— Я так занят, что у меня нет времени чувствовать себя одиноким. Признаюсь, я был весьма удивлен, узнав, что вы фотограф. Судя по вашим манерам и поведению, я скорее принял бы вас за манекенщицу.
— Вы угадали! Когда-то я действительно была манекенщицей, но потом оставила эту профессию. Сочла, что быть фоторепортером интереснее.
— Я тоже интересуюсь фотографией, но как любитель. Полагаю, вы работаете с цветной пленкой?
Гай, которая имела весьма поверхностные знания в фотографии, почувствовала, что ступила на скользкую тропу.
Гарри уловил замешательство Гай и вступил в разговор:
— Мистер Каленберг, прогуливаясь по саду, я наткнулся на зулусов, одетых в боевую форму… На основании фильмов, которые мне довелось видеть… Короче говоря, они выглядят очень эффектно.
— Да, у меня сотни таких воинов, — ответил Каленберг. — Мне нравится, когда они носят свои традиционные одежды. Они считаются признанными охотниками на зверей и… на людей. Никто не может приблизиться к моему поместью и остаться незамеченным. Они патрулируют в джунглях днем и ночью.
— Но не в саду же, — заметил Гарри как можно равнодушнее.
Наступило молчание, такое долгое, что Гарри вынужден был поднять глаза и встретил проницательный взгляд Каленберга. Презрительная насмешка, которую он уловил в этих безжалостных глазах, заставила Гарри быстро отвести взгляд.
— Нет, мистер Эдвардс, в саду они по ночам не патрулируют. Но днем несколько зулусов несут патрульную службу — в те дни, когда здесь находятся посторонние.
— Что ж, это выглядит весьма впечатляюще, — сказал Гарри, положив вилку на стол. — Рыба приготовлена превосходно!
— Угу… — Каленберг вытянул руку и небрежно погладил гепарда. Тот довольно заурчал.
— Как он чудесно мурлычет! — воскликнула Гай. — Он давно у вас?
— Немногим более трех лет. Мы с ним неразлучны, — ответил Каленберг, глядя на Гарри. — Замечательный зверь. Сторожевая кошка, если можно так выразиться. Несколько месяцев назад я получил тому убедительное доказательство. Один из моих слуг сошел с ума и вздумал на меня напасть.
Он ворвался в кабинет с ножом в руке, но прежде чем успел добежать до меня, Гинденбург буквально разорвал его на куски. Гепард — самое быстрое животное в мире. Вы знаете об этом, мистер Эдвардс?
Пилот посмотрел на гепарда и покачал головой.
— Не знал, но похоже, он действительно способен на такое.
Слуга принес очередное блюдо — цыпленка с какой-то невероятной приправой.
— Это блюдо не совсем обычное, — заметил Каленберг. — Рецепт я купил у одного из самых знаменитых парижских поваров. Надеюсь, оно вам понравится.
Пока слуга разрезал цыпленка, Каленберг продолжал вести беседу, но Гай и Гарри чувствовали, что за внешним радушием скрывается огромное внутреннее напряжение.
Цыпленок действительно оказался очень вкусным, и оба гостя отдали ему должное.
Несмотря на отменно приготовленные блюда, Гай испытала облегчение, когда ужин подошел к концу. Ей приходилось разговаривать с разными людьми, но Каленберг ее неприятно поразил. Он был предельно вежлив и в то же время всячески соблюдал дистанцию, их разделяющую. Гай понимала, что лишь частично занимает его внимание. Тем не менее она продолжала поддерживать разговор, стараясь избегать опасных тем.
Когда они пили кофе, на террасе появился Тэк.
— Прошу меня извинить, сэр. Мистер Востер у телефона.
Ах да, совсем забыл. Передайте, чтобы он перезвонил минут через десять.
Тэк поклонился и ушел.
— Вы должны простить, мисс Десмонд, но работа есть работа. Сомневаюсь, что смогу увидеться с вами до вашего отъезда. Не обижайтесь, что я не разрешил фотографировать. Надеюсь, вы остались довольны обедом?
Гай и Гарри поднялись и поблагодарили Каленберга за гостеприимство. Он посмотрел на них каким-то странным взглядом, потом наклонил голову и на кресле покинул террасу в сопровождении Гинденбурга.
Приехав в кабинет, он увидел Тэка, который поджидал его.
— Спасибо, Тэк, эти двое действуют мне на нервы. Женщина безусловно красива, но глупа. — Каленберг устремился за письменный стол. — За ними ведется наблюдение?
— Да, сэр.
— А трое остальных?
— Проводник уже уничтожен. Феннел и Джонс расположились на скале и наблюдают за домом в бинокль. Они связываются с Эдвардсом по радио. Их разговор перехвачен. Феннел придет сюда один, Джонс останется на скале. У Эдвардса появились подозрения, и он принимает меры предосторожности.
— Очень разумно с его стороны. Отлично, Тэк. Вы можете идти к себе. Я еще поработаю немного и лягу спать в обычное время. Остальной персонал тоже может считать себя свободным.
Тэк удивленно поднял глаза.
— Разумно ли это, сэр?
— Здесь остаются сторожа и Гинденбург. Этого более чем достаточно. Лучше, если даже вы об этом деле ничего не будете знать, — жестко сказал Каленберг, глядя на Тэка. — Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, сэр! — Тэк вышел.
Каленберг принялся просматривать письма, пришедшие с дневной почтой. Немногим позже кто-то постучал в дверь.
— Войдите, — сказал Каленберг, нахмурившись.
Вошел Кемоз.
— В чем дело, Кемоз?
— Хозяин, умер Цвид, один из садовников.
— Умер? Каким образом? — удивленно спросил Каленберг.
— Не знаю, хозяин. Поскольку он вечно жалуется на свое здоровье, на него вначале никто не обратил внимания. Потом он сказал, что у него горит в горле, а еще через несколько минут упал и умер.
— Странно… Похороните его как следует. Полагаю, его жена останется довольна. Потеря для нее небольшая.
Кемоз пристально посмотрел на хозяина, потом поклонился.
— Я сделаю все как надо, хозяин.
Он вышел и тихонько прикрыл за собой дверь. Каленберг откинулся на спинку кресла. На его лице заиграла едва заметная улыбка.
Колдун не подвел — кольцо вновь обрело свои смертоносные функции.
Вернувшись в свои апартаменты, Гай и Гарри обнаружили, что все двери и окна на террасу заперты, кондиционер отключен.
— Все на замке! Черт возьми, как же Феннел войдет сюда?
— Я всегда считала тебя большим оптимистом. Неужели ты думал, что двери так и останутся распахнутыми? Ну, что же мы предпримем?
— Известим Феннела. Взломы — это по его части. — Гарри сел и посмотрел на Гай. — Твое мнение о Каленберге?
Гай пожала плечами.
— Мне он не понравился. Наверное, я показалась ему скучной, а человек, считающий меня скучной, не пользуется моей симпатией. — Она мило улыбнулась. — А твое мнение?
— Этот человек опасен, — спокойно ответил Гарри. — И даже очень. Мне кажется, он что-то готовит. Не могу сказать с полной уверенностью, но, судя по всему, он придумал для нас какую-то дьявольскую ловушку. Но в любом случае было бы глупо не попытаться украсть кольцо, поскольку уж мы сюда попали. Хотелось бы знать, не кривил ли он душой, когда говорил, что ночью сад не охраняется. Кстати, нужно об этом сообщить Феннелу.
— Почему ты решил, что…
— Я наблюдал за выражением его глаз. Это ведь всегда может выдать человека. К тому же, я думаю, если он и не душевнобольной — в прямом смысле слова, — то не вполне нормален.
— Гарри, ты вообразил бог знает что! Уверена, что все это напрасные страхи. Ведь если бы он подозревал нас, то никогда не показал бы музей. Если у него есть проблема с психикой, то это только потому, что он калека. Все калеки очень тяжело переносят свою неполноценность.
— Может быть, ты и права. — Гарри пожал плечами. — Только слишком все просто у нас получается.
— Ты возьмешь на себя лифт?
— Конечно! Но если он не работает, я не представляю, как мы туда доберемся. Я выжду еще полчаса, потом пойду на разведку.
Гарри подошел к двери и приоткрыл ее. Коридор был пуст и просматривался до самых дверей музея.
— Поблизости никого нет, — сообщил он, входя в гостиную. — Но если Тэк или другой слуга вздумает появиться в коридоре, когда я буду там, — все пропало. Там даже муха не спрячется.
— Скажешь, что ты лунатик.
Гарри укоризненно посмотрел на нее.
— Пойми, Гай, все это очень серьезно. Неужели ты не понимаешь — если мы попадемся, наше положение будет хуже некуда.
— Что-нибудь придумаем!
— Что ж, пусть будет по-твоему, — внезапно согласился Гарри. — Дай я тебя поцелую.
Гай покачала головой.
— Только не сейчас — мы на работе.
После некоторого колебания Гарри закурил и опустился в кресло.
— Если мы выберемся отсюда, как ты поступишь со своей долей?
— Поступлю на курсы электронщиков. Всегда мечтал учиться, но не было возможности. С деньгами Чалика я пройду полный курс. А когда закончу, смогу получить хорошее место. Сейчас электронщики всюду нужны…
