из таких экспедиций, когда произошла катастрофа.
– Тогда, чтобы подтвердить эту историю, вам нужно всего лишь предъявить этого белого индейца. Признаюсь, мне более чем любопытно увидеть этого парня.
– Окамо вернулся, – просто ответил Джарвис. – Он оставил меня, пока я спал, на вторую ночь моего путешествия к озеру Минто. Я прибыл на озеро скорее мертвым, чем живым. Здесь я, к счастью, наткнулся на группу молодых канадцев, которые плыли вдоль побережья на паровой яхте. Когда я откопал остатки фотокамер и груз, где они были спрятаны, эти люди поверили моей истории и взяли меня с собой. Лидер партии выделил мне средства на приобретение одежды и проезд сюда.
– Хорошая история и умело придуманная, – ответил профессор Мюнстер, сухо. – Боюсь, однако, Джарвис, если ваша истинная цель – предъявить претензии музейным властям о возврате оплаты за этот период и вы столкнетесь с трудностями, о которых вы не догадывались.
Я увидел как профессор Мюнстер протягивает руку под край своего стола и нажимает кнопку, которая вызывает в офис двух ночных охранников. Тогда я понял, что он намеревался поместить Джарвиса под стражу до начала расследования.
– Но, – запротестовал Джарвис, – у меня не было намерений делать такое заявление!
– На что именно вы рассчитывали претендовать? – спросил профессор Мюнстер, резко. С минуты на минуту он ожидал появления охранников.
– Я просто подумал, что мне могли бы выплатить зарплату за тот год, когда я сопровождал профессора Шлекинга, и я надеялся, что для меня здесь будет открыта вакансия.
Охранники появились в дверях приемной. По знаку шефа они остались спокойно стоять там. Джарвис, стоявший спиной ко входу, не мог наблюдать за ними.
– Какие у вас есть доказательства, кроме вашего слова, что ваша история правдива? – спросил профессор Мюнстер.
– Доказательства! – воскликнул Джарвис. – Вы не верите моей истории?
– Я не говорил, что не верю в это, – невозмутимо ответил профессор, – я просто попросил доказательств.
Лицо Джарвиса заметно просветлело.
– У меня все еще есть мой костюм из кожи анло, это должно быть достаточным доказательством.
Он открыл кофр и вывалил его содержимое на стол, показав среди множества дешевой одежды и предметов туалета рубашку и костюм-двойку, грязные и рваные, сшитые из мягкой кожи серого цвета, прекрасно выдубленной.
– Приятно обработанная кожа, – отметил проф. Мюнстер, – но поскольку это может быть шкура молодого карибу или оленя, это неубедительно. Если бы можно было доказать, что это сделано из кожи динозавра – это было бы очень интересно. Мы дадим вам шанс, Джарвис, я проведу микроскопическое исследование, и если ваше утверждение сможет быть подтверждено, один только иск будет стоить целое состояние. Однако я не хочу давать никаких ложных надежд, поскольку в процессе дубления клеточная ткань кожи сжимается настолько, что невозможно идентифицировать животное, от которого она получена. Вы поняли, профессор Джеймсон, не так ли? – спросил профессор Мюнстер, поворачиваясь ко мне. – Этот Джарвис, хотя и учился в колледже, имел небольшую научную подготовку. В своей истории, соединив поздний палеозой с мезозоем, о чем свидетельствуют рост папоротника и динозавры, он преодолел разрыв, который, как известно ученым, составляет по меньшей мере десять миллионов лет. Одно это заявление заклеймило историю как нелепую.
– Извините, Джарвис, – продолжил он, – ваша история даже не располагает доказательствами кончины нашего доброго профессора Шлекинга, а это, – он презрительно швырнул кожаный костюм через стол в сторону его владельца, – означает лишь… – он оборвал фразу и нелепо ахнул, когда маленький предмет выпал из кармана пальто и загремел по столешнице из красного дерева.
– О, Господи! Что это? – воскликнул он, беря предмет в свои длинные белые пальцы. С помощью лупы он внимательно осмотрел желатиновую оболочку этого предмета.
– Черт возьми, Джеймсон, – сказал он, – мои глаза обманывают меня, если это неокаменевшая раковина Анджелины Седжвики, трилобита, целая, если не считать сломанных головных шипов?
У меня хорошее зрение, и я с первого взгляда увидел кольчатый пигидиум, завитки которого чем-то напоминали погремушки гремучей змеи. Хотя на таком расстоянии я не мог распознать в нем Седжвики, я знал, что смотрю на единственный не окаменевший экземпляр трилобита, который видел цивилизованный человек.
Как только профессор Мюнстер смог оправиться от своего восторга, он вскочил на ноги, схватил изумленного Джарвиса за руку и рассыпался в поздравлениях.
– Это всего лишь раковина та-анло, – объяснил Джарвис. – Дети играли с ними в куклы в пещерах, и кто-то, должно быть, в шутку сунул ее мне в сумку.
– Поразительно удачная шутка, – произнес проф. Мюнстер. – Эта маленькая ракушка делает всю вашу историю правдивой и будет гарантией возврата вам денег за двадцать лет и пенсии до конца вашей жизни. Даже если будущие исследования не приведут к дальнейшим раскопкам остатков вашего зачарованного каньона, одно это будет рассматриваться как "Связь с прошлым".
КОНЕЦ
РАЙ ЛЕДЯНОЙ ПУСТЫНИ
Джулиус Регис
Мы были полудюжиной хороших друзей, наслаждавшихся бокалом пива в деревенской гостинице, и мы только что попросили морского капитана рассказать историю.
Он отложил трубку и достал из записной книжки две маленькие вырезки. Он прочистил горло и начал:
– Что ж, я хотел бы опровергнуть те странные гипотезы и утверждения, которые были выдвинуты из многих источников о том, что произошло в бухте Чантанга к востоку от мыса Челюскин в Северной Сибири зимой 1896-97 годов. Оно произошло во время путешествия вдоль побережья Северной Азии, которое я совершил на шведским китобое "Белый медведь", и история, которую я собираюсь рассказать вам таким образом, словно это будет повествованием очевидца странного происшествия в Северной Сибири в канун Рождества 1896 года.
– Для тех из вас, кто, возможно, ничего не слышал об этом деле, я прочитаю обе эти вырезки.
"29 декабря 1896 года. Любопытное открытие. Утром в день Рождества траппер русской национальности прибыл в маленький городок Попигайск, недалеко от устья реки Чантанга в заливе Чантанга, рассказав жителям города, прося поверить ему, что он видел в нескольких милях к северу от города свежие следы крупного животного и он был совершенно уверен, что это животное было мастодонтом. Если этот человек был прав в своем предположении, это означает поразительную новость. Наш корреспондент добавляет, что сильный снегопад уже замел следы животного."
"9 января 1897 года. Рождественский гость из первобытных времен? Неделю назад мы опубликовали короткую статью о странной находке в неизвестной Сибири. Теперь кажется, что это открытие может быть подтверждено из другого источника. Многие люди, конечно, безуспешно искали следы мастодонта, но если мы осмелимся поверить эскимосу Амсалику, он был рядом с более
