– Но ведь та пилюля давно переварилась, – возразил Ху Фэйцинь, – как я смогу её выплюнуть?
Ху Сюань извинилась и молниеносно впечатала три пальца Ху Фэйциню в солнечное сплетение. Того накрыло волной боли и тошноты, он перевернулся на бок, чувствуя, что в рот хлынула желчь. Ху Сюань подставила ему миску. Вместе с желчью вышла и пилюля. Она была не повреждена, точно он только что проглотил её.
Ху Сюань быстро и ловко втолкнула ему в губы другую демоническую пилюлю:
– Глотай.
Ху Фэйцинь проглотил пилюлю. Она легко проскользнула по горлу в желудок, оставляя во рту сладковатый шлейф, перекрывший вкус желчи. Лисье пламя внутри всколыхнулось, и Ху Фэйцинь почувствовал прилив сил. Нимб, вращающийся вокруг тринадцатого языка пламени, слегка померк, точно его обволокло туманом. Ху Фэйцинь подумал, что очень близок к тому, чтобы вернуть себе девятый хвост.
Ху Сюань проверила его пульс, одобрительно кивнула и сказала, что самое время заняться раной. Ху Фэйцинь почувствовал лёгкое напряжение: когда Ху Вэй врачевал его, было чудовищно больно.
Ху Сюань вынула из цянькуня[21] небольшую фарфоровую склянку, заткнутую деревяшкой, и круглый глиняный сосуд, запечатанный воском. В сосуде что-то скреблось. Ху Сюань распечатала фарфоровую склянку, перевернула её над ладонью, изнутри медленно потекла тягучая жидкость, похожая на смолу.
– Смола?
– Смола лисьего дерева, – кивнула Ху Сюань. – Лисьи деревья редки, одно вырастает в тысячу лисьих лет. Это снадобье – первая часть секретной техники Великой семьи Ху. Оно залечивает даже раны, нанесённые небесным оружием. Кровотечение прекратится, семь слоёв срастутся.
Когда смола попала в рану, Ху Фэйцинь ощутил лёгкую дрожь во всём теле: щипалось, но особенно больно не было, смола приятно охладила горящие края раны. Запаха у смолы не было.
– Вторая часть секретной техники, – продолжила Ху Сюань, ставя себе на колено глиняный сосуд, – закроет рану полностью.
Она приоткрыла восковую крышку, сунула в сосуд два пальца и ловко извлекла оттуда что-то длинное и тонкое, полупрозрачное, извивающееся.
– Что это? – вскрикнул Ху Фэйцинь.
– Названия у него нет, но это червь, которого вывели лисьи знахари, чтобы врачевать раны, нанесённые небесным оружием. Постарайся не дёргаться. – И с этими словами Ху Сюань положила червя Ху Фэйциню на живот.
Каждый волосок на теле Ху Фэйциня встал дыбом. Червь извивался, как любой червяк, которого вытащили из земли. Он был склизкий и липкий. Ху Фэйциня опять затошнило, и ему пришлось приложить немало усилий, чтобы не стряхнуть червя с себя в приступе омерзения. Ху Сюань ободряюще улыбнулась ему и соломинкой подтолкнула червя к краю раны.
– Будет немного больно, – предупредила она.
Червь почуял кровь – или смолу лисьего дерева? – и воткнулся, как игла, прямо в тело, зигзагообразными движениями проделывая в коже на краях раны дырки – проедая их буквально! – и протягивая через них своё гибкое тело. Глаза Ху Фэйциня стали лисьими, он зашипел. Боль была ничтожна, если вспомнить, через что он уже прошёл, но противно до тошноты! Ху Сюань, заметив, что он позеленел, предложила ему миску. Ху Фэйцинь отрицательно качнул головой. Червь добрался до другого края и замер. Ху Сюань ловко взяла его за оба конца и потянула в разные стороны, края раны плотно сошлись и сомкнулись.
– Ну вот, – сказала Ху Сюань довольно, – готово. Через несколько лисьих дней рана закроется полностью.
– А эта… эта штука… – сдавленно сказал Ху Фэйцинь.
– Когда рана закроется, я его вытащу, – сказала Ху Сюань.
Она присыпала рану порошком, похожим на лисий фарфор, положила поверх чистую тряпицу и наклонилась к Ху Фэйциню, чтобы наложить новую повязку на живот.
Ху Фэйцинь подумал, что стоит расспросить у неё о Тьме. Лисьи знахари должны знать, что это такое и чем грозит, так он считал.
– Сюань-цзе… – начал он, но ничего спросить не успел.
[153] Ху Вэй берёт дело в свои лапы
За дверью послышалась грызня. Ху Фэйцинь различил голос Ху Вэя, который с кем-то сцепился прямо за порогом.
– Ты не представляешь, чего мне стоило выдворить его отсюда, – фыркнула Ху Сюань, – а теперь он пытается прорваться внутрь. Ну, хотя бы врачевать закончила.
Дверь с треском распахнулась, в комнату влетел Ху Вэй. Следом за ним втянуло какого-то старого лиса. Старик ухватился за рукав Ху Вэя, чтобы остановить его, но силы были неравны. У него были седые усы, длинная борода и недоброжелательный взгляд. Ху Фэйцинь решил, что это, должно быть, лисий дед Ху Вэя: вряд ли тот позволил бы кому-то постороннему так с собой обращаться. К тому же у старого лиса были точно такие же глаза, как и у Ху Вэя, – полные янтаря.
Ху Вэй остановился, точно споткнулся, и уставился на представшую его глазам картину. Неизвестно, что он себе надумал, увидев склонившуюся над Ху Фэйцинем старшую сестру, но лицо его покрылось пятнами. Он подскочил к кровати и резко сказал:
– Что ты с ним делаешь?!
Ху Сюань выпрямилась и спокойно ответила:
– Перевязываю А-Фэю рану.
– А-Фэй? – ещё резче переспросил Ху Вэй. – Когда это он успел стать для тебя А-Фэем?
Ху Сюань медленно приподняла одну бровь, встала с кровати и преспокойно впечатала ребро ладони в голову Ху Вэя с такой силой, что того буквально вбило коленями в пол. Ху Фэйцинь поразился до глубины души. Ничто не выдавало в Ху Сюань силы, но чтобы так приложить Ху Вэя – силой нужно обладать недюжинной, в этом он был уверен!
– Сюань-цзе! – воскликнул Ху Вэй, хватаясь за голову.
– Что, встали мозги на место? – спросила Ху Сюань с лёгкой иронией и, повернув голову к Ху Фэйциню, добавила: – Секретная техника отрезвления ополоумевших лисьих демонов.
Ху Фэйцинь с трудом сдержал смех и ответил как можно серьёзнее:
– Возьму на заметку.
– Тебе понадобится, – кивнула Ху Сюань.
Ху Вэй поднялся с колен, всё ещё держась за голову:
– Я сам его перевяжу. Уйдите все отсюда! – И с этими словами он набросил на Ху Фэйциня покрывало, чтобы закрыть его от чужих взглядов.
– Мне ещё подбавить? – строго спросила Ху Сюань, демонстрируя ему ладонь.
Ху Вэй, не обратив на неё внимания, сказал:
– Фэйцинь, прикажи им уйти.
– Я? – поразился ещё больше Ху Фэйцинь.
– Ты Лисий бог, никто не осмелится тебя ослушаться.
Ху Фэйцинь исполнился сомнений по этому поводу. Сам-то Ху Вэй не больно его слушался. Да и испытывать судьбу не хотелось: старый лис и без того глядел на него недобро.
– Ху Вэй, – сказал Ху Фэйцинь строго, – не подобает так вести себя со старшими. Что за невоспитанность!
– Ты меня отчитывать вздумал? – вспыхнул Ху Вэй. – За них ты или за меня?!
– Ни за кого, раз уж я Лисий бог, – съязвил Ху Фэйцинь. – Лисьи боги непредвзяты и не принимают ничью сторону.
– Да ты понятия не имеешь, какими должны быть лисьи боги! – вспылил Ху Вэй.
– Как и ты, – однозначно сказал Ху Фэйцинь.
Ху Сюань едва слышно прыснула. Давненько она не видела, чтобы младший брат так щетинился из-за пустяков.
«Детство в холке заиграло», – подумала она.
– А-Вэй, – сказала она, несильно толкнув младшего брата в плечо. – Раз уж вызвался помогать, так помогай. Перевяжи А-Фэю рану.
Ху Сюань взяла миску с водой, в которой смачивала тряпицу, стирая кровь с живота Ху Фэйциня, и направилась к двери. Старый лис бросил на Ху Фэйциня ещё один неодобрительный взгляд и пошёл следом.
Ху Вэй тут же о них позабыл. Он уселся на кровать и принялся перевязывать Ху Фэйциню рану. Ху Фэйцинь разглядывал его лицо, пока он это делал. Чёрные глаза с золотыми зрачками. Тьма в который раз изменила их.
– Ху Вэй, тот старик ваш лисий дед? – спросил Ху Фэйцинь. – Кажется, я ему не нравлюсь.
– Это наш с Сюань-цзе отец, – возразил Ху Вэй. – Не обращай внимания. Он вечно всем недоволен.
– Такой старый, – удивился Ху Фэйцинь. – Разве лисьи демоны не могут сохранять молодость в преклонных летах?
