Малик Ашраф, в отличие от своего покойного брата Хасана Кучака, оказался негодным полководцем. Он без боя уступил ордынцам горные перевалы, в которых горстка воинов могла бы сдерживать наступление целой армии. А когда войска Джанибек-хана оказались на территории Азербайджана, армия Ашрафа разбежалась, даже не вступив в бой с ордынцами. {295} Сам эмир попытался спасти свои сокровища, но, преследуемый ордынскими воинами, был вынужден бросить казну и спасать собственную жизнь. Ашраф укрылся в доме одного из своих приверженцев, Шайха Мухаммада Балигджи. «Верный» сподвижник предоставил Ашрафу убежище, а сам направил гонца к ордынскому хану с сообщением, что беглец находится у него. Эмиры Джанибека схватили Ашрафа и доставили к своему повелителю. Между Джанибеком и Ашрафом состоялся разговор, во время которого хан спросил: «Что побудило тебя к насилию, разрушению страны, грабежу народного имущества, причинению боли рабам Аллаха?» Ашраф ответил: «Так поступали все правители, предводители и султаны». Джанибек-хан приказал отрубить Ашрафу голову и выставить ее на городских воротах Тебриза. {296}
Так, после почти столетней войны за Азербайджан, золотоордынским ханам удалось взять верх над своими иранскими родичами. Весьма примечательно, что случилось это не при воинственных Берке или Узбеке, а при «добром» Джанибеке! {297} Однако торжество хана было недолгим: во время похода он опасно заболел. Скрыв болезнь хана от воинов, эмиры в строжайшей тайне отправили монарха в Сарай. Наместником в Азербайджане остался старший сын хана, царевич Бердибек, при котором в качестве военачальника находился эмир Ахиджук. {298}
V
Ордынские лекари не сумели вылечить Джанибека, и его встревоженная мать Тайдула послала на Русь за митрополитом Алексием, за которым даже в Орде закрепилась репутация целителя. Естественно, ханша не могла сообщить, что хан находится при смерти, и поэтому написала в своем послании, что больна она сама: якобы, что-то случилось с ее глазами. Такая версия впоследствии и вошла в русские летописи. {299}
Хану и его матери было не совсем ловко обращаться к главе русской церкви: ведь несколько лет назад Джанибек существенно урезал ее привилегии, обложив духовенство налогами в пользу Орды. Впрочем, Тайдула полагала, что митрополит не сможет отказать ей, поскольку не так давно, в 1354 г., она выдала ему грамоту, в очередной раз подтвердившую определенные льготы русского церкви, компенсировав ограничения, сделанные ханом (не упустив, правда, при этом возможности взять с иерарха определенную мзду в свою пользу!). {300} Как бы то ни было, другого выхода ханша не видела, и послание митрополиту было отправлено. Алексий, со своей стороны, не посмел отказаться от этого вызова-приглашения и поехал в Орду. Митрополит посетил хана, пытался оказать ему помощь, но безрезультатно: состояние больного продолжало ухудшаться.
Узнав, что Джанибек находится при смерти, один из его влиятельных эмиров, Тоглу-бай4 немедленно отправил послание Бердибеку, в котором извещал царевича о состоянии отца и советовал как можно скорее прибыть в Сарай, если он желает стать ханом сам, а не уступить трон одному из своих многочисленных родичей. Бердибек внял совету и, оставив Азербайджан на попечение Ахиджука, помчался в столицу.
Дальнейшие события различные источники излагают по-разному. Согласно одним, Джанибек скончался еще до прибытия сына в Сарай. По другим, авторы которых, несомненно, с сильной антипатией относились к Золотой Орде и ее правителям, Бердибек приехал в Сарай и, узнав, что отец поправляется, вместе с Тоглу-баем ворвался в его покои и задушил хана. {301} Хан умер 3 шабана 758 г. х. (22 июля 1357 г.) и был похоронен в Сарайчуке. {302}Сразу после смерти отца Бердибек принялся устранять других конкурентов в борьбе за трон. В течение нескольких дней были умерщвлены сыновья Джанибека и другие родственники, потомки Узбека (включая даже новорожденного брата Бердибека) – общим числом 12 человек. В русской летописной традиции они все названы братьями убийцы. {303} Некоторым членам ханского рода удалось спастись, но, напуганные участью родичей, они даже не пытались противостоять Бердибеку, который без сопротивления занял ханский трон.
В отношении же митрополита Алексия хан-убийца повел себя вполне благожелательно: уже в течение нескольких первых дней после воцарения он выдал ему ярлык, в котором в полной мере восстанавливал все льготы и привилегии русского духовенства. Надо думать, Бердибек (сознательно или подсознательно) выразил митрополиту благодарность, за то, что тому не удалось вылечить его отца! {304}Эмир Ахиджук, оставленный наместником в Тебризе, вскоре объявил себя независимым правителем, сплотив вокруг себя уцелевших приверженцев Малика Ашрафа. Однако, оставшись без поддержки ордынских войск, не сумел удержать власть и вскоре был разгромлен и убит Мубариз ад-Дином Мухаммадом, правителем Фарса из рода Музаффаридов. {305} Азербайджан снова оказался под властью иранских правителей, пробыв в составе Золотой Орды менее года!
Сам хан Бердибек скончался (по другим сведениям, был убит) в 1359 г., процарствовав менее двух лет. В восточной историографической традиции считается, что с ним оборвался род Бату, находившийся у власти в Золотой Орде около столетия. {306} Это и так, и не так. С одной стороны, оборвался непрерывный ряд правителей, в котором власть переходила от брата к брату или от отца к сыну. С другой, оставались младшие представители рода Узбека, которые, в принципе, имели не меньшие права на трон. Однако поведение последних ханов из дома Бату, нарушивших многие заветы Чингис-хана, вызывало сильное недовольство других Джучидов и эмиров, которые пришли к выводу, что эта ветвь потомков Бату выродилась и должна быть заменена другой.
В результате в Золотой Орде началась борьба за власть, в которой приняли участие представители нескольких ветвей потомков Джучи. Тем не менее, потомки Бату (вернее даже, прямые потомки Узбека) сохраняли власть, по крайней мере, над частью Орды вплоть до 1380 г. Большая заслуга в этом принадлежала темнику Мамаю.
Очерк седьмой Мамай, или взлет и падение titanus'a
(Временщик, 1362-1380)
Жизнь побежденным не награда
М. Ю Лермонтов
Мамай, о деятельности которого известно преимущественно из русских летописей, в историографии обычно представлен как враг, с которым Русь боролась на протяжении многих лет и, наконец, сумела победить на Куликовом поле. Вместе с тем, стараясь быть объективными, историки отмечают, что это был опытный политик и дипломат, храбрый и решительный полководец, хотя это-то как раз и не вытекает из летописей! Да и вызывает большие сомнения, что вся деятельность Мамая была посвящена подготовке к Куликовской битве! Несомненно, его политические интересы были гораздо шире, а роль в истории Золотой Орды – более масштабна.
I
Общим предком Чингис-хана и Мамая был легендарный Бодончар, по монгольской легенде, давший начало целой группе монгольских племен, среди которых особо выделились кияты. Одной из ветвей киятов был род Борджигин, к которому принадлежали Чингис-хан и его потомки, в том числе и ханы Золотой Орды Семейство Мамая также происходило из племени кият, правда, из какой именно его ветви, установить невозможно. {307}Часть киятов впоследствии осела в Золотой Орде и, как и большинство монгольских родов, в дальнейшем тюркизировалась. {308} Однако родство, пусть и очень дальнее, с ханской фамилией, позволило им выдвинуться и занять видное положение в державе Джучидов. Возвышение киятов произошло еще при Токте, когда кияты Тулук-Тимур и Ак-Буга перешли от Ногая к законному хану. {309} После победы над мятежным временщиком хан Токта возвысил киятов, и они сохранили свое влияние при следующем хане Узбеке: Ак-Буга направлялся в качестве посла, а Тулук-Тимур долгое время был даругой-правителем Крыма (Солхата) Когда Узбек-хан провел реформу управления и отстранил от власти в Синей Орде потомков Орду-Ичена, старшего сына Джучи, Иса, сын Тулук-Тимура, возглавил восточное крыло государства Джучидов и даже сумел передать свой пост по наследству сыну Джир-Кутлугу, после смерти которого он перешел и к его сыну Тенгиз-Буге. {310}Мамай приходился внуком Исе и, соответственно, двоюродным братом Тенгиз-Буге. {311} Отца Мамая звали Али(Алиш/Алаш)-бек, и он некоторое время, как и его дед, был правителем Солхата, {312} однако подробных сведений о нем в источниках не сохранилось. Судьба Мамая, как и его отца, оказалась тесно связанной не с Синей Ордой (где обосновалась друга ветвь потомков Исы), а с ханским двором, Крымом и западными улусами Золотой Орды.
