потянулась к чайнику и долила себе в чашку тягучую густую жидкость. Заваривала бабка Кандуча на травах и кореньях, так что получился взвар, скорее похожий на суп, чем на чай.
За эти дни Марианна насмотрелась на такое, что красными глазами и тенями ее не напугать. Тем более, что того тянущего ощущения ужаса, которое сопровождало чёрный туман, тут не было. Она явственно ощущала доброжелательное любопытство, исходившее от гремлина, а потому бояться искренне не видела причин.
Да, про существ, подобных бабке Кандуче, она слышала на недавней лекции. Они как раз из той категории, что обязаны постоянно носить амулеты, скрывающие настоящую внешность, и контроль властей за ними самый строгий.
Все потому, что они отъявленные воришки. Хуже сорок. Тащат все, что плохо лежит, и тем более то, что хорошо. Поставить гремлина начальником склада просто гениальное решение — так если он что и будет тащить, то на тот же склад. Сплошная польза администрации.
Бабушка-гремлин довольно усмехнулась и приняла у Марианны чайник.
— Не боишься. Значит, сильная. — с удовлетворением протянула она. Брови девушки вздернулись к линии волос.
— Доктор Баудель не нашёл во мне магии. Вообще. — напомнила она. Кандуча только фыркнула.
— Ох уж этот шарлатан и его допотопные устройства. — покачала бабка головой, размеренно побалтывая ложкой в чашке. — Сколько раз говорила им — нужны тонкие настройки, больше опций… нет, балбесы уперлись — сюда приносит только тех, кто вписывается в этот мир!
Кандуча сменила интонацию, явно передразнивая кого-то из верхов.
— Это же Перекресток! — с нажимом произнесла она, а Марианна поежилась. Только не хватало еще, чтобы у нее обнаружилась какая-нибудь экзотическая, несовместимая с этим миром магия.
Сноходческая, например, ага.
— И что? — осторожно уточнила она. — Что такого особенного в Перекрёстке?
— По названию, кажется, очевидно. — с чувством превосходства пробубнила бабка. — Наш мир — вовсе не планета. Ну, или как вы там себе, в техногенных мирах, представляете строение вселенной? Звезда, вокруг нее тела, вокруг них спутники… тут такого нет.
— Но я же видела луну… — пробормотала Марианна не слишком уверенно. Спорить не хотелось, хотя вбитые в школе знания орали в голос, что гремлинша сошла с ума. Что значит, не планета? А что тогда?
— Если ты выйдешь в город, луна будет уже другой. А за чертой центра их вообще три. — фыркнула бабка Кандуча. — Перекресток — это под-мир, некий коридор между остальными вселенными. Потому и сыпятся сюда всякие попаданцы. А куда им еще?
— А Дикие миры? — у Марианны шла кругом голова. Описанная модель никак не желала укладываться в стройную картину теорий большого взрыва и эволюций, но девушка решительно задавила нарастающую иррациональную панику одним словом — «магия»! Там, где она есть, возможно действительно все. Вообще.
— Они только развиваются. — отмахнулась Кандуча. — Появление одного-двух попаданцев там просто не заметят. Слишком умную женщину быстро сожгут, как ведьму, а мужчину убьют в первой же стычке. Вы, жители техногенного мира, изнежились донельзя, привыкли жить на всем готовом. Не переживай, умных туда не отправляют, только готовых к ассимиляции!
Марианна сглотнула чай, который забыла во рту от шока. Ну да, то есть никого не казнят, потому что не сдавшие проходные экзамены должны быть настолько тупы, что затеряются среди дикого населения. Логично, конечно. Но от этого не менее страшно.
— А что делают с теми, у кого редкая магия? Или опасная? — поинтересовалась девушка. Она уже задавала похожий вопрос на лекции, но почему-то ей казалось, что бабка Кандуча знает больше. Или, по крайней мере, готова об этом честно рассказать.
Гремлинша склонила голову набок, изучая Марианну. Казалось, желтоватые глаза видят ее насквозь, несмотря на показную подслеповатость.
— Ты про себя, что ли? — уточнила она наконец. — Не вижу в тебе зла, девочка. И опасности тоже. Максимум, пристроят на службу государству, и то, дело исключительно добровольное. Может, в структуру какую частную возьмут. А что у тебя за дар, говоришь?
— Не знаю. — пожала плечами Марианна. Бабка Кандуча нахмурилась.
— А врать нехорошо. — проскрипела она. — Я к тебе со всей душой…
— Догадываюсь. — поспешно поправилась девушка. Гремлинша кивнула, оттаивая.
— Да, редкие магии, они такие. Никогда нельзя быть в них уверенной. Надеюсь, меня все же послушают и рано или поздно закупят новые определители. Главное, чтобы не слишком поздно.
Прозвучало зловеще, и Марианна невольно поежилась.
— Вы про меня расскажете? — вопрос прозвучал жалобно. Кандуча усмехнулась и покачала головой.
— Зла в тебе нет. А последствия халатности пусть сами расхлебывают, я в это дело не полезу. — загадочно ответила она.
Марианна залпом допила остывший чай и поднялась. Хорошо, что ее не выдадут, но яснее ситуация не стала.
Хотя, по мнению гремлинши, она не опасна для окружающих. Это радует. Нужно сегодня же попробовать снять эти черные туманные метки. Если их поставила сама Марианна, проблем возникнуть не должно. Девушке вовсе не улыбалась слава энергетического вампира, тем более что никакого особого прилива сил она до сих пор не ощущала. Да и вообще никаких странных симптомов, кроме сомнамбулизма при помощи телепортации.
Она вздохнула. Оставалось надеяться, что она и в самом деле просто портальщик, а никакой не сноходец.
Занятая невеселыми мыслями, Марианна на автопилоте брела в сторону своего домика, и толпу заметила поздно, после того, как чуть не вошла в чью-то спину. Люди стояли кольцом плотно, и озабоченно переговаривались.
— Тело…
— …разлагается на глазах…
— …убийство!
— Да нет, сам он.
Марианне стало дурно, к горлу подступил вязкий комок. Не обращая внимания на возмущенные возгласы, она быстро протолкалась к своему крыльцу, ориентируясь на рыжую лисью шубу Леры. Поднялась на пару ступенек и уже оттуда нашла взглядом эпицентр событий.
Бородача она поначалу не узнала.
Нет, совсем растительность он не сбрил. Оставил легкую, двухнедельную щетину. Но теперь она выглядела не заросшим веником, а ухоженной, продуманной небритостью. Стал виден подбородок с предательской ямочкой, от которой у Марианны подогнулись коленки, а сердце застучало в ушах.
И кажется Кэлан это услышал. Повернулся, прервал разговор с коллегой на полуслове, и впился в нее острым, каким-то вопросительным взглядом. Не контролируя себя, девушка облизала пересохшие губы, и глаза мужчины полыхнули темным, нескрываемым желанием.
Ей все приснилось, мантрой повторила про себя Марианна. Не разглядывала же она на самом деле, как оборотень занимался самоудовлетворением в
