Она вдруг усмехается, запрокинув голову назад, после чего переводит насмешливый взгляд на меня.
— Ты о шкатулке.
Она хмыкает.
— Так это ещё цветочки, дорогая. — Она делает очередной шаг вперёд, так, что я оказываюсь прижата спиной к стене, и, нависнув надо мной, словно огромная тень, угрожающи произносит, сверкнув глазами: — Я открыто объявляю тебе войну, Кейла де Мейлоу.
Однако вместо того, чтобы испугаться, я усмехаюсь.
— Да неужели?
— Тебе смешно?! — Ярый, совершенно сумасшедший взгляд прожигает меня насквозь, но я устала податливо молчать и терпеть подобные нападки.
С меня хватит!
На этот раз я делаю решительный шаг вперёд, прямо на неё. Так, что теперь между нами не остаётся какого-либо пространства, и, ухмыльнувшись, с чувством собственного достоинства произношу:
— Мелкая моль никогда не сравнится с бабочкой.
Я наблюдаю за тем, как её лицо искажается гримасой ярости. Но совершенно пропускаю тот момент, когда она заносит руку и собирается ударить меня.
Инстинктивно выставляю свою руку вперёд, едва зажмурившись. Однако удара так и не следует. Поэтому я тут же открываю глаза и натыкаюсь на обжигающий, ледяной взгляд сапфировых глаз.
— Лукас?.. — с нескрываемым удавлением произносит Мелания, рука которой сейчас находится в его стальной хватке.
Он тут же дёргает её за запястье и чуть ли не рыча, произносит:
— Что ты творишь?!
Девушка тут же меняется в лице, перестав походить на обезумевшего от голода хищника. Она вновь превращается в кроткую овечку.
— Т-ты… Ты не так понял. Это она начала! Я всего лишь…защищалась.
Он сердито поджимает губы и переводит взгляд на меня. И, когда я уже готовлюсь к очередной защите, он вдруг произносит:
— Уходи.
Его тон настолько безжизненный и холодный, что на пару секунд я даже зависаю, пропустив его слова мимо ушей. Почему-то в мыслях снова всплывают моменты, когда мы были наедине, в его комнате. И сейчас я в который раз не понимаю — почему?
Почему он снова такой?.. Даже…хуже. Словно остатки каких-либо человеческих чувств вырвали из его сердца с корнем. Его взгляд, обращённый на меня, больше ничего не выражает. Совсем.
Полное безразличие…
— Мне повторить!? — неожиданно произносит он, и я непроизвольно вздрагиваю.
Теперь он полностью повернут ко мне лицом, перестав удерживать свою подружку.
— Я предупреждала тебя — усмири свою девушку! — стараясь подражать его интонации, точно также произношу я, пытаясь усмирить отголоски непонятной боли. После чего отталкиваю его и стремительным шагом направляюсь в сторону медпункта. Подальше от этой сумасшедшей парочки!
По-моему, они действительно идеально дополняют друг друга. Однако почему этот чёртов факт так режет по сердцу?..
Глава 15.
Закрепляю специальные антимагические перчатки на руках, чтобы они плотно прилегали к коже, и выдохнув, наконец переступаю границу боевого полигона, отмахнувшись от упавшей на глаза прядки, гонимой поднявшимся ветром.
Мистер Нилман, в отличие от меня, уже здесь. Правда до сих пор не замечает моего присутствия, поскольку сидит на траве, в позе «лотоса» с закрытыми глазами.
Кажется, он медитирует.
Правда эти мысли тут же улетучиваются, когда он, не открывая глаз, произносит:
— Ты опоздала на пять минут, Кейла.
Сконфужено поджимаю губы, а затем всё-таки произношу:
— Извините. Мисс Шиферман меня несколько задержала.
Дело в том, что когда я пришла в медпункт и обрисовала сложившуюся ситуацию, утаив некоторые детали, то женщина решила, что не обойдётся одним лишь внешним осмотром. А потому просканировала мои внутренние органы и головной мозг, чтобы убедится наверняка в том, что со мной всё в порядке.
Впрочем, так и вышло.
Я абсолютно здорова, если не считать некоторой бесконтрольности моих стихий, которые уничтожают меня изнутри, из-за отсутствия инициации…
После этих слов мужчина спешно открывает глаза и вовсю мощь своих карих глаз смотрит на меня.
— Что на этот раз?
— Ничего такого, из-за чего следовало бы переживать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Кейла, ты знаешь, что твой опекун та ещё заноза в… — Он вдруг осекается, глядя на меня, и, откашлявшись, произносит: — В общем, если он узнаёт, что я не слежу за тобой должным образом, то поверь — нам обоим не поздоровится.
Невольно улыбаюсь, глядя на сосредоточенное лицо мужчины, вспоминая его предыдущие слова, и теперь понимаю наверняка — Рэй действительно знает моего куратора. И похоже — не просто знает.
А потому я тут же интересуюсь:
— Вы друзья?
Он странным образом ухмыляется, медля с ответом, чем ещё больше подогревает моё любопытство. Но в конце концов отвечает:
— Скажем так — друзья, которые прошли не малый путь, чтобы стать таковыми друг для друга.
— Расскажете?.. — предчувствуя захватывающую историю, интересуюсь.
Он щурится, едва улыбнувшись, и тут же отвечает:
— В другой раз.
— Ловлю вас на слове, — выставив указательный палец вперёд, с усмешкой на губах произношу я.
Он кивает, а затем поднимается с места.
— Что ж. Раз уж ты наконец здесь, то пожалуй начнём.
— С чего именно? — Мои глаза загораются азартом, от скорого обучения. А в сердце уже пылает безудержен пламя, готовое вести меня к моей цели. И эта цель — победа в турнире четырёх стихий!
Губы мистера Нилмана растягиваются в лукавой улыбке, когда он произносит:
— С основ.
Я непонимающе хмурюсь и тут же переспрашиваю:
— С основ?..
Он утвердительно кивает.
— Основы — залог хорошей базы. Именно поэтому мы сейчас будем отрабатывать защитный барьер.
— Но у меня итак с ним нет никаких проблем…
— Проблем у тебя с ним может быть и нет. Но именно барьер — поможет тебе научиться постоянно удерживать маговские плетения, чтобы лишний раз не выдавать себя.
Недовольно суплюсь, поджимая губы, и тут же слышу смех мужчины.
— А ты, что думала — мы начнём с тобой сразу же с запрещённых приёмов и заклинаний?
— Ну-у… не совсем сразу. Но отчасти, — несколько расстроенная подобной постановкой обучения, произношу я, потупив взгляд.
— Всё должно происходить постепенно, шаг за шагом. Запомни — тот, кто пытается угнаться за ланью — никогда не достигнет её, пока не прислушается к собственным шагам. Понимаешь о чём я? — Он вопросительно заглядывает в мои глаза и, тяжело вздохнув, я киваю.
Понимаю. Прекрасно понимаю. Но терпение — не входит в ряд моих сильных качеств.
Что ж. Похоже пора эти качества совершенствовать.
— Отлично. — Мистер Нилман в привычном жесте хлопает в ладоши, что является для него неким сигналом к действию. А затем добавляет: — Начнём с первого уровня!
Сосредоточившись на уроке, отбрасываю лишние мысли в сторону, а затем соединяю ладони полусферой, настраивая энергетические потоки.
— Главное всегда помни, что маги — хоть и сильные, но действовать, как ты, молниеносно не умеют. Так или иначе нам требуется определенный временной промежуток для создания магических вязей, чтобы напитать ими руну, и уже только после — действовать.
Киваю, не отрываясь от своего действия, а затем чувствую предел. Тот самый предел, которому обучал меня Рэй. То есть момент, когда я могу создавать руну и дальше непосредственно вливать в неё свою энергию.
— Хорошо, — наблюдая за тем, как последовательно разрастается мой защитный барьер, напоминающий купол, произносит мужчина. — Теперь начинаешь вплетать второй слой.
Все последующие действия я выполняю под чётким надзором мистера Нилмана.
Он внимательно следит за каждым моим движением, в особенности за тем, как я управляю своей силой, пытаясь выдавать её за совершенно иную магическую структуру.
Несколько раз меня даже хвалят, когда начинается третий уровень и, я с ловкостью, как для мага, выстраиваю его в идеальном соотношении с остальными. Однако пару раз меня точно также и порицают, когда я в который раз думаю, как ведьма, а уже после, соображаю, как маг. Но подобное явление у меня уже, как инстинкт. И, как бы я не хотела избавиться от своего дара, поделать с собой ничего не могу. Это сильнее меня. Моя сущность ведьмы сильнее. Однако я всегда вовремя ориентируюсь и принимаю должное решение. Именно эта способность помогает мне до сих пор оставаться в спасительной тени.
