– Но она-то тебя любила!! – возразила Арина.
Тепляков не согласился.
– Да какой там! Своего первого парня, может, и любила, а со мной… Тоже ведь не хотелось всю жизнь одной куковать, да еще и ребенка тянуть надо было. Жили, правда, дружно. Да чего нам ссориться? Она на меня никогда не злилась, не было у нее ко мне истерических чувств. Ей главное, чтобы я деньги отдавал, был сыт и одет. А мне и тем более – дома чисто, на столе обед, ужин, а остальное… Сначала вроде бы ничего, а в последние годы что-то совсем жить невыносимо стало. Понял, что я ей не нужен, собственно, как и она мне. Живу в семье, как чужой, только денег с каждым годом все больше и больше требуют. С Димкой постоянно шушукается, у них, видишь ли, общие интересы, а со мной…
– Димка – это ее ребенок?
– Ну да. Двадцать два года дубине, – вздохнул Тепляков, а потом вдруг глянул на Арину как-то по-особенному. – А когда тебя здесь встретил… будто все во мне перевернулось. Мне с тобой так легко!!! Говорить можно обо всем. И я вдруг опять подумал, все-таки счастье, правда, это когда тебя понимают.
Арина не знала, что и сказать. Ей тоже было с Гришкой легко и спокойно, и встречаться с ним ей нравилось, но вовсе не затем, чтобы строить какие-то семейные отношения, а просто чтобы поболтать, рассказать о своих делах. Неужели мужчина и женщина не могут быть только друзьями? Она, правда, и сама до сей поры считала, что не могут, а тут оказалось, что друзьями быть совсем не плохо. Однако Гришка, получается, думал по-другому. И хоть он был замечательным человеком и прочее, однако она не сомневалась, что для семейной жизни необходимо еще какое-то влечение друг к другу.
Тепляков посмотрел на задумавшуюся подругу и решил все ее сомнения отмести страстным поцелуем. Он рванулся к ней, облапил ее ручищами и… Ничего не произошло, потому что Арина вдруг ни к селу ни к городу рассмеялась.
– Ой, не могу! Сигарету-то изо рта вытащи! Я ж тебе говорила, чего так волноваться?!
Тепляков обомлел. Надо же так опростоволоситься!! Он и в самом деле курил сегодня одну за другой и совсем забыл, что рот не свободен.
– Гришка, ты меня сейчас всю подожжешь!! – Арина с силой оттолкнула его от себя. И снова фыркнула. – Между прочим, сигарета у тебя не горит. Ты ее прикурить забыл.
– Да! Точно забыл, но я сейчас, – нервно заговорил Тепляков и полез за зажигалкой. – Тьфу ты! На кой черт мне ее поджигать, если я… А чего? Целоваться не будем?!
Арина снова задорно фыркнула, но потом изо всех сил постаралась быть серьезной:
– Думаю, наше целование надо пока отменить. Чего мы с тобой, как первоклассники? Не успели в машину влезть и давай губами тыкаться?!
– Мы… не тыкаться, мы целоваться, – пытался спорить Тепляков. – Это все делают. И взрослые тоже. Я вот дома тоже нет-нет да и… хочу к кому-нибудь губами приложиться.
Арина потрепала Теплякову волосы и назидательно проговорила:
– А зимой к холодному железу прикладываться не пробовал? Желания пропадают на счет «раз».
– Нет, я к женщине хочу, – откровенно признался тот.
– Ну-у, миленький мой, на тебя не угодишь, – махнула рукой Арина. – Давай-ка поворачивай к дому. Я так спать хочу, сил нет.
– А жениться мы не будем, что ли? – наивно спросил тот.
– Гришенька, ну сколько тебе можно жениться? Ты еще со своей женой не развелся, – напомнила Арина. – Да и я… еще никак от своего замужества отойти не могу. Чего стоишь, рули давай, уже времени-то сколько!!
– А мы будем с тобой дружить? – совсем по-детски спросил Тепляков.
– Ой, вот дружить мы с тобой будем сколько угодно! Нам еще и работать вместе, если ты не забыл. Давай, друг мой, вези меня к домику. Родственники уже, наверное, заскучали без меня.
Сонечка и Антон вовсе не думали скучать. Они развалились на разных кроватях, и комната содрогалась от их храпа.
– И зачем я только согласилась жить с ними под одной крышей?! – ворчала Арина. – Надо было сразу притаскивать сюда раскладушку.
Она устроилась на кухонном диванчике и, наконец, закрыла глаза. Ей так хотелось спать, что думалось, будто она уснет, не дойдя до подушки. Но уснуть не получалось. В голове навязчиво прокручивался весь сегодняшний день. И почему-то вовсе не Гришка со своим судьбоносным предложением, а… Грумов. Естественно, он ее интересовал только как учитель Васьки. Ничего личного! Но ей было неприятно видеть его накануне вместе с Дианой, чего уж там… очень даже противно. Правда, это можно легко объяснить. Арина просто не хочет, чтобы эта девица болталась поблизости от ее сына. И все!!! Зато Грумов тоже заметил, что не один он свет в окошке. Возле нее так и увивался Гришка, а он мужчина видный. И Грумов еще не знает, что Гришка даже целоваться лез, дурачок такой!
При воспоминании об этом Арина фыркнула. Трепетный Тепляков ее веселил, зато… она только на минутку представила, если бы на его месте оказался… Нет! Очень хорошо, что на месте Теплякова оказался только сам Тепляков, а то, например, Грумова… если честно, Грумова она отталкивать не стала бы. А чего зря мучиться, если у Арины просто бы сил не хватило?! Вон он какой здоровяк! Разве с ним справишься?! Как облапит своими ручищами, так и… не вздохнешь! А если получится, то от него всегда так замечательно пахнет… У него такие глаза, такая усмешка, что… Господи, о чем это она?!
Арина села на диванчике, сонно поморгала глазами и вздохнула:
– Никитина, ты меня пугаешь. Запомни! Для тебя Грумов – это просто спортивный снаряд, и все. Брусья, бревно, например, или… козел. Да, ему все подходит!!
И без сил рухнула на подушку.
«Дружить» Тепляков твердо решил прямо со следующего дня. Арина наивно полагала, что они уже и так друзья, однако Григорий, видно, вкладывал в это слово какое-то свое понятие.
Арина сидела за столом, ковыряла вилкой котлетину, что в достатке навез вчера Антон, когда услышала в комнате крик сестры.
– Аришка-а-а! Что вы вчера делали с Тепляковым?! Он сегодня жениться приехал!!!
Арина чуть не подавилась:
– Как жениться? Я ж ему… запретила!! Опять жениться?!
– Я так и знала, – горько мотнула головой Сонечка. – Эти машины с мартини и музыкой до добра не доводят. Они доводят только до загса! Признайся мне, горе мое, вы вчера не Мендельсона слушали?!
– Сонечка! Ты выучила еще одного композитора?! – с восхищением смотрел на нее Антон.
– Ну уж, – запыхтела Сонечка, – надо быть полной дурой, чтобы не знать, чей марш тебе включают на бракосочетании!
Пока супруги препирались, Арина подлетела к окну и ахнула. Возле их корпуса стояла совершенно натуральная конная тройка с санями, вся в лентах, колокольчиках и мишуре. На облучке сидел ряженый мужичок, а возле мужичка бегал, отдавая распоряжения, Тепляков.
