Не спешил уходить. Но и оправдываться не стал.
Через некоторое время зашуршал одеждой, одеваясь. Дверь в комнату тихо закрылась. Позволила себе всхлипнуть и оглянуться, чтобы убедиться, что Антон ушёл. Ждала, когда хлопнет входная дверь, но стояла подозрительная тишина. Решила, что из-за собственных всхлипов не услышала, что парень ушёл.
Всхлипывая и глотая слёзы, сползла с кровати, ёжась от холода, и быстро достала одежду из шкафа. Надела. Стало морозить и трясти. Двинулась на кухню, чтобы согреться чаем.
Замерла на пороге, заметив на столе дымящуюся чашку с чаем. Снова накрыла злость. Сначала оскорбил, а потом чай налил. Заботливый какой. Схватила чашку, выплеснула жидкость в раковину и зарыдала, сотрясаясь всем телом, наблюдая, как жидкость скрывается в сливе.
Вспомнила, что о бардаке и лужах воды на полу в ванной комнате. Умылась и вытерлась полотенцем. Налила чай, разбавила холодной водой, добавила лимона и мёда и залпом выпила.
Включила свет в ванной и тут же прикусила губу. Чёртовы слёзы никак не желали перестать литься из глаз. В крохотной комнатушке, где всё мне теперь будет напоминать о Тоше и его порочных пальцах, был идеальный порядок. Не было луж воды на полу, а полотенца аккуратно висели на крючках.
Кинула взгляд на себя в зеркало. Лицо опухло от слёз, губы искусаны, на шее следы. От пальцев Димы и поцелуев Антона. Злость медленно стала отступать, но обида никуда не делась. Недоверие и ревность Антона просто убивали. Раздирали на части. То, как и каким тоном была произнесена фраза, ранило. Зацепило. Больно и глубоко.
Но Антон прав. Нам нужно было поговорить. Я должна была высказать всё сразу. Воспользоваться моментом и объяснить, что его брат недалеко ушёл от Димы. Что дверь я ему открыла лишь по той причине, что в глазок их перепутала. Что Игорь силой меня удерживал и прижимал к себе, пытаясь поцеловать.
Выпив ещё одну чашку чая, согревшись и немного успокоившись, переоделась в спортивный костюм и двинулась в соседнюю квартиру. Сначала робко постучала, после позвонила. Дверь открыла мать Антона. Я сначала оторопело уставилась на женщину, пытаясь понять, находится ли она под действием наркотиков или сейчас в трезвом уме. Знала, что в такие моменты её ломало и она становилась крайне агрессивной.
— Михайлина, — женщина расплылась в улыбке, которая показалась мне крайне фальшивой и натянутой, — рада тебя видеть.
Я с трудом не шарахнулась, когда мать любимого парня обняла меня. Было дико дискомфортно и мерзко. Я её ненавидела, презирала и испытывала брезгливость. От женщины не воняло, но мне казалась грязной.
Когда мать Антона отстранилась, захотелось встряхнуться и потереть места, где она прикасалась. Но воспитание не позволило. Натянуто улыбнулась женщине. Но всё же сделала шаг назад и увеличила между нами расстояние.
— Здравствуйте, — подала голос, — Тош… Антон дома?
Женщина вдруг резко сузила глаза и поджала губы. Я нахмурилась, не понимая, чем была вызвана такая реакция.
—Вижу, мой младший сын всё же выиграл пари, — мать Антона цинично и насмешливо ухмыльнулась, демонстрируя жёлтые зубы.
— Что? — меня будто ледяной водой окатило. В груди всё похолодело и заледенело.
— Михайлина, ты хорошая девочка, я вижу. Антон всегда завидовал Игорю, с самого детства.
— Он не завидовал, — перебила женщину, сжав кулаки и процедив слова сквозь зубы. — Это вы всегда Игорёшу выделяли. На руках носили.
— Позволь мне самой судить своих сыновей, девочка, — мать Антона сложила руки на груди и спиной оперлась на дверь в их квартиру. — Я-то характеры своих сыновей лучше знаю. Когда ты с родителями только переехала, Игорь первый тебя заметил, — женщина подняла руку и стала тереть лоб. — Сказал за ужином, кто нам в подъезд заехала красивая девочка. Хотл с тобой познакомиться.
— Вы лжёте, — я усмехнулась. — Я Антона встретила в первый же день, когда коробки выгружали из грузовика. Он тогда приехал из отделения, куда его забрали, когда от насильника вас спас, разбил о его голову бутылку. А вы заявление подали вместе со своим любовником.
— Девочка, ты знаешь, что у меня проблемы с наркотиками, — женщина прямо посмотрела мне в глаза.
— Поверьте, более чем осведомлена, — не смогла сдержать ехидной улыбки.
— Не нужно насмехаться, Михайлина. Это болезнь, которая почти не лечится. Так вот… — мать Антона потёрла глаз, почесала кончик носа, — я часто путаю последовательность событий. Послушай меня, девочка, я лгать не пытаюсь. Нет никакого смысла.
— О чём лгать? О том, что любимый и драгоценный Игорёша меня первой заметил? — я хамила.
Откровенно и напрямую. Мама бы одёрнула, бабушка бы за сердце схватилась. Но я не могла уважительно относиться к женщине, сломавшей жизни двум людям. Любимым людям.
— Не нужно огрызаться, Михайлина. Я хочу помочь и предупредить тебя. Ты мне нравишься. Мои сыновья соревновались друг с другом с детства, — пластинка немного сменила вектор.
— Конечно. А никогда не задумывались, почему? — мать Антона с недоумением посмотрела на меня. — Потому что нельзя любить только одного ребёнка, а другому вечно говорить, что он тупой.
— Не было такого, — мать Тоши закатила глаза. — Я не знаю, что этот щенок тебе рассказывал. Я была хорошей матерью.
— Как удачно вы использовали прошедшее время, — я рассмеялась хрипло и каркающе. — Были. Когда-то. Родитель может быть хорошем, даже вгоняя своего ребёнка в комплексы и оставляя сотни травм. Только вот любили всегда не того сына. Антон все эти годы пытается вытащить вас из болота, в котором вы вязнете. Каждый день он заботится о вас. Работает на нескольких работах, даже в боях участвует, только бы за вашу наркоту деньги выплатить.
— Это мой сын, дрянь! И он обязан обо мне заботиться! Я ему жопу вытирала. Ночами не спала.
— Никто рожать не заставлял. Вы знали на что шли, когда беременели и вынашивали ребёнка. Это вы были обязаны заботиться о детях. Но никак не ребёнок о вас. Игорь самый заботливый у вас. Наркотики в больницу проносил. Знал, на что тратить. А потом свинтил, когда понял, что его наркодилеры прихлопнуть могут.
— Он уехал из-за тебя, потаскушка, — маска дружелюбия мигом слетела. — Игорь был влюблён в тебя. Они с Антоном поспорили, кого ты выберешь и в кого ты влюбишься.
— Да ну, — я выгнула бровь и насмешливо улыбнулась, чувствуя некое удовлетворение
