Читаем без скачивания Ключ-стражи (СИ) - Шакирова Анастасия

– Маннэке, Реалонниш... Вы п-поверите мне, если я скажу, будто в с-сердце каждого человека есть к-ключ?

Мы отреагировали одновременно.

– Что? – переспросила я. Относилось это к имени «Реалонниш». Таково полное имя Рэна? А я-то думала, что в соревновании дурацких кличек могу занять первое место! Понятия не имею, чем думали родители, когда называли так дочурку. «Ман» означает «песок», «Нэкките» – «цветок», в итоге получается «растение на песке». Небось что-то вроде той колючей непонятной штуки, что в кабинете директрисы растет. Но «Реалонниш» – это же еще хуже!

– Нет! – сказал Рэн. И, судя по интонации, это было сокращенное «не называй меня так больше!».

Ланс кивнул и продолжил:

– Это п-правда. И она не имеет никакого отношения к магии, к Хаосу или к Церкви. Это п-просто дар всем людям нашего мира... от с-сотворения континентов, а может, и раньше. К-каждый, рождаясь на свет, п-получает особый талант... ключ. Ключ, который нельзя п-потерять, продать или подарить, п-потому что он хранится в сердце и неразрывен с жизнью владельца. Человек с таким д-даром может открыть замок, к которому п-подходит его ключ.

– И все? – жадно спросила я, поскольку Ланс замолчал. – А что за замок?

– Он может оказаться к-каким угодно. Замок от двери твоего дома, с-соседского дома, замочек от шкатулки с д-драгоценностями... запор на дверях темницы.

– И как узнать, какой – твой? – подал голос Рэн, слушавший так напряженно, как будто ему читали список билетов к экзамену. Я истово закивала. Особенно про шкатулку с драгоценностями было интересно.

– Никак, – просто ответил Ланс.

Я захлопала глазами.

– Только угадывать? И если я буду ходить по городу и, например, трогать каждую дверь...

– То с каким-то шансом найдешь ту, которую открывает твой ключ, – кивнула Лиарра. Прошла обратно к подоконнику, но садиться не стала, прижалась щекой к стеклу. – С очень маленьким шансом. Потому что твой замок может оказаться в Государстве Ори, в столице, в Изумрудной Долине, на другом континенте. Может быть, этот замок еще не сделан. Может быть, он уже заржавел и распался.

Сплошное разочарование. Видимо, моя вытянувшаяся физиономия была слишком уж заметна – Ланс тщательно пытался скрыть улыбку.

– Ничего не понимаю, – честно призналась я. – Вы говорите, что ключ – дар... от Реи или от других богов, наверное? Но какой же дар с этаким подвохом? Получается, никто из людей и воспользоваться им не может! И в чем смысл?

– Потому что это не просто дар, – вдруг подал голос Рэн, и я с недоумением уставилась на него. – Это испытание, верно?

– Мы не знаем, – пожала плечами Лиарра. Я увидела, как у рыжего вспыхнули щеки – еще бы, ОНА сама с ним заговорила! – Мы можем только догадываться, почему мы были наделены таким странным талантом. Возможно, в шутку, или случайно, или с какой-то неведомой нам целью...

Рэн покраснел еще больше, едва не задымившись. Поспешно перевел взгляд на меня – видимо, меня он не стеснялся.

– Я вспомнил легенду о Тавейне и Зималь, – тихо сказал он. – Ты не знаешь?

– Рыцарь Тавейн и его возлюбленная эльфийка Зималь? – не понимая, о чем речь, уточнила я. – Да, но это же просто сказка... образец культуры Сожженных Веков. Рыцарь короля Тавейн случайно видит эльфийку в лесу и влюбляется, потом они встречаются на поле битвы, когда оба готовы нанести смертельный удар, и Зималь успевает остановить руку, а Тавейн нет, и он относит раненую Зималь в дом ее родичей, хотя рискует собственной жизнью... Да и эльфов не быва... — тут я вовремя спохватилась и закрыла рот.

– «Протянул Тавейн руку, и распахнулись перед ним ворота Таэ Миральд, хотя были крепко заперты – такова была сила его любви», – процитировал Рэн.

– Ты что, легенду наизусть выучил?!

– По литературе у меня пятерка, – уши Рэна алели как пожар. – Хвосты только по... по другим предметам!

Даю перья на шляпе директрисы на отсечение – все романтические баллады в библиотеке Академии перечитал! Вот же мальчишки. Я независимо задрала нос, показывая, что читаю исключительно книги о приключениях и пособия «как разбогатеть за две недели – советы процветающих торговцев!». И тут же пригорюнилась, вспомнив, что по упомянутой литературе через месяц экзамен. Пришлось усилием воли вернуться к обсуждаемой теме.

– Погоди-погоди. Ты имеешь в виду...

– Что ключом рыцаря Тавейна открывались ворота Таэ Миральд. Наверное.

– Ну да, не силой неземной любви же. Но — ориентироваться только на слова из старой легенды?

– Не т-только на слова, – со значением сказал Ланс, и я опомнилась. Действительно, когда у тебя на глазах превращаются в ключ и обратно – тут как-то сложно не поверить.  Стоп-стоп...

– Ланс, а какую дверь открываешь ты? — только задав вопрос, я сообразила, что мы как-то быстро перешли на «ты». Но, кажется, сегодня вольности всем были до уличного фонаря.

– Во-п-первых, не я. Мы, – Ланс широко взмахнул рукой, так что его жест можно было трактовать как «пол-Мастерской такое умеет». – Мы т-трое. Лиарра, Зелль и я. А во-вторых, не одну д-дверь. С-среди ключей иногда встречаются... универсальные к-ключи? Отмычки? Наш дар в том, что мы можем открыть п-почти любую дверь, включая магические. Это д-дар ключ-стражей. Т-тех, кого позже начали называть героями.

– Мне казалось, что отмычка – это кусок проволоки... — пробормотал Рэн.

– Можешь с-считать меня куском проволоки, – великодушно разрешил Ланс. – Мне не жалко.

– Обычные двери вы открыть можете, – на всякий случай уточнила я. — А другие?

– З-зачарованные?

– Нет. Я имею в виду… ну, открыть ту часть памяти, где у соседа хранится воспоминание о заначке с печеньем… Или секрет какой-нибудь…

– Идеальное мышление сторонника Ворона, – заметил Зелль. – Сразу думает, как проявить чужой талант на весьма своеобразной почве. Аплодирую.

Теневая зверушка спрыгнула с моих рук и бодро поскакала к чернявому. Тот небрежно наклонился, подхватил ее за шкирку и водрузил себе на колени; зверек предательски заурчал. Все прочие, включая Рэна, как-то странно на меня посмотрели. Я съежилась. Неужели и впрямь вопрос был не таким очевидным, как мне казалось? Лучше помолчу, а то отправят-таки меня в подземелья...

– Я п-понял тебя, – Ланс вздохнул. – Нет. Может б-быть, раньше могли… очень мало источников. Но, п-пожалуй, я не хотел бы обладать такими в-возможностями.

– И много этих... умеющих открывать любые двери? – сдвинув брови, спросил Рэн.

– П-полагаю, остались только мы т-трое. Эпоха так называемых «героев» п-прошла, – кавычки в речи Ланса были заметны, как написанные мелом на доске.

Хм. Может, и двери в чертоги Не-Мертвого Короля так открываются? Раз уж «любые».

Поскольку я честно стиснула зубы, дабы лишнего не спросить, то рыжий справился за меня:

– И вы все можете путешествовать из любой точки континента в другую? И через... через время?

– Нет, – отрезала Лиарра. Ланс уточнил:

– Мы можем открыть п-почти любую дверь – например, в этом к-кабинете, – он, не вставая, пододвинул свой стул к одному из заветных шкафчиков Доузи и небрежным жестом коснулся дверцы. Та послушно распахнулась. Я вытянула шею, чтобы увидеть содержимое, но Ланс поспешно захлопнул шкаф и продолжил:

– Перемещение в п-пространстве – эффект смерть-ворот, иначе – воронок, в-возникающих в местах, где активна магия Хаоса. Они бросают в совершенно с-случайные места к-континента, если просто войти в них, без к-ключа. Иногда и в случайное в-время. Очень нестабильная в-вещь.

— То есть — без вас?

— Именно.

– А почему в форме ключа? Вы... ты... можешь же дверь просто рукой открыть!

– В иной форме наши способности заметно усиливаются.

Услышав слово «магия», я все-таки собралась с духом и решилась спросить:

— Это правда? То, что волшебство исчезает... уходит из мира? — слово «умирает», невысказанное, повисло в воздухе, и в комнате словно бы стало холоднее.