останусь одинокой».
Мои всхлипы стали громче, но, прежде чем я успела понять, что произошло, Дамиан пальцами поддел мой подбородок и полотенцем начал тереть лицо, а я тут же завозмущалась, далеко не сразу понимая, что слезы перестали течь из моих глаз.
«А теперь говори, кто внушил тебе эту чушь» — Дамиан отбросил полотенце, убирая с моего лица пряди волос.
«Никто мне ничего не внушал» — я буркнула.
«Мила, не лги мне. Кто тебя обидел и заставил плакать?»
Я не хотела рассказывать ему о том, что произошло между мной и мамой. Да и мне уже стало не до этого. Просто смотря на Дамиана я ощущала, как в груди расплывалось тепло. Он всегда поддерживал меня и защищал. Дал почувствовать, что я не одна и, еще раз всхлипнув, я на эмоциях обняла парня, лицом уткнувшись в его грудь.
«Что с тобой?» — сразу Дамиан замер, но спустя время осторожно положил ладонь мне на спину и начал очень легко ее поглаживать, будто пытаясь успокоить. — «Только не говори, что опять собралась реветь».
«Нет, я больше не хочу плакать» — прошептала еле слышно. — «Я… Я просто рада, что ты у меня есть. Ты самый лучший старший брат» — я прикусила губу и, стараясь отвлечься, уже шутливо сказала: «Если я в будущем выйду замуж и если муж будет меня обижать, я обязательно буду тебе рассказывать об этом. Пусть знает, что у меня есть ты и меня обижать нельзя».
«Твой будущий муж тебя никогда не обидит»
«Говоришь с такой уверенностью, будто знаешь, кто станет моим будущим мужем» — я фыркнула.
«Знаю» — слово будто бы сказанное невзначай, но я за него уцепилась.
«Как это?» — сразу спросила, отстраняясь от парня. — «Еще скажи, что можешь видеть будущее».
Дамиан мои слова проигнорировал и в этот момент встал с шезлонга.
«Раз ты успокоилась, пойдем на кухню. Попрошу поваров приготовить тебе вафли»
«Правда?» — я тут же воодушевилась. Моих просьб повара не выполняли, но Дамиана они слушались.
Вынырнув из воспоминаний, я открыла глаза, после чего посмотрела вокруг себя. Уловила лишь темноту спальни и слезы, которые все так же бежали по щекам, а так же новые воспоминания. В каждом из них был Дамиан. Его голос и глаза.
Между нами многое происходило, но моя жизнь пахла Дамианом и мне казалось, что этой ночью я разрушалась, как и вся моя жизнь.
Понимала, что он сейчас был с теми девушками и чувствовала, как слезы сильнее текли по щекам.
***
Следующим утром пошел ливень. Открыв окна, я ходила по спальне и собирала вещи, но, когда Матео проснулся, я сразу же взяла его на руки и, поцеловав сына в щеку, покормила его кашей, а потом вызвала такси и поплелась к выходу.
— Позвольте узнать, куда вы собрались, — еще в холле меня остановил помощник Дамиана.
— Я ухожу, — спокойно ответила, и, намереваясь выходить на улицу, открыла зонтик. Меньше всего на свете я хотела, чтобы Матео промок.
— Куда?
— Не ваше дело.
— Боссу известно о том, что вы собрались куда-то уезжать?
— Он сам сказал мне проваливать.
Несколько секунд мужчина молчал, а потом попросил меня немного подождать. Естественно, я этого делать не собиралась, но еще на крыльце меня остановили телохранители, а когда я начала требовать, чтобы меня пропустили, так как около ворот уже ждало такси, рядом со мной опять возник помощник Дамиана.
— Машина уже не ожидает вас. Ее отправили, — сказал мужчина. — К сожалению, вы уехать не можете.
Я слегка сильнее обняла Матео и тут же попыталась возразить, а так же потребовать, чтобы меня отпустили, но мужчина сказал, что, к сожалению, ничего сделать не может. Единственное, что мне оставалось, так это ждать, когда Дамиан приедет, чтобы поговорить с ним. Вот только, меньше всего на свете я хотела видеть его.
Весь день был проведен на нервах и вот вечером, когда я вышла из душа, увидела Дамиана в своей спальне.
Он вновь выглядел безупречно. Черные брюки и такого же цвета идеально выглаженная рубашка ничуть не скрывали массивного телосложения и теперь лицо вновь скрывала маска из плотной ткани.
Дамиан стоял ко мне спиной, но я сразу поняла, что он держал на руках Матео. Малыш, оказавшись на руках у папы, начал вовсю улыбаться и опять ручками сжимать его галстук, а сам Дамиан, держа сына в своих крепких руках очень бережно, что-то рассказывал ему.
Я застыла на месте и украдкой смотрела на них. Сразу в сердце расплылось тепло, а потом его будто бы пробило иглами и та тяжесть, которая преследовала меня со вчерашней ночи, вновь наполнила разум.
— Ты сказал мне проваливать и я хотела уехать, но твои люди меня не пустили, — сказала, немного сильнее завязывая пояс на халате.
— Мой сын останется со мной, — Дамиан даже не посмотрел на меня.
— Что ты такое говоришь? — прошептала вмиг пересохшими губами. — Я не уеду без Матео.
— Из этого места тебя никто не прогоняет.
— Но что мне тут делать?
— Все, что захочешь. От тебя, Агилар, мне ничего не нужно. Ты тут лишь, как мать моего сына и меня интересует только воспитание Матео.
Малыш, продолжая трогать галстук, засмеялся. Его смех для меня всегда являлся тем, что согревало сердце и поднимало настроение, но сейчас мне стало не по себе. Хотя, почему?
Я получила именно то, что хотела — разрыв любой личной связи с Дамианом и лишь совместное воспитание общего ребенка. Но почему на душе было настолько паршиво?
***
Дни стали тянуться очень медленно и, просыпаясь каждым утром, я видела за окном одну и ту же картину — на улице все так же шел ливень.
Из-за этого я с Матео не могла выйти в сад и, вообще, в основном сидела с сыном в спальне, а слушая шум дождя, вспоминала о том, как Дамиан меня впервые поцеловал.
Тогда тоже шел ливень. Мы находились на трассе в его машине и я жутко злилась на Дамиана, за то, что он не позволил мне доехать к нужному месту с другом, а он, сказав, что его всегда раздражало вот это мое «брат», наклонился и поцеловал.
Тогда я была в шоке и, единственное, что смогла сделать, так это оттолкнуть Дамиана и начать тереть губы рукавом толстовки, называя парня ненормальным, а сейчас я раз за разом вспоминала тот поцелуй. Хотела бы вовсе выбросить его из головы, но чертов ливень своим звучанием наполнял сознание отрывками именно этого
