Читаем без скачивания Малая качурка - Мэри Стюарт

— Нет. Роза рассказывала. И очень поэтически. Не могу дождаться, когда увижу качурок. Но они могут подождать и до завтрашней ночи. И если судьба их решена, то мы совершим что-то вроде грустного паломничества.

— Ждать не обязательно, — заявил Нейл. — Мы можем отправиться прямо сейчас, если вы не устали? В конце концов, прошлую ночь ты провел в поезде. А о ноге не беспокойся. Поплывем на лодке. Сейчас прилив, и на остров не переберешься, да и в любом случае тебе не удастся перейти через дамбу с твоей ногой. Ты, правда, хочешь? А ты, Роза?

— Я уже отдохнула. И чувствую себя прекрасно. Так что с удовольствием.

— Тогда пошли, — сказал Нейл, поднимаясь. — Сомневаюсь, что на гаэльском вообще существует такое слово.

И они там были. Ни звука не раздавалось с тюленьих камней, а птицы вскрикивали лишь изредка, сонно и откуда-то издалека. Но качурки там были, они ждали наступления ночи. Медленно смеркалось, опускалось покрывало ночи. Мы сидели некоторое время рядом с палаткой Нейла в полной тишине, лишь море бежало медленно, да легкий ветерок чуть шелестел травами. И наконец песнь началась.

В этих тягучих спокойных сумерках это пение казалось таким нереальным, таким романтичным, что оно волновало душу. Мы сидели, не шевелясь. Все молчали. И внезапно начался полет. Темные пятнышки кружились и ныряли. Время от времени какая-нибудь птаха подлетала совсем близко, и в этой тишине казалось, что их крошечные бархатные крылья — это хлопья самой темноты, которые такие легкие, что вот-вот их унесет в море.

И вдруг чары разрушились. Нейл неожиданно вскочил, будто на пружине, выругался и начал яростно тереть лицо и волосы. Потом он исчез в глубине палатки, нам было слышно, как он там возится.

Я вернулась с Девятого Круга и почувствовала, что и лицо, и руки, и волосы горят и болят, словно я только что вылезла из крапивы. Как только ветерок стих, на нас напала мошка, и очень злобная. Орляк неподалеку, по-видимому, просто кишел ею. И качурки, выбравшись из своих нор, потревожили ее. Мошка заполнила воздух, наподобие жалящей пыли.

Криспин медленно и с трудом поднялся и тоже стал себя тереть и отмахиваться. Нейл выполз из палатки с маленькой пластиковой бутылочкой в руке.

— Вот. Кыш их, — объявил он.

— Я пытаюсь, но они не обращают никакого внимания, — вспылил Криспин.

Я расхохоталась.

— Так называется средство от мошки, балда. Быстрее. Намажься.

— После тебя. Послушайте, Роза, Нейл… это было просто сказочно, я бы ни за что такое не пропустил, но, может быть, мы сейчас пойдем отсюда, а придем в другой раз, когда будет ветер в пять баллов.

Я протянула ему бутылку.

— Я согласна. Надо было предупредить тебя. В это время года, когда ветер стихает, на стражу выходят Защитники Острова. Нейл? Ты идешь?

— Минуточку, — ответил Нейл. Он закрыл палатку и тремя большими шагами добрался до того места, где я ждала Криспина, чтобы помочь ему спуститься.

— Простите, — извинился он и, крепко обняв меня, расцеловал в обе щеки. — Вот. Так я тебе благодарен. Ты только что показала мне, что мне делать завтра. А теперь бежим прочь с этого страшного острова, и оставим качурок в покое.

Глава 20

— Буду с вами откровенен, — произнес мистер Бэгшоу действительно откровенным тоном, — работы предстоит много, а вы говорите, что строительство здесь предпринять трудно?

— Почти невозможно, — ответил Нейл.

— Но время и деньги, и все получится? Хорошая бригада из Глазго, снабжение строительными материалами. Они поживут временно в доме, пока не устроятся. Можно и временные домики поставить близ берега… Все это можно устроить.

— Погода вот только, — промямлил Нейл.

Мы стояли на бельведере, откуда был виден северный край мачера и освещенная солнцем башня на острове. Слева у пирса качалась лодка Нейла, на корме которой сидел Криспин и удил рыбу.

День тянулся долго. После завтрака приплыл Нейл на «Морской выдре» и забрал нас с Криспином к себе. Чуть позже Арчи привез на «лендровере» мистера Бэгшоу, и начался инспекционный обход владений. По просьбе Нейла я сопровождала их обоих, когда они осматривали дом, а потом предложила им что-то вроде ленча на кухне. Я еще раньше сделала сэндвичи с остатками холодного цыпленка и ветчины и прихватила с собой сыр и фрукты. Криспин уже перекусил и ушел наслаждаться мачером. Он заверил нас, что прекрасно справится сам. Мы отпустили его и занялись безнадежным отговариванием мистера Бэгшоу.

Ничто не помогало. День стоял прекрасный и солнечный, и дом не желал выглядеть ни удручающе, ни просто заброшенным. Хотя дважды я привлекала внимание Нейла к влажным пятнам на потолке, а Нейл уныло ответил что-то о состоянии крыши и бросил на мистера Бэгшоу быстрый тревожный взгляд. При виде ужасного состояния задней части дома, мистер Бэгшоу лишь поджал губы и упомянул о прекрасном архитекторе, который, очевидно, только для того и существовал, чтобы воплощать в реальность все мечты мистера Бэгшоу. Ну а заросший сад оказался вообще не проблемой. Все эти кусты, как они там называются, заявил мистер Бэгшоу, с энтузиазмом обозревая рододендроны, просто надо обрезать, да и к чему вообще сад, когда есть такой вид?

И мачер, конечно, поставил точку над и. К нашей с Нейлом ярости, он выглядел совсем как на идиллической открытке с видом острова. Длинная изящная линия белого, как молоко, песка, за которой море переливалось красками бирюзы, бледного нефрита и индиго. Далекие скалы отбрасывали фиолетовые тени точно так, как на классических пейзажах. И четыре мили побережья между белым песком и зелеными холмами вересковой пустоши занимал дикий луг, который по-гаэльски называется мачером. Между крошечных белых и желтых цветочков лапчатки, маргариток и таволги проглядывал торф. Чуть выше простирался следующий пласт, слепящий глаза от обилия дубровки и желтого погремка. Еще дальше колыхались на ветерке дикие маргаритки, пупавка, крестовник, черный василек, яркая ястребинка, кружевной земляной каштан и дикий кервель, ну и элегантные круглолистные колокольчики — колокольчики Шотландии.

Наверняка, они начинают цвести не одновременно, но создается впечатление, что на мачере все расцветает мгновенно. А аромат, смешанный с запахом моря и водорослей у края берега — просто незабываемый. Да, невозможно изгладить из памяти летние ароматы островов.

Мистер Бэгшоу, как и ожидалось, пребывал в экстазе. Купание, солнечный берег, фотографии в буклетах, водный спорт и, да, будут и сырые дни, но в деревне его уверили, что телевещание отличное, да и он сам вчера вечером смотрел телевизор, а будет еще и ночная жизнь, центр досуга, дискотеки…

Наконец мы вернулись в сад и на бельведер. Мистер Бэгшоу не заметил Эхо с Нарциссом, печально глядящих на нас со своих заросших постаментов. В ином случае, он, наверняка, придумал что-нибудь еще. Взгляд его был устремлен на красочную панораму в обрамлении деревьев в конце бельведера.

— Это руины башни, — пояснил Нейл. Голос его звучал устало и мрачно. — Крепость железного века. Ее вам не разрешат сносить.

— Ну, конечно. Но ведь это еще один аттракцион. Культурный, — сказал мистер Бэгшоу. — Плюс еще один берег. Что-то романтическое есть в этом острове, мне кажется. Вы согласны со мной?

— Разумеется. Но приливы, а пролив — очень опасный.

Минуту помолчав, мистер Бэгшоу устремил на него яркие проницательные глазки. — У меня создается впечатление, что вы не хотите продавать. Я не ошибаюсь?

Нейл колебался.

— Да, наверное. Я понимаю, что мне придется это сделать, но… не легко представить, как, э, измениться место, которое знаешь и любишь. А то, что предлагаете вы, мистер Бэгшоу, изменит облик всего острова. Мне не хотелось бы чувствовать, что я виноват… то есть я хочу сказать…

— Да, я понимаю. Но весь мир меняется, каждый день, — с искренностью возвестил мистер Бзгшоу, — и это место со временем изменится. Люди ездят отдыхать, и они любят чистый воздух и море и хотят повеселиться. И, если мы предоставим им все это тут, то сюда поплывут и деньги, ведь так?

— Значит, вы хотите утвердить опцион?

— Ничто же этому не мешает.

— Что ж, значит, так. — Нейл встал со стены, на которой сидел. — Но не хотите ли осмотреть и островок? Я могу сию же минуту отвезти вас туда, к птичьим скалам, и, если пожелаете, можем вас там оставить, чтобы вы познакомились и с берегом, и с башней.

Мистер Бэгшоу принял предложение с благодарностью. И вот мы все на «Морской выдре» поплыли к Эйлеан-на-Роин. Взвились тучи кричащих птиц, к удовольствию, правда, по разной причине, Криспина и мистера Бэгшоу. Нейл медленно вел лодку вдоль мачера к соколиной скале. Потом, так же медленно, пошел обратно. Из-за шума мотора разговаривать было трудно, и мистер Бэгшоу погрузился в глубокое раздумье. Я налила в пластиковые кружки чай из термоса и стала наслаждаться красками надвигающихся сумерек и радостью, написанной на лице брата.