И тут я кое-что заметила... корни роскошных платиновых волос Хараша были темные... Совсем немного, буквально пара миллиметров, но...
- У тебя волосы крашенные? - ляпнула я не к месту. Ну, да. Только я могла испортить признание в любви дурацким вопросом.
- Крашенные, - вздохнул Хараш и со стоном упал рядом со мной.
Крашенные?! Как это крашенные?! Да, я же... Да, это же... Обман! Подлог! Я же можно сказать на эти роскошные волосы цвета платины и запала. А они обычные, черные?!
- Но зачем?!
- Так надо, - вздохнул он. И добавил, - прости, я не могу тебе все рассказать. Пока не могу...
- А глаза?! А ямочка на щеке?! - я ткнула пальцем в покорившую меня скуловую мышцу. - Тоже обман?!
- Нет, - рассмеялся Хараш, - это все настоящее. Досталось от одного далекого предка... А вот волосы, - он вздохнул, - пришлось перекрасить. У него такие же были, а у меня, как у всех, черные...
Я была разочарована. Нет. Не так. Я была разбита разочарованием. Попыталась представить Хараша брюнетом и не смогла. Это все равно, что черноволосый Леголас. Он же перестанет быть Леголасом ровно в тот момент, когда его волосы потемнеют.
- Это для тебя так важно? - в голосе Хараша я услышала что-то нехорошее. Кажется, он тоже обиделся. Или расстроился.
- Нет, - тяжело вздохнув, соврала я, - уже не важно... Ты это все равно ты. С любым цветом волос.
Хараш фыркнул. Кажется он раскусил меня. Но не стану же я обижаться и ссориться из-за такой мелочи. Мы же не в суде, чтобы что-то доказывать. А волосы... ну, привыкну, наверное, со временем.
- Хорошо, - кивнул он. И вдруг вспомнил, - Сью, я же пришел тебе сказать, что народ сегодня вечером, после работы соберется в парке. Просили тебя позвать. Сказали, что это важно. А пока, - Хараш вздохнул, - пора на работу. Только мы позавтракать не успеем. Сегодня господин фон Байрон возвращается. Нельзя опаздывать.
Я кивнула... Ничего себе... так это, получается, почти месяц уже прошел, как я здесь?
Глава 7.7
- Ваша светлость, - шепотом позвала я герцога Буркингемского, когда зашла в архив. - Ваша светлость, простите меня. Я не хотела вас обидеть. Вы слышите...
Ну, правда, мы же не в суде... Если герцог Буркингемский обиделся, значит посчитал, что я не права. А он мне, совершенно внезапно, оказался очень дорог. Не из-за флюта, а сам по себе. Просто так. А флют... ну завянет и завянет. Мы и без магических бабочек город поднимем. У нас вон сколько друзей среди горожан появилось. А мост... ну, и черт с ним... в крайнем случае сбежим с Харашем куда-нибудь. Должны же здесь быть какие-нибудь глухие деревни. Мне-то с ним и в шалаше рай.
- Ваша светлость, - снова позвала я герцога, - ну, хватит дуться. Я же совсем не хотела вас обидеть. Обещаю, я сделаю все, что смогу, чтобы помочь вам. А если не получится... Ну, значит заберу вас с собой, когда мы с Харашем сбежим...
- Куда? - прошелестел голос.
- Не знаю, - пожала я плечами, - мне, собственно, все равно. А вам?
- И мне... - призрак повеселел. - А как ты меня заберешь?
- Не знаю, - снова пожала я плечами. - Как-нибудь... Хотя, если подумать... вы связаны с флютом. Возможно, если вам удастся пересадить флют на что-то движимое, то мы сможем вас забрать...
- Во что?! В горшок? - На столе появился большой керамический цветочный горшок с землей.
- Лучше в книгу... Ну, вот смотрите, флют вроде как нарисован. А в книге ему самое место.
На столе тут же появился красный блокнот. Точно такой же, какой был у Алмоса.
- Ваша светлость, только не в этот. А то он исчезнете раньше, чем мы выберемся из города. Давайте я завтра куплю в городе настоящую записную книжку, - и пояснила, - сегодня не успею. Горожане в парке собрание устраивают. И меня позвали.
- Собрание... - вздохнул герцог, - мы раньше тоже их устраивали, когда только начинали. Обсуждали, что сначала надо в городе сделать, а что потом... Хорошее было время... Ты молодец, что решила собрать людей.
- Это не я, - помотала головой, - они сами решили.
- Все равно молодец, - в голосе послышалась улыбка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Так вы на меня больше не обижаетесь? - улыбнулась я. - Я очень рада. Я ведь вас люблю. Вы же для меня как дедушка.
Герцог не ответил. Но мне и не нужны были слова, я знала ответ и так. На стене архива, прямо на глазах нарисовался крошечный росток еще одного флюта...
Даже призраку надо чтобы его любили, чтобы его понимали, чтобы у него просили прощения за мелкие и глупые обиды, и чтобы он чувствовал себя нужным. Всем нужны близкие, родные люди.
Глава 8.1
Настроение у меня сегодня было чудесное. В обед я сбегала в Пиццерию и, набрав, гостинцев, заявилась в департамент чревоугодия. Господин фон Фоллен обрадовался мне, как родной. Или не мне, а пяти пиццам, которые я ему принесла.
Моя идея с парком развлечений ему понравилась. А словосочетание «сладкая вата» просто покорило. Пришлось рассказать, что это такое. Фон Фоллен пришел в восторг и, смеясь, сказал, что за возможность попробовать это лакомство, он готов сам взяться за топор и построить горку.
Расстались мы друзьями. Я даже поделилась с Велдишем, так звали фон Фоллена, который много лет боролся со своим весом, но всегда проигрывал, парочкой ПП-рецептов. Сама я не страдала от лишнего веса, но овсяно-блин на завтрак готовила. И гранолу тоже любила. Иногда покупала готовую, но чаще готовила сама. Тем более там и делать-то ничего особо не надо. Овсяные хлопья смешала с медом, орехами, каплей растительного масла и слегка поджарила в духовке. А потом можно и изюм добавить, либо любые другие сушеные ягоды и фрукты.
К вечеру в приемной появился мой заместитель, фон Байрон. Он так устал на отдыхе, что большую часть дня провалялся в постели и выглядел сейчас не самым лучшим образом. Бледный, с синими кругами под глазами. Он явно был очень расстроен тем, что ему пришлось вернуться к работе.
- Кто такая? - нахмурился он, увидев меня в приемной, и поморщился, - Хараш, что здесь делают всякие проходимки? Кто ее сюда, вообще, пустил? Гони прочь.
- Ну, уж нет! - фыркнула я, не давая Харашу вмешаться. Никогда этот негодяй фон Бафрон не выпрет меня. У него даже в прошлый раз не получилось. Пусть тогда я была сильной от отчаяния, но за этот месяц многое изменилось. Я изменилась. И даже Большой Куш изменился. Правда мой заместитель про это пока не знает. - У вас, господин фон Байрон, удивительно короткая память. Я мэр Сью. И хотела бы поговорить с вами о нашей совместной работе на благо города...
Вообще, я хотела поговорить с ним о парке. Велдиш объяснил, что без одобрения фон Байрона все равно ничего не получится. Нужен документ подписанный заместителем мэра, о том, что в парке разрешено устроить парк развлечений. Тогда можно будет смело строить качели и карусели, не боясь, что фон Байрон прикажет все это снести. И подписать этот документ проще всего было сегодня же. Пока он не пришел в себя после отпуска.
Мы с Харашем уже все подготовили, осталось подучить автограф у фон Байрона, которому очень не понравился мой напор.
Я прямо увидела, как в его голове шла борьба между желанием позвать стражу и желанием плюнуть на меня и как можно быстрее спрятаться в кабинете. Улыбнулась и распахнула дверь в кабинет и пригласила своего заместителя:
- Прошу вас, - широко улыбнулась. - Я не займу у вас много времени...
Мягкий полумрак кабинета, легкий сквознячок из открытого окна, запах свежего мятного лимонада подействовали на фон Байрона как гипноз. Не зря мы с Харашем старались, улыбнулась я, мысленно поблагодарив Велдиша за идею. Это он подсказал, как заставить заместителя мэра забыть обо всем...
Все оказалось просто. Последний день, или скорее последнюю ночь, отпуска фон Байрон всегда проводил в заведениях своего приятеля, главы департамента плотских увеселений. И довольно бурно. Отчего на следующий день мучился от последствий вчерашней невоздержанности. И, чтобы смягчить неприступного заместителя, нужно было всего лишь облегчить страдания несчастного.
