Второй председатель фронта «Память» Николай Скородумов вспоминает:
— Дмитрий Дмитриевич был очень креативным человеком, мыслительный процесс работал очень живо. И поскольку я занимался техникой — за моей спиной был институт телевидения, он в разговоре одном мне говорит: «Слушай, нам нужна своя радиостанция. Надо вещать». — «Надо-то надо, а как это сделать?» — «Вот мы можем машину оборудовать, поставить большую антенну…»
Вопрос стоял в том, что разрешение никто не даст — нас поймает любой пеленгатор. Тем более нужно было не просто чтобы во дворе там кто-то слышал, а надо охватить какую-то территорию. Я никогда этим делом не занимался, даже чисто теоретически, ну а Дмитрий Дмитриевич стоял на своем: «Надо думать». И я настолько задумался, что даже начал закупать микросхемы, подключил ребят — электронику эту нужно было как-то сделать. В итоге все это оказалось полной ерундой, потому что это все было в принципе невозможно.
Я не помню, каким образом, но пришла идея выйти на Главное центральное управление связи — они занимались тогда радиосвязью по всей стране. Что собой представляет эта система радиосвязи — это студия, которая может быть районной и вплоть до центральной и группой антенн с передатчиками. Сейчас, например, в Останкине тоже вещают, но на волнах FM. Тогда же FM был распространен мало, вещали обычно на коротких, средних и длинных волнах. Поскольку по закону физики антенна имеет направленность, и в зависимости от такой территории, на которой будут слушать, тебе выбирают антенну. Например, наши, которая вещали на Москву, — они стояли в Екатеринбурге. И вот когда я вышел в это Главное управление радиосвязи, а тогда получилось, что они все оказались без денег — зарплат не было, поэтому они цеплялись за любую возможность заработать денег. Иными словами, плати и вещай, сколько хочешь, только кроме незаконных вещей и ненормативной лексики. За этим они тоже следили и могли просто тебя закрыть. Так же как сейчас — это нормальное явление. В общем, Дмитрий Васильев мне это поручил, и я ходил по различным инстанциям, обсуждал с ними все, и вначале нам выделили разрешение на вещание не больше двух раз в сутки по часу на длинных волнах. Длинные волны — это самые простые, там был не очень качественный сигнал. Но это были уже технические проблемы, а идеологически «Памяти» удалось прорвать информационное пространство.
Вопрос встал другой — а где, собственно, этой студии быть, было же нужно не только ставить пленки, но и выходить в прямой эфир, приглашать гостей. Что касается аренды, то по тем временам деньги были просто немыслимые. У Дим Димыча была достаточно большая квартира. Раньше была коммунальная, но потом всех расселили и он один там остался. И одну из комнат он предложил оборудовать под студию. Ребята уже сделали ремонтные работы, но теперь встал вопрос, как подать сигнал в Екатеринбург. И поскольку я работал в Институте телевидения и радиовещания, то нашел человека, который был просто «электронщик» от Бога. В итоге мы худо-бедно сделали систему, обратились в Мостелефонстрой (сейчас МГТС). Там есть такое понятие, как кабельная канализация. У них есть свободные пары — нужно телефон подключить, они выясняют и подключают. Если есть свободная пара, то нет проблем взять ее в аренду. И оттуда сигнал поступает в управление на пульт, после чего по радиорелейным линиям рассылается на всю страну. Тогда была большая проблема подать по этой паре сигнал — нам они поставили приемник, а у них передатчик. Электронщики ворчали очень долго, но мы все проверили, сделали пилотный выпуск.
После того как мы запустили радиостанцию, поставили магнитофоны, начали выходить в эфир. Мы вели каждодневно журналы, составляли график — подошли к этому вопросу очень серьезно. В эфир мы начали выходить — час днем и в восемь часов вечером. Конечно, оплачивать радиостанцию было не дешево — иногда мы залезали в долги, и мне как-то даже приходилось лететь в Екатеринбург, чтобы их оплачивать.
Итак, первая передача вышла 29 сентября 1991 года. Радио просуществовало около четырех лет до 1995 года. Мы охватывали всю европейскую часть. Хотя бывало, что звонили даже с Южной Америки. Иногда и до них доходил сигнал. На радио шло много писем от слушателей — Дмитрию Дмитриевичу, гостям студии. Пропагандистский эффект был достаточно большим — мы ведь не стеснялись ничего, рассказывали все как есть. Когда радио «Отечество, память и ты» начало вещание — мы начали бить по коммунистам, шли выступления тогда очень популярного исполнителя Игоря Талькова. В студию приходил священник Олег Стеняев, историк Владимир Махнач, музыкант Максим Трошин и многие другие. Но подчеркну, что такого в мире нигде нет, чтобы в квартире создать свою студию и выходить на государственный канал.
29 сентября Васильев получил доступ в эфир и под набатные звуки колокола прочитал свое первое радиообращение:
«Дорогие соотечественники, братья и сестры! Многострадальный народ Православный!
Я обращаюсь к вам в нелегкое время для земли русской. Много бурь и ураганов пронеслось по земле святой, но не видела она тех страшных годин, которые переживали и переживаем в настоящее время мы. Забыли люди русские заветы предков своих: свято беречь землю русскую, предались они искушениям дьявольским, предавая Веру предков и злобу сея средь братьев и сестер своих, предавая матерей и отцов своих, оскорбляя вековую мудрость дедов своих.
Перестали петь песни русские, говорить по-русски. Все стараются щеголять друг перед другом словесами кичманов еврейских! Полонили жидовины волю Русскую! Глумятся и куражатся, не ведая совести! А народ-то каков же?! Потешается над насмешками жидовскими в сторону свою! Сам смеется над собою, да еще оплачивает жидовину-извергу глумление над своей Русью оскорбленной! Неужели земля русская перестала жить по-русски и плодить богатырей Чудо-воинов?! Где же вы, богатыри Ильи Муромцы, Добрыни Никитичи да Алеши Поповичи?! Неужели все погрязли в пьяной похоти?! В лихоимстве и разбойничьи! Иль не мать вас кормила сосцами своими, надеясь на удаль вашу?! Или по нутру вам дьявольское вымя, травящее вас, отнимая удаль богатырскую?! Стыд и срам-то какой перед предками, что поклали головушки свои за Отечество Великое!
Неужели вечно поклоняться будете жидовину проклятому да терпеть его глумленье поганое?! Не пора ль ковать мечи булатные да изгнать с земли русской мерзких выродков! Встань, народ святой! Разогнись и расправь плечи могучие! Да проснись же ты, Русь Великая! Да возстань ты, Удаль молодецкая! Да скорее соберитесь в дружины мощные, чтобы выйти на бой со злым ворогом! Я склоняю главу свою, Чудо-воины, перед силой вашей — русской удалью! И пойду с вами вместе бить орду препоганую! До тех пор, пока не побьем злого ворога! Встань, народ, и сомкни ряды, и пойдем смело в бой мы за Русь Святую! Да пусть будет с нами Бог, царь, нация!
Димитрий, сын Димитриев, роду Васильевых».
Адъютант Дим Димыча Александр Поткин (Белов) добавляет: «Можно сказать, что Васильев был романтичным и увлекающимся человеком. Очень часто он «загорался» и вокруг него «загорались» многие, а причиной могла послужить искра случайно обмолвленного слова. Я не помню, кому именно принадлежит авторство, идея создать радиостанцию, может, и ему самому, поскольку газета была уже, на ТВ выхода не было, да и денег на это не было, а как минимум два сотрудника совета «Памяти» были радиолюбителями, в частности Юрий Миролюбов. И собрав минимальные данные о необходимом оборудовании, было прямо в квартире Васильева построено звукоизолирующее помещение, где находилась небольшая студия и пульт. Оттуда кабель шел на Никольскую, а оттуда на Екатеринбург, и там уже находилось радиополе, которое вещало по всему миру. Это были короткие волны. Два месяца мы вещали на средних и длинных волнах, но это было дорого. Не потянули. Сначала это было шесть часов вещания, потом два часа, из-за отсутствии средств.
Соответственно был руководитель радиостанции Юрий Миролюбов, ответственное лицо Сергей Туманов, а также принимал участие Александр Черноморский. Член центрального совета, известный позднее по акции захвата «Московского комсомольца», Николай Дедков стал художественным руководителем. Приглашалось большое количество самобытных артистов, которые пропагандировали русский образ жизни, русскую песню. Таких был огромный выбор — Юрий Ковтун, Вячеслав Кобзев, Анатолий Хомяков и многие другие. Дедков занимался профессионально организацией концертов, выставок, и у Васильева было очень большое количество связей в этой среде. Очень часто было выступление священников и репортажи из старой русской книги, тогда это было очень неожиданно, разговоры о царе, дореволюционной России. Мне тоже приходилось выступать на радиостанции. Это очень ответственно. Я видел огромное количество писем, которые приходили от людей. Радиостанцию слушали. Она производила определенный эффект за счет широты вещания, так мы нашли соратников по всему миру».
