В 1658 году Никон, официально титуловавшийся «великим государем», самовольно оставляет патриарший престол, бросая таким образом свою паству на произвол судьбы. Поступая так, он, вероятно, рассчитывал на то, что царь, одумавшись, начнет его упрашивать вернуться на патриаршество и выполнит новые его требования. Но Никон, собственно, уже был не нужен царю и его окружению. «Мавр сделал свое дело» — чудовищный маховик реформы был запущен.
* * *
В чем же заключалась суть никоновской, а точнее, алексеевской «реформации»? Формальным поводом послужило исправление якобы неисправных богослужебных книг. Реформаторы утверждали, что со времени принятия христианства при князе Владимире в богослужебные книги по вине «невежественных» переписчиков вкралось такое множество ошибок, что необходима серьезная правка. Эта мысль явилась из сличения оригиналов и переводов. Но что в данном случае принималось за оригинал? Новогреческие богослужебные книги, напечатанные в иезуитских типографиях Венеции и Парижа! Греки тогда находились под игом турок-османов, и собственные типографии им заводить запрещали. Помимо того что за семь веков, прошедших со времени Крещения Руси, греки, заразившись латинским духом, сами существенно изменили чинопоследования многих церковных служб, к этим изменениям добавлялись еще сознательные еретические искажения, внесенные хозяевами типографий — иезуитами, стремившимися всеми правдами и неправдами подчинить православный мир римскому папе.
Тем самым никоновская «справа» стала не исправлением богослужебных книг, а их настоящей порчей, искажением. «Объективное сравнение текстов богослужебных книг предреформенных, иосифовской печати, и послереформенных не оставляет сомнений в ложности утверждения о недоброкачественности предреформенных богослужебных книг — описок в этих книгах, пожалуй, меньше, чем опечаток в современных нам книгах, — пишет историк Б. П. Кутузов. — Более того, сравнение текстов позволяет сделать как раз противоположные выводы: послереформенные тексты значительно уступают по доброкачественности предреформенным, поскольку в результате так называемой правки в текстах появилось огромное количество погрешностей разного рода и даже ошибок (грамматических, лексических, исторических, догматических и пр.)»[111].
Когда сравниваешь старые и новые тексты, то невольно соглашаешься с протопопом Аввакумом. Он в таких словах передавал наказ патриарха Никона по «исправлению» книг «справщику», выученику иезуитов Арсению Греку: «Правь, Арсен, хоть как, лишь бы не по-старому». И там, где в богослужебных книгах ранее было написано «отроки» — стало «дети», где было написано «дети» — стало «отроки»; где была «церковь» — стал «храм», где «храм» — там «церковь»… Появились и такие откровенные нелепости, как «сияние шума», «уразуметь очесы (то есть очами)», «видеть перстом», «крестообразные Моисеевы руки», не говоря уже о вставленной в чин крещения молитве «духу лукавому». Удивительный перевод! Но удивление исчезает, когда начинаешь сличать переводы с подлинниками. Оказывается, все венецианские и парижские издания греческих богослужебных книг, по которым и проводилась никоновская «справа», в текстуальном отношении весьма сильно разнятся между собой. При этом разница между изданиями может состоять не только в нескольких строках, но иногда в странице, двух и больше…
Со временем стало очевидно, что Никон и царь хотят не просто исправления каких-то погрешностей переписчиков, а изменения всех старых русских церковных чинов и обрядов в соответствии с новыми греческими. «Трагедия расколотворческой реформы в том и состояла, что была предпринята попытка «править прямое по кривому», провозгласив содержавшие погрешности формы религиозного культа позднейшего времени древнейшими, единственно верными и единственно возможными, а всякое отклонение от них — злом и ересью, подлежащей насильственному уничтожению»[112].
Боярыня.
Художник К. Е. Маковский Боярская семья XVII века
Боярская площадка в Московском Кремле. Художник Ф. Я. Алексеев
Выход боярыни.
Художник А. М. Васнецов У Мясницких ворот Белого города в XVII веке.
Художник А. М. Васнецов Алексей, человек Божий, и Мария Египетская. Икона, написанная к бракосочетанию царя Алексея Михайловича и царицы Марии Ильиничны. 1648 г. Выбор невесты Алексеем Михайловичем.
Художник Г. С. Седов Царица Мария Ильинична Милославская Царь Алексей Михайлович Царская площадка и Красное крыльцо Грановитой палаты в Кремле.
Художник А. М. Васнецов В горнице древнерусского дома московских времен.
Художник А. М. Васнецов Под венец.
Художник К. Е. Маковский Церковь Святых Бориса и Глеба в Зюзине Русские женщины XVII столетия в церкви.
Художник А. П. Рябушкин Царь Алексей Михайлович Патриарх Никон со своим клиром.
Художник Ф. Г. Солнцев Вид на Теремной дворец и собор Спаса на Бору,
Художник Ф. Я. Алексеев Царица Наталья Кирилловна Нарышкина Царевна Ирина Михайловна Основные различия между старыми и новыми обрядами.
Старообрядческий лубок XIX в. Боярин Артамон Сергеевич Матвеев Патриарх Питирим Московский застенок. Конец XVI века.
Художник А. М. Васнецов Боярыня Морозова на допросе у митрополита.
Миниатюра конца XVIII в. Новодевичий монастырь Боярыня Морозова посещает протопопа Аввакума в темнице.
Художник П. Щеглов Боярыня Морозова,
Художник В. И. Суриков Боровские мученицы Ф. П. Морозова, княгиня Е. П. Урусова и М. Г. Данилова,
Миниатюра конца XIX в. Пафнутьев Боровский монастырь Фрагмент письма княгини Е. П. Урусовой Юлия Мельникова в роли боярыни Морозовой в фильме H.H. Досталя «Раскол» (2011 год) Могилы святых мучениц Феодоры и Евдокии. 1910-е гг. Старообрядческая часовня на месте гибели боровских мучениц боярыни Ф. П. Морозовой, княгини Е. П. Урусовой и М. Г. Даниловой
И действительно, изменений было множество. Перечислим лишь некоторые, наиболее важные с точки зрения православной догматики и церковных канонов:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
