сделать гадости Рику, а значит, и всей вашей семье опосредованно, но для меня отношения с ним точно не сиюминутная забава, пусть и начались они немного спонтанно. Я не ясновидящая и предсказать наперед не могу, как у нас сложится, но уж точно не предательница. И да! Никакой Рик не плохой, он… необыкновенный!
— Вы заказывать будете? — встала перед нашим столом девушка в розовом переднике.
— Будем, еще как будем! — широко улыбнулся рыжий гигант с таким видом, будто произошло именно то, чего он и добивался, и опустился на стул. — И в таком случае добро пожаловать в семью, Алеена Рика, а с потугами твоего бывшего нам подгадить мы вместе как-нибудь разберемся.
— Моя боевая принцесса! — довольно проурчал Мангуст, целуя в висок, незаметно стиснув ягодицу и только после этого усадив обратно.
— Да какая уж теперь принцесса, — махнула я рукой. — Теперь бездомная оборванка без цента за душой.
— Так, вот тут поподробнее, — посерьезнел Джек. — Что это за мужик такой, что оставляет свою, пусть и бывшую женщину, без дома и средств? Может, это просто ложь из-за задетого самолюбия?
— Если бы ты его хоть разок увидел, па, то понял бы, что с людьми этот мудатомас не имеет никакого родства.
— К сожалению, должна признать, что склонности ко лжи у моего бывшего супруга никогда не замечала. Он умеет недоговаривать либо вообще не общаться на те темы, что считает недостойными своего внимания, но впрямую не врет. Так что, скорее всего, все так, как он и сказал: дом, в котором я живу, принадлежит ему, и все мои средства теперь тоже в его руках. И это только моя вина и недальновидность.
— И что, угроза лишиться всего не заставляет вас, Алеена, подумать о возвращении?
— Так, все, — Мангуст сорвался с места. — Мы уходим!
— Нет, мы остаемся, — уперлась я. — И нет, Джек, не заставляет.
— И дело тут, конечно, в непреодолимых любовных чарах моего сына?
— Нет.
— Нет? — возмутился Рик, и его брови прямо-таки сошлись на переносице.
— Мое решение никогда больше не впускать в свою жизнь Томаса было принято задолго до нашей встречи. — Уголки его губ так огорченно опустились, что я не выдержала и добавила: — Прости.
— За что? — удивился парень.
— Что не ты всему причиной. Но это никак не влияет на то, что я считаю тебя абсолютно потрясающим и очень хочу, чтобы у нас все получилось.
— Ой, ладно, по х… фиг мне на твое расставание с бывшим, тоже мне значительное событие, — расслабился Рик. — Я стану поводом и главным действующим лицом в других, куда лучших и важных событиях в твоей жизни.
— Мило, — заставил нас вспомнить о своем присутствии Джек. — Но остается вопрос: вы где и на что жить собираетесь, молодежь? Не по отелям же мыкаться?
— Я поживу у Мари, пока…
— А у твоей Мари хватит места нам обоим?
Я вспомнила крохотную квартирку подруги и осознала, что и мне-то там место найдется только на надувном матрасе у окошка, и покачала головой. Совершенно без шансов просить ее еще и Рика принять… Боже, а куда я дену картины и все оборудование из студии? В носу защипало. Я ведь так успела полюбить мой дом, его старые скрипучие полы, запах, даже гудение в водопроводных трубах иногда. А теперь все?
— Сколько комнат пустует еще в вашем логове? — спросил мистер Вестон, обращаясь к Мангусту, и тот моментально помрачнел и насупился.
— Там Али жить не будет, — пробурчал он, отворачиваясь к окну. — Я этого не хочу.
— Значит, это ты намерен был к ней перебраться? — цепко всмотрелся в лицо моего парня отец.
— Нет, — поморщившись, качнул тот головой. — Пока этого я делать тоже не планирую.
— Вот оно как, — насупился Джек, начав резко тыкать вилкой в свой десерт. — Похоже, рановато мы тут вообще этот разговор затеяли весь. Я-то насчет девушки переживал, а нам с тобой, сынок, есть что еще и один на один по-мужски перетереть.
Он явно собирался сказать что-то еще, а Рик стал выглядеть так, будто ему неуютно, избегая смотреть на родителя прямо, да и от меня ускользал. Что это я вижу? Получается, что все эти слова с его стороны о «мы вместе» настоящего «вместе» не подразумевали? Это касалось только близости физической, а моего полного присутствия в его жизни не предполагалось? Наверное, Мари все же была права, и я не только немножко странная, но и сильно бестолковая. Взрослая женщина взяла и влюбилась в мужчину, не имея не малейшего представления о его чувствах. Но разве влюбляются как-то по-другому?
Мои помчавшиеся этим безрадостным маршрутом мысли и напряженное молчание мужчин прервало громкое появление моей подруги-защитницы. Колокольчик у входа не то что звякнул — взвизгнул в ужасе от того, как порывисто она распахнула дверь.
— Так, все! Ваше время истекло! — громко заявила она с порога, еще и не дойдя до нашего стола. — Я не позволю вам двоим тут наваливаться на мою Алеену!
Где-то за спиной разгневанной Мари мельтешили девушка с лиловыми волосами и брат Рика модельной внешности, пытаясь как-то обуздать это рыжеволосое торнадо. Но куда им. В режиме защитницы моя подруга способна снести кого угодно.
— Как кстати вы появились! — мигом оживился Джек и вскочил. — Присаживайтесь, милая девушка, а нам с сыном тут надо выйти на воздух, парой слов перекинуться.
И, схватив Мангуста за плечо, огромный мужчина потащил его наружу, сопровождаемый нашими изумленными взглядами.
Глава 17
Па Джек сжал мое плечо не больно, но так, что хрен вырвешься, и почти поволок на улицу, издавая то самое глухое ворчание, которое я последний раз слышал черт-те сколько лет назад.
В тот день сейчас весь из себя такой телконенавистник и грубиян, а тогда влюбленный шестнадцатилетний балбес Саваж полез в петлю после того, как тупая пизда Мариэлла Слейтер предложила ему быть ее грязным сексуальным секретиком. Типа, таким, как она, невъебенным богатым сучищам и королевам красоты неземной полагается официально встречаться исключительно с прилизанными и такими же бесящимися с жиру школьными звездами с блестящими карьерными перспективами от рождения, а совсем не с такими, как нищебродские плохие парни с дурной репутацией и чуть ли не постоянным недавним местом жительства в полицейском участке. А ведь жалкий придурок так одно время для этой дряни старался! Пирсинг снял, начал носить уродский пиджак с белыми пижонскими рубашонками, записался на все дополнительные занятия, куда ходила та овца, и говорить начал как пришибленный. Но все равно был недостаточно хорош. То есть трахать ему мозги и
