что будем встречаться тайно, после моего брака с императором…
— Какая же ты непроходимая… Я все расскажу Катрин, пусть она решает, что с тобой сделать!
— Ты не посмеешь! Пожалей невинное дитя!
— Я жалею тебя, а не плод твоего греха. Все пошли. Ты… Я даже не знаю, как тебя после всего, что я узнала, называть, ты опозорила семью, ты опозорила наше имя…
Судя по звуку, Вероника схватила Валенсию за руку и потащила, а та не хотела идти и сопротивлялась всеми силами. А мы следили за ними, к сожалению, больше новых фактов о сестрах узнать не удалось.
Глава 30
Судя по звукам, доносящимся от девчонок, мы пришли. Вероника тут же начала жаловаться на сестру и рассказывать о ее позоре. Валенсия начала жаловаться на Веронику.
— Замолчали обе, быстро! Я вас не для того в преклонном возрасте рожала, чтоб вы мне такое устраивали! Я хотела для вас хорошей жизни, а вы даже преподнесенное на блюдечке взять не можете! Я пожертвовала своим мальчиком ради вас!
— Матушка, ты пожертвовала им для получения своего института!
— Заткнитeсь! Я еще тогда знала, что вы у меня появитесь! И готовила для вас будущее!!! Одна не смогла взять бразды правления на себя, а вторая не смогла сделать так, чтоб император захотел на ней жениться! Какой позор!
— Маменька, я была ребенком, когда вы меня отдали! Ребенком! Он видел меня совсем маленькой, и у него ко мне проснулись родственные чувства, братские. Вергилий видел, как Келлиан нянчился со мной и взял на себя ту же самую роль, что и мой братец!
— А ты должна была все изменить!
— Я тоже отношусь к нему, как к брату! Я не могу по другому!
— Замолчи! Вот почему мне приходится все решать самой? Почему ты не могла просто вылить Вергилию любовное зелье в чай? Почему ты постоянно все портишь, дочь моя? Хотя, молчи! Твою проблему я решу, у меня есть подходящий отвар.
— Но уже поздно!
— Это не мои проблемы! Я хочу, чтоб ты вышла замуж и желательно удачно. Келлиан говорил, что к тебе сватался некий граф Летин, так вот, ты дашь ему согласие! А ты, моя старшая дочь, постараешься снова получить во владение здание института, чтоб я могла и дальше спокойно жить там.
— Но, матушка! — в один голос сказали девушки.
— Что еще?
— Я не пойду за Летина, он старый и страшный, и вообще противный!
— Молчать! А ты, — ткнула она пальцем в свою старшую дочь, — раз такая хорошая подруга с этой Беллой, то, как только та станет женой Вергилия, выпроси по старой дружбе у нее институт. Типа, это место было твоим домом столько лет, что ты приросла к нему душой и хотела бы вернуться, чтоб стать там директрисой и учить девочек по-настоящему, с любовью и бла-бла-бла…
— Но, Катрин! Я не хочу возвращаться в стены этого ужасного разрушенного здания!
— Молчать! Я здесь говорю, что и кто будет делать! Ты, вообще, должна была шпионить для меня и пресечь подобные выкрутасы. А поближе к Белле я тебя поселила лишь с одной целью, раз у Валенсии не получилось, несмотря на ее смазливое личико, то на ее место должна была попытаться попасть ты, а не отдавать его Белле без боя!
— Матушка, кажется от долгого пребывания в этих сырых и холодных помещениях, ваш разум уже не столь остр и сообразителен, у вас помутнение!
— У меня прозрение! Я наконец-то четко вижу, что мои дочери не представляют из себя ничего путного, вы просто глупые девчонки, которые провалили простые задания!
Я хотела войти, но Верховная ведьма не дала мне этого сделать. Она крепко держала меня за плечо и зажимала мне рот.
— Сиди здесь, я хочу знать все, что эти интриганки придумали!
После того, как я утвердительно кивнула, Гленда отпустила меня, и мы снова начали прислушиваться. Хотя, судя по звукам борьбы, что доносились из пещеры, к которой мы пришли, они не нашли общего решения, и кажется, девчонки решили взять свои судьбы в свои руки.
Когда я заглянула, то увидела весьма интересную картину. Катрин держала миниатюрного паучка за голову, а девушки за лапы с одной и другой стороны.
— Отдай! Он мой!
— Да как вы смеете! Я ваша матушка, быстро отпустили!
— Пусти! Я должна получить его силу!
В какой-то момент раздался хруст, и у каждой осталось по части от это, некогда великого, артефакта, по невероятному стечению обстоятельств, оказавшемуся не слишком крепким. Хотя, открою великую тайну, большинство артефактов действительно очень хрупкие и могут сломаться или потерять силу при небольшой деформации. А иногда они даже взрывались от маленькой царапины.
Помнится, читала я об одной ведьме, что жила в каком-то там допотопном году. Так вот, захотела она привлекать внимание окружающих мужчин, да не просто привлекать, а чтоб они, как пчелы на мед, к ней летели, и создала она небольшую амфору, заговоренную, такую, размером с медальон. Так вот в какой-то момент, один из ее кавалеров был так настойчив, что при тесном объятии золотой пуговицей поцарапал амулет, висевший на шее у горе-ведьмы. Был взрыв, несколько домов уничтожено, влюбленных разметало на кусочки по всей округи, а точнее, их вообще так и не смогли найти, как будто они аннигилировались.
Так это я к чему все, нам очень повезло, что паучок не взорвался, а просто очень быстро состарил Катрин до состояния высохшей мумии, хотя ей до этого состояния оставалось совсем немного.
Вероника и Валенсия бросились рыдать и обнимать скелет, обтянутый кожей, который истлевал прямо на глазах. А потом, когда все превратилось в прах, они решили атаковать нас.
— Бери лопату, а я кочергу! — кровожадно сказала Вероника.
— Я боюсь!
— Бери, оставим их здесь, и никто никогда не узнает!
— А как же те бандиты, у которых здесь склад?
— Скелетом больше, скелетом меньше…
— Я доверяла тебе! Считала подругой! — выпалила я.
— Зря, у девочек так не принято, и ты бы знала об этом, если бы пробыла в институте хотя бы год!
Приняв угрожающий вид, они вместе двинулись на нас. Верховная ведьма отступила, и я последовала ее примеру. Вдруг Валенсия развернулась к сестре.
— Я не знаю, что со мной, но если ты сделаешь еще
