Андрей Лошак: Но Вы сейчас сами себе противоречите. Вы сказали, что артист не должен играть в политику, но бункер ему при этом нужен.
Б.М.: В политику лезть не надо, а бункер — обязательно. В принципе, как Вам поточнее выразить мысль (потому что Вы нашарашите, а мне потом могут яйца оторвать)... Ну да, правильно сказал — бункер, прикрытие.
А.Л.: А почему именно «Единая Россия»?
Б.М.: А потому что правящая партия.
А.Л.: А если бы, допустим, национал-социалистическая партия была бы правящей, все равно бы вступили?
Б.М.: Ну нет, такого направления, конечно, нет. Я очень такой, как Вам сказать, правильный человек, и я не могу сказать, что я сторонник каких-то новых взглядов, течений. Вот мне мама вложила в голову, что коммунизм и коммунисты — это самое главное, и когда она, к сожалению, умерла, она даже попросила похоронить ее с партийным билетом. И мою маму с партийным билетом похоронили. Потом был дикий скандал, руководство вот этой коммунистической партии требовало, чтобы билет вынули. Им говорят: «А как мы вынем? Человек уже похоронен, все». И вот такая сильная вера перешла со всей кровью ее и со всеми генами ко мне. Это менталитет советских людей, он в крови, никуда не денешься.
А.Л.: Вам не кажется, что «Единая Россия» похожа на КПСС? Вы, наверное, замечаете, что это уже фактически безальтернативная партия?
Б.М.: Да, совершенно верно. Я прекрасно это понимаю все, поэтому я в нее и вступил. Я понимаю все, я не придурок. Я не играю в политику, я не хожу ни на какие собрания, но я честно плачу взносы и честно придерживаюсь каких-то пунктов, выведенных этой партией. Ну почему детям не помогать? Почему не восстанавливать движение той же художественной самодеятельности? Было бы меньше проблем с убийствами, с национальными какими-то вопросами. Как было это раньше, помните, ансамбль танца «Белоруссия» — а там и казахи, и шмазахи... Люди должны быть вовлечены в какую-то единую игру, мне так кажется. И когда есть единая игра и есть единая мысль, тогда, по-моему, решается вот этот важный вопрос о национальной идее.
А.Л.: Но как же быть с тем, что мы вроде бы пока играем в демократию, в парламентскую республику...
Б.М.: Да ну... Мы играем, Вы правильно заметили.
А.Л.: То есть России это вообще не нужно?
Б.М.: России — нет, у нас другая ментальность.
А.Л.: То есть Вас не смущает то, что во время выборов на каких-то участках было 102 процента голосов за «Единую Россию»?
Б.М.: Меня — нет. А как должно быть по-другому?
А.Л.: Ну хотя бы двухпартийная система, как в Америке, — демократы и республиканцы.
Б.М.: Ой, ну я Вас прошу... Двухпартийная... Нам до двухпартийной еще жить и жить.
А.Л.: То есть Вы считаете, что лучше вот так, как сейчас, да?
Б.М.: Да, конечно. Спокойнее. Людям надо заниматься своими делами, людям надо учиться, работать, на что-то жить, что-то иметь и ни за что не волноваться. Знаешь, я раньше выезжал в тур, у меня 50 процентов шоу было снято из-за того, что кому-то я там чем-то не нравился, а сейчас как-то неудобно меня снимать, все-таки член «Единой России». Я же могу подойти к какому-то высокому начальнику в Москве и пожаловаться, сказать: вы знаете, вот меня, партийца, обижают. Я не думаю, что за меня кто-то вступится, все-таки это идеологически, может быть, и не надо, чтобы я был в «Единой России», в принципе. Ну а как, если я сам принес заявление давным-давно, положил его на стол...
А.Л.: Сами пришли?
Б.М.: Сам. Никто меня не звал, я сам пришел и сказал: «Я считаю, что идеология, взгляды партии мне близки, и мне это все очень интересно». Они говорят: «О’кей, мы рассмотрим ваше заявление». Я думал, что меня не примут, честно скажу, а потом приняли. Я даже получил билет от партии «Единая Россия».
А.Л.: А можно посмотреть?
Б.М.: Да, конечно.
А.Л.: Похож на кредитную карту.
Б.М.: Я просто не придурок, я чувствую время, чувствую движение. Когда Путин стал открыто поддерживать «ЕР», я понял, что в эту партию надо вступать. Зачем мне себе делать плохо? Я хочу себе делать хорошо. А жизнь актера очень коротка, Вы знаете это, зачем ее проводить в каких-то гонениях, неприятностях? Тогда нет смысла работать, надо идти в другую профессию. Вот и все.
Владимир Меньшов, кинорежиссер, член партии «Единая Россия» с 2003 года
Владимир Меньшов: Я считаю, что художник должен держаться в стороне от политики. Он слишком эмоционален, чувствителен, полон сомнений, а политик всегда твердо знает, чего он хочет, и твердо идет к этому. Политик может предать — это его необходимое качество. Крен в сторону политики для художника опасен — и многие, окунувшиеся поначалу в эту жизнь, вроде Михаила Ульянова, Олега Басилашвили, потом горько об этом сожалели.
Андрей Лошак: Зачем же Вы вступили в «Единую Россию»? Разве это не противоречит тому, что Вы сейчас сказали?
В.М.: Противоречит. Но я случайно туда вступил. По спискам движения «Отечество — вся Россия», которое я искренне поддерживал. Теперь, честно говоря, жалею. Это партия чиновников и для чиновников, которая была создана под выборы. Она не живая. Они просто помогают проводить решения сверху. У меня очень ироническое отношение к тому, что там происходит. Помню, насмешил закон о повышении транспортного налога. Сначала в Думе дискутировали о том, как важно повысить налог, на следующий день линия партии поменялась, и те же люди говорили о важности этот налог не поднимать. Это цирк. Такая партия нужна не народу, а правящей верхушке.
А.Л.: Может быть, тогда выйти оттуда?
В.М.: Ну, это скандал. Везде напишут: «Меньшов вышел из правящей партии». Этого не хотелось бы. Я просто стараюсь никак не участвовать в их делах. Ну есть я там в списках каких-то — и есть. Мне от этого ни тепло, ни холодно.
Кирилл Андреев, солист группы «Иванушки International», член партии «Единая Россия» с 2010 года
Кирилл Андреев: Это была моя личная инициатива, я сам подал документы, сам встречался с людьми. Все мои хорошие приятели — и Костя Дзю, и Дмитрий Носов — они тоже в партии, под них существуют специальные программы, и я хочу, чтоб такая программа делалась и под меня. Это пропаганда здорового образа жизни — я до сих пор плаваю около 40 км в месяц и нахожу еще время посещать театры, ну и мои концерты в Москве и регионах, как культурная часть программы. Хочется влиять на молодежь через песни, через личный пример. Молодежь в 13-14 лет курит, выпивает — это ужасно. Хочется, чтоб за мной потянулось как можно больше девушек и юношей. У нас замечательный президент, прекрасный премьер-министр, и мне очень нравится политика, которую они проводят. Мне нравится быть в сильной партии. У Вас есть еще вопросы?
А.Л.: Нет.
На просьбу об интервью ответили отказом следующие члены партии «Единая Россия»:
Сергей Безруков, актёр, член партии «Единая Россия» с 2002 года (через пресс-секретаря)
Алексей Рыбников, композитор (через жену)
Александр Калягин, режиссёр, актёр, член партии «Единая Россия» с 2003 года (официального отказа не было, но после второго звонка перестал брать трубку. На просьбы помощницы перезвонить нам никак не реагировал).
Гоша Куценко, актер, член партии «Единая Россия» с 2008 года (через пресс-секретаря).
Антон Сихарулидзе, спортсмен, член партии «Единая Россия» с 2006 года (лично).
Esquire
