понадобилось слишком много времени, чтобы ответить:
— Кэт, это не то…
— О, Боже, — выдохнула я, отпрянув назад. — Ты действительно предлагаешь на мне жениться только потому, что считаешь себя обязанным меня защищать? — Эта мысль настолько деморализовала, что мне становилось страшно.
— Я люблю тебя… — начал он, но я не дала ему договорить.
— Дело ведь не в этом, верно?! Ты просишь меня выйти за тебя замуж не потому, что любишь и хочешь провести со мной всю оставшуюся жизнь. По сути, ты даже не просишь, если подумать. Ты просто предлагаешь, потому что это будет удобно. Боже, Блейн, даже не знаю, что меня сильнее унижает — твоё полнейшее отсутствие веры в мою дееспособность или сделанное из абсолютной жалости предложение.
Поглощавшее меня чувство злости и досады на какое-то время затмило боль, и я подскочила на ноги в желании проложить между нами, как можно большее расстояние.
— Ты всё поняла неверно, Кэт. — Блейн тоже поднялся из-за стола и подошёл ко мне. Его рука поймала мою, но я выдернула ладонь и с досадой покачала головой.
— Разве? — Мой голос пронизывало едкое недоверие. Он только что посмеялся над всеми мои мечтами, связанными с ним, и теперь говорил, что это я понимала всё неверно?
Блейн исступлённо запустил руку в волосы.
— Я не это имел в виду. Чёрт, я всё делаю неправильно.
— Ты совершенно прав! Уходи. — Я была удивлена, насколько холодно прозвучал мой голос. Блейн посмотрел на меня, и выражение его лица исказила боль. — Я говорю серьёзно. Уходи. — Скрестив руки на груди, я из последних сил пыталась сдержаться, но у меня не слишком получалось. Мне казалось, что я распадалась на части.
Челюсть Блейна поджалась, и после нескольких долгих секунд он, наконец, взял свой плащ и вышел из квартиры. Когда дверь за ним закрылась, мои колени подкосились, и я опустилась по стене на пол кухни, слишком потрясённая случившимся, чтобы плакать.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
После ухода Блейна я долго не могла заснуть. Прижав к груди подушку, я лежала на диване и невидящим взглядом смотрела телевизор. В который раз повторяли «Сайнфелд», но юмор сериала ускользал от меня, потому что я снова и снова вспоминала о том, что произошло между мной и Блейном.
Я не сожалела о том, что выставила его за дверь. Меня всё ещё поглощали злость и унижение. В конце концов, существовали пределы того, как далеко Блейн мог зайти в своём стремлении контролировать и защищать, и когда я поняла, что он использовал мои мечты о семье против меня самой, это оказалось последней каплей.
Я пыталась с ним поговорить, пыталась его понять, но, казалось, Блейн был твёрдо намерен держать меня «за стеклом». Я не хотела и не могла так жить. С этими мыслями я постепенно заснула, так и не перейдя в спальную. Мне совсем не хотелось возвращаться в кровать, где ещё утром Блейн лежал рядом со мной. Под разъедавшей сознание злостью тлела безнадёжность, и запах Блейна, оставшийся на моих простынях, мог окончательно свести меня с ума.
Разбудил меня резкий грохот в дверь. Потерев глаза и взглянув на часы, я тихо простонала. Было чуть больше трёх утра. Неожиданные ночные визиты начинали меня убивать.
Надеясь, что это пришёл Ченс, я поспешила открыть дверь и оказалась сильно удивлена.
— Ты звонила мне, Принцесса?
Мой рот открылся, и я несколько долгих секунд оторопело смотрела на Кейда, прежде чем выдохнуть:
— Мм… да-а, звонила.
— Ты не хочешь меня пригласить?.. — его голос дрогнул, а на лице промелькнуло болезненное выражение. В этот момент я заметила, что под курткой он прижимал руку к боку.
— Кейд, с тобой что-то случилось? — с тревогой спросила я, потянувшись к его локтю. К моему ужасу, его колени начали подкашиваться, и я едва успела обхватить его за поясницу, пытаясь удержать нас обоих на ногах. — Кейд! Что с тобой?
Он мне не ответил, но, слава Богу, оставался в сознании. Пока. Переведя дыхание, я повела его в гостиную, в то время как он полулежал на мне, полу шёл. Под тяжестью его веса я боялась в любую секунду упасть, и, тем не менее, мне удалось дотянуть его до дивана.
Тяжело дыша от усилий и подступавшей к горлу паники, я поспешно включила свет. Когда мне, наконец, удалось увидеть его лицо, я была поражена, насколько бледной оказалась его кожа. На его лбу проступала испарина, и это притом, что на улице стоял февральский холод. Упав на колени, я распахнула кожаную куртку и шумно вздохнула, потому что под его ладонью на рубашке проступило тёмное пятно.
— О, Боже. Что случилось? Откуда кровь?
Кейд позволил мне отодвинуть его руку, и я, расстегнув пуговицы, увидела на боку кровоточащую рану.
— Кейд… — мой голос дрогнул, — в тебя стреляли?
— В точку, Принцесса, — выдохнул он, и его глаза закрылись.
Потянувшись к кофейному столику, я дрожащими пальцами схватила сотовый, но Кейд железной хваткой удержал моё запястье.
— Никакой полиции. — Теперь его глаза были открытыми и абсолютно ясными.
— Я должна позвонить «911»! Тебе нужно в больницу.
— Нельзя, — хрипло возразил он. — Они убьют меня в больнице.
О, Господи. Его всё ещё кто-то преследовал.
— Кто тебя убьёт, Кейд? — вскинулась я, всматриваясь в его бледное лицо.
Он не ответил, и я начала паниковать ещё сильнее. Если Кейд не разрешал мне вызвать неотложку, как я могла ему помочь?! Казалось, что он потерял сознание, потому что его хватка на моём запястье заметно ослабла.
Подорвавшись на ноги, я побежала на кухню и начала лихорадочно листать телефонный справочник, пока не нашла то, что искала. Кровь на моих руках запачкала белоснежную визитку, и я, молясь, набрала указанный телефонный номер. Когда на другом конце линии послышался мужской голос, мои колени подкосились от облегчения.
— Доктор Санчес? — спросила я. — Это Кэтлин Тёрнер. Знакомая… Блейна. Вы меня помните? — Однажды Блейн обращался к этому человеку за помощью посреди ночи, когда у меня были проблемы со здоровьем. В тот раз после его ухода на моём столе осталась визитка, и я надеялась, что сейчас он тоже не откажет в своей помощи. — У моего друга пулевое ранение, но он не хочет обращаться в больницу. Вы можете нам помочь?
Несмотря на то, что доктор Санчес был крайне удивлён меня слышать, он сразу же заверил, что приедет в ближайшее время. Вернувшись в гостиную, я набрала номер Блейна. Не имело значения, насколько сильно мы с ним поссорились. Кейд был его братом.
Блейн ответил на звонок с первого же гудка.
— Кирк.
— Блейн, это я. Ко мне только что пришёл Кейд. В него стреляли. Он не разрешил вызывать скорую, поэтому мне пришлось обратиться за помощью к доктору Санчесу.
Последовало секундное молчание, после которого Блейн произнёс:
— Я уже еду.
Минуты тянулись очень медленно, и я с облегчением выдохнула, когда услышала громкий стук в дверь.
Глаза Кейда открылись, и он схватил меня за руку.
— Всё хорошо, — успокоила его я, поднимаясь на ноги. — Это врач. Мой друг. Он поможет тебе.
Взглянув в глазок, я увидела знакомый силуэт Эрика Санчеса и открыла ему дверь. Доктор был ненамного выше, чем я, и его тёмные глаза под оправой очков окинули меня проницательным взглядом.
— Пожалуйста, проходите, — пригласила я, отступая в сторону. — Нам очень нужна ваша помощь.
— Я приехал так быстро, как только смог, — кивнул он. Пройдя в гостиную, доктор осмотрел рану Кейда, после чего произнёс: — Помогите мне перенести его в спальную.
Кейд находился в полусознательном состоянии, но вдвоём нам удалось переместить его на кровать, после чего доктор разрезал на нём рубашку и сбросил её на пол.
— Мне нужны чистые полотенца, — распорядился он. — Как можно больше.
Я поспешила на кухню и вернулась со стопой всех полотенец, которые были у меня в запасе. В моё отсутствие доктор успел стянуть с кровати покрывало с одеялом и достал из чемоданчика медицинский инструментарий, включавший иглы, запечатанные в стерильные упаковки. Когда он начал что-то вкалывать в кровоточившую рану, я не выдержала и отвернулась в сторону, с трудом сдерживая подступавший к горлу спазм.
