Читаем без скачивания Труп на английской лужайке - Юлия Алейникова

Она неслась назад к Гарту, даже не задумываясь, что бегство бессмысленно, он настигнет ее без труда. Но топот ног за спиной быстро ее отрезвил, а тяжелая рука, опустившаяся на плечо, безошибочно сообщила: «Игра окончена».

Ну, уж нет, голубчик! Плохо ты меня знаешь! Русские умирают, но не сдаются!

Юля развернулась, резко вырвав плечо из руки преследователя, и, собрав в кулак все силы, врезала ему под дых, потом дала коленом известно куда, и когда он со стоном согнулся, сцепила руки в замок и опустила их мерзавцу на загривок. Она миллион раз видела подобное по телевизору, и, судя по всему, это сработало. Мужик завалился на бок и рухнул, как в замедленной съемке.

Руки у Юли дрожали, коленки тряслись, внутричерепное давление подскочило так, что она уже почти не видела своего поверженного врага. «Беги, – приказала она себе. – Беги!»

Но организм, достигнув предела своих возможностей, не шевельнулся, и она продолжала стоять, глядя обезумевшими от страха глазами на приходящего в себя человека.

Это конец!

Уже два часа он сидел в темной машине, поглядывая то на часы, то на букет. Что он здесь делает? Он видел ее лишь мельком, минут десять, не больше, и, как дурак, сидит полвечера под ее окнами. Уильям протянул руку, повернул ключ в замке зажигания и снова передумал. «Еще полчаса», – твердо сказал он себе, окинув улицу хмурым злобным взглядом. Сердит он был на себя.

«Без очков, – отметил про себя инспектор, вылезая из машины. – Наконец-то смогу увидеть, какие у нее глаза».

Инспектор не спеша вышел из машины и, поправив галстук, двинулся навстречу даме. Она шла, задумавшись о чем-то приятном, и увидела его лишь тогда, когда он коснулся ее плеча.

Дальнейшее повергло инспектора в глубочайшее изумление. Ее глаза расширились от ужаса, рот раскрылся в безмолвном крике, а в следующую секунду она уже мчалась от него обратно вниз по улице.

Инспектор ужасно растерялся. Еще ни разу за всю его жизнь дамы не скрывались от него в таком паническом бегстве. Как раз наоборот, застывали, строя глазки, в немом восторге глядя на статного кавалера. Без ложной скромности инспектор Хоггарт считал, что очень хорош собой, стройный, сероглазый, с темными волосами, высокий, воспитанный, с хорошими манерами. Единственным его недостатком можно было считать профессию. Ну так мисс Кендал он еще не представлялся.

Полный недоумения кавалер попробовал окликнуть подавшуюся в бега даму, но вспомнил о ее глухоте и припустил следом, чтобы объяснить чистоту своих намерений. Инспектор был выше ростом, шаги у него были длиннее, сам он пребывал в отличной физической форме, поэтому ему не составило труда настигнуть беглянку, как раз на краю деревни. Он ухватил ее за плечо, поскольку окликать было бессмысленно, она тут же резко развернулась, дала ему под дых, потом в запрещенную зону, когда он согнулся пополам, завершила каскад приемов ударом сцепленных в замок рук по шее.

Инспектор завалился на бок с протяжным стоном:

– За что? – Букет все еще был зажат в его вспотевших руках.

Мисс Кендал с очумелыми глазами стояла над жертвой своего распоясавшегося темперамента, тяжело дыша и бешено вращая глазами.

– Вы сумасшедшая? – писклявым, пронзительным голосом спросил инспектор.

«Что это они все одно и то же спрашивают, как сговорились?» – обиженно надулась Юля, из последних сил пытаясь прийти в себя. «Вы не сумасшедшая?» А что, так не видно?

Надо было срочно делать ноги. Но ноги совершенно не желали, чтобы с ними что-то делали. У них выдался тяжелый день, и они, поразмышляв минуты полторы, просто подогнулись, предоставив их хозяйке самой выпутываться из дурацкой ситуации.

Инспектор смотрел на мисс Кендал, пытаясь дышать глубоко и ровно. Она сидела рядом, сложив по-турецки ноги и глядя в кусты задумчивым взглядом, словно его тут и не было. «Загадочная женщина», – сделал вывод инспектор. А глаза у нее оказались зеленые, с темной окантовкой вокруг радужки. Очень красивые с легкой раскосинкой.

Шок постепенно проходил, и инспектор смог наконец разогнуться и встать. Потом он протянул руку своей молчаливой спутнице и вручил наконец уже слегка помятый букет.

– Это вам. – Небольшой букетик фиалок выглядел мило и трогательно.

«Мне?» Хорошо, что шок еще не прошел и дар речи не вернулся, а то бы спросила вслух. Он что, издевается? Возьмите букет и пройдемте за мной? Юля продолжала таращиться на инспектора, пытаясь понять по его глазам, что здесь происходит. Инспектор выглядел странно. Было в его глазах что-то тревожное.

Юля оглянулась. Да нет. Камней поблизости не было, головой он явно не бился. Тогда что это с ним? Молчание становилось неловким. Бедный маленький букетик, слегка приунывший, грустно и неприкаянно маялся в инспекторской ладони.

Юля сглотнула и взяла букет. Голоса все еще не было.

Инспектор с облегчением вздохнул. Теперь без букета он чувствовал себя увереннее. Что же это происходит? Может, она не просто глухая, но еще и сумасшедшая? Во всяком случае, ее приятель явно с приветом. Он взглянул на мисс Кендал. Она смотрела на него с легким испугом, руки слегка подрагивали, большие зеленые глаза того и гляди нальются слезами.

Да я же напугал ее! – чуть не хлопнул себя по лбу инспектор. Бедняжка, шла себе спокойно домой по тихой улице, вдруг кто-то наскочил со спины, схватил за плечо. Она просто испугалась.

Инспектор с облегчением выдохнул и улыбнулся мисс Кендал извиняющейся улыбкой.

– Я, наверное, напугал вас! Простите невежу! Вы помните, мы встречались вчера? Это я тот преступный остолоп, который сбил вас на своей машине. – Он постарался придать своей улыбке максимальное обаяние, на какое был только способен.

Юля остолбенела. Это хитрый ход? Пытается прикинуться сельским простофилей? Инспектор выжидательно улыбался, а Юля стояла, по-прежнему хлопая глазами и не зная, что делать. Подыграть ему или выложить все как есть, чтоб не считал ее последней дурой? Бежать уже не имело смысла. Идти домой к Тому и ждать, чем дело кончится? Или идти домой к Василию и ждать там? Нет, лучше уж подыграть. Посмотрим, кто из них дольше продержится, а в каталажку она всегда успеет!

И Юля, робко взмахнув ресницами, взглянула на инспектора быстрым обжигающим взглядом. Инспектор нервно сглотнул, испытав совершенно неожиданный перебой в сердцебиении.

– Я, собственно, заехал узнать, как вы себя чувствуете, – неуверенно промямлил он, переступая с ноги на ногу, совершенно теперь не представляя, как себя вести. Девушка была невероятно загадочной, необъяснимо притягательной, и почему-то инспектор начал ее побаиваться. Последнее было полной глупостью, потому что мисс Кендал едва дотягивала ему до плеча и имела весьма стройную фигурку.

Мисс Кендал, разрумянившаяся от бега и последующих событий, с трепещущими длинными ресницами, застенчиво кивнула, показав большой палец.

Инспектор очарованно вздохнул.

По дороге в Хаутон-ле-Оутомн он планировал пригласить мисс Кендал поужинать или хотя бы выпить в местном пабе. Но теперь он как-то ужасно засмущался и не мог выдавить из себя ни слова.

Юля, видя растерянность инспектора, мысленно, самодовольно усмехнулась. Погоди, голубчик, это еще только начало! Она сделала шаг, слегка пошатнулась и ухватилась рукой за инспектора, тот среагировал мгновенно, подхватил ее, и уже через секунду она находилась в его крепких объятиях. После чего почти мгновенно встрепенулась, сделала испуганное лицо и поспешила отстраниться.

Но инспектор не спешил ее отпускать.

– Вам нехорошо? Голова кружится? Я могу вас отнести домой!

«Ах ты, мой рыцарь в сияющих доспехах, – ехидно подумала Юля. – Погоди, дружок, еще рано расставаться!»

Она смущенно покачала головой и просто позволила поддержать себя за локоток.

– Уже лучше? – взволнованно спросил инспектор, глядя на свою слегка побледневшую спутницу.

Мисс Кендал кивнула головой и взглянула на него с благодарностью и некоторым восхищением, вероятно впечатленная его силой и ловкостью. Инспектор приободрился и расправил плечи.

– Мисс Кендал, не окажете ли вы мне честь поужинать со мной? – вдруг неожиданно выспренно предложил инспектор. Ему показалось, что он стал как-то выше ростом и значительнее в собственных глазах.

Мисс Кендал улыбнулась ему нежной благосклонной улыбкой и кивнула. Как жаль, что она не может говорить, у такого ангельского создания голос наверняка бы звучал как серебряный колокольчик. Инспектор подхватил под руку мать троих детей, из которых двое уже справили совершеннолетие, и, чувствуя себя Le Chevalier sans peur et sans reproche[1], повлек юную прелестницу к машине.

Время шло, они сидели в маленьком уютном ресторане в Брандоне, элегантном и довольно изысканном для такой глуши. Кавалер не спускал с Юли восхищенных глаз, предупреждая каждое ее желание. Он был галантен, предупредителен, смотрел на нее затуманенным восхищенным взором, и Юля начала испытывать беспокойство. Он что, с ума сошел? Может, это его машина сбила? Она все пристальнее всматривалась в его глаза, силясь разглядеть подвох, но взгляд инспектора был счастливо безмятежен.