- Вижу, тебе понравилось, - заметил Эндж мою реакцию - Люблю, когда сексуальность граничит с распущенностью. Может, примеришь?
Мои руки затряслись от гнева и испытанного унижения. Хотелось кинуться на него с кулаками, но, готова поспорить, это бы его только повеселило. В этом и заключался его план - позлить меня. Черт, и как же хорошо ему это удавалось, настоящий ас.
- Спасибо, - как робот произнесла я, как можно спокойнее пряча тряпочки в коробку. - Не стоило утруждать себя, а то в магазине женского нижнего белья тебя могли неправильно понять.
- Не волнуйся за мою честь, я там постоянный клиент. Увы, современные девушки совсем не понимают, что нужно мужчинам, их всему приходится учить. Надеюсь, ты любишь эксперименты?
- Да, - уверенно ответила я, наконец справивший с собой и взглянув на него. - Ты не мог бы ради эксперимента покинуть мою комнату и забрать с собой Пушистика?
- Детка, ты заговоришь иначе, когда проголодаешься. Но теперь я могу поставить свое условие - не наденешь мой подарок, не получишь ни капли моей драгоценной крови.
- Лучше загнусь с голода.
- Посмотрим.
Эндж грациозно поднялся из кресла и, окинув меня на прощание хищным взглядом как у Гарса, вышел из комнаты, услужливо прикрыв за собой дверь. Я растерянно смотрела на открытую коробку и чувствовала, как гнев накатывает новой волной. Что за извращенец?!
Со злости я столкнула коробку на пол, рассчитывая, что она навсегда там и пропадет. Гадость, да как он только смел так со мной обращаться? Возможно, на его Калипсо такие штучки и действовали, но не на меня. Это война. Пусть мне ее и не суждено было выиграть, но скоротать вечность она могла и помочь.
Стараясь не думать о болезненных воспоминаниях, так и ждущих момента напомнить о себе, я добралась до пакетов, оставленных Энджем. Стоило признать, что там находились неплохие вещи: пара джинсов, черные и голубые, коктейльные платьица ярких расцветок и куча разных топов и туник. Он даже позаботился об обуви. Неужели мужчина страдал раздвоением личности? Как такая сволочь, рожденная пакостить людям, могла порой быть заботливым и чутким парнем? Нелепость.
Переодеться и привести себя в порядок удалось в относительной тишине. Эндж больше не пытался нарушить мои границы, только снизу доносились плавные мелодии гитары. Наверное, Некромант. Несмотря на все гадости, сказанные моим наставником насчет этого гота, я не ощущала к нему неприязни. Мне нравилось то, что он упорно противостоял Энджу, живя на своей волне и не обращая внимания на других. А даже в этом дурдоме мне нужны были друзья, или хотя бы товарищи, которым можно было выговориться после очередной выходки моего конвоира.
Я старалась не шуметь, когда открыла дверь и высунула голову в коридор. Никого. Мне даже удалось остаться незамеченной, проходя по этому широкому коридору. Некромант не обратил внимания, когда я спустилась на один пролет вниз и присела рядом с ним на краешек подоконника.
Мелодия была мрачной и депрессивной, как раз подстать моему настроению. Я словно чувствовала запах смерти, сквозивший в каждом аккорде. Безысходность.
- Не обращай внимания на его поступки, - неожиданно произнес парень, не отрываясь от своего занятия. - Он ждет эмоций, реакции. Не поддавайся ему. Будь безразличной, это злит его особенно сильно.
- Трудно оставаться невозмутимой, когда просыпаешься в постели с леопардом, - расстроено протянула я.- Теперь боюсь засыпать.
- Гарс - самое милое существо в этом доме, он даже муху не обидит. Энджу приходится кормить его овощами и фруктами, так как тот отказывается от мяса. Так что его стоит бояться меньше всего. Сосредоточься на его хозяине.
- Боюсь, это он на мне сосредоточился.
- Бессмертные скучают в своей вечности. Последним учеником Энджа была Калипсо, а с ней не так уж весело, она всегда поддается. Так что ты для него лакомый кусочек. Молодая, упорная, самодостаточная. Не хочу тебе льстить, но, похоже, он нашел себе достойного соперника.
- Так что мне делать, чтобы пережить еще один день в этом бедламе? - поинтересовалась я, взглянув за окно и отметив про себя, что уже стемнело.
- Будь холодной. Эндж привык, что весь женский пол от него без ума, так что дави на самое больное место, - улыбнулся Некромант, словно вспомнив что-то смешное. - Он сорвется раньше.
- От какого имени произошло Эндж? - захотелось узнать мне. - От Энджела?
Парень долго не мог отсмеяться от моего заявления, даже отложив в сторону гитару.
- Ну, ты даешь. Ангел? Да, уймись. Его полное имя Энджей.
- И что это означает?
- Без понятия, но в моем личном словаре, что-то между 'редкостная скотина' и 'самовлюбленная тварь'.
- Ты просто читаешь мои мысли, - расслабилась я, осознавая, что с Энджем не ладила ни я одна. - А заменить наставника нельзя?
- По-твоему это что, бракованный товар? Нет, конечно. Их вообще не так уж и много, так что тебе еще повезло, после того как мы потеряли Принца, нас поставили в режим жесткой экономии.
- Принца?
- Прошлый участник нашей команды. Кстати, нам очень повезло, что ты так быстро нашлась. Нас вообще хотели расформировывать.
- Как потеряли? Бессмертный и погиб? - не совсем понимала я. - Мы можем погибнуть?
- Нет, но нас могут сбросить в иное измерении. И вообще, что ты ко мне пристала, спрашивай все у Линела, он у нас вместо библиотеки.
- Ты давно умер?
- Я всегда был мертвым, - спокойно ответил парень, вновь берясь за гитару. - Для меня ничего не изменилось.
Я молчала, прислушиваясь к мерному звучанию струн. Все мы были мертвы с момента своего рождения. Запрограммированы на смерть с первым вздохом. Обречены.
- Ты скучаешь по родным? - спросил Некромант, словно почувствовав мою грусть.
- Да. Я бы все отдала, чтобы оказаться сейчас с ними.
- Со временем это пройдет.
- Но я не хочу, не желаю их терять, ни единого воспоминания.
- Не потеряешь, - уверенно ответил парень, вновь замерев над струнами. - Даже если захочешь, не забудешь.
- Как мило, - по лестнице поднималась Калипсо. - Философские рассуждения двух насекомых. Смотрите, не перетрудите свои извилины.
- Окстись, Аксинья! - спокойно произнес Некромант.
- Заткнись полудохлый недоумок!
Я что-то пропустила? Почему ее так это разозлило? В глазах девушки мелькнул металлический блеск, а тонкие пальцы с длинными красными ногтями впились в перила.
- Аксинья? - неуверенно протянула я, а потом рассмеялась. - Не удивительно, что ты сменила имя.
- Меняй, не меняй, но на могилке то все значится: 'Белых Аксинья Марковна, дочь, сестра, доярка'.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
