Фамильяр Зака увела меня в измерение фейри, забрала у людей, и я попала в лес, где могла сбежать незаметно. Примерно так Тиллиаг мог пропасть с Заком, но я сомневалась, что жеребец-фейри мог унести всадника так далеко от мира людей, как меня забрала Леди Тени.
Я не видела свой старый пикап за ветками, но это было не важно. Я не заберу его. Я хотя бы забрала свои отмычки с собой, они могли стать уликой против меня. Я бросила машину, бросила свой ковен.
Я развернулась и пошла глубже в лес.
ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
Лаллакай.
По словам Рикра, так звали женщину-фейри. Она была известна еще как Ночная Орлица и Леди Тени. Старая и сильная фейри, я не хотела, чтобы такая угрожала перерезать мне горло.
Темные тени мелькали в лесу, пока я шла к дому, ориентируясь на вечерний свет солнца, проникающий среди ветвей. Рикр в форме хорька ехал на моем плече.
Прости, голубка, — шепнул он. — Я был беспечен, пикси застала меня врасплох.
— Ты не виноват, — если кто и был виноват, то только я.
Я шла и смотрела, как мои ладони мелькали по бокам. Эти ладони. У них были пределы? Если бы Лаллакай не пришла, я убила бы фамильяра Эллен? Я ранила бы или убила ведьм?
Я прикрыла глаза, искала что-нибудь среди эмоций. Но ощущала лишь, как осколки во мне терлись друг о друга. Я хотела вернуться. Я хотела ранить Лейни за то, что она настроила ковен против меня, и я хотела навредить остальным за то, что они поверили ей.
Хоть их обвинения и подозрения были логичными, и я никак не переубеждала их, я хотела навредить им.
Я погрязла во всем этом.
Влага липла к ресницам. Почему я не могла быть нормальной? Я пыталась подстроиться. Старалась изо всех сил.
Золотой свет расцвел, когда я вышла из густого леса в сад «Сердец и Копыт».
Жди тут, голубка, — сказал Рикр, он превратился в быстрого белого скворца. — Я проверю, нет ли непрошенных гостей.
Он улетел, и я послушно ждала, прикусив губу. Лейни сказала МагиПолу, что я проникла в ее дом и напала на ковен? Или не хотела, чтобы агенты знали, что она напала на меня первой? Она хотела шанс отомстить мне до того, как меня арестуют и заберут подальше от нее? Насколько важным для нее было мое признание в преступлении?
Как только Рикр все проверит, я вернусь к обычным делам. Хоть я могла казаться Лейни и МагиПолу виновной, я была невиновной. Лучше всего сейчас было вести себя как невиновный человек. Подозрительное поведение сработает против меня.
Можешь идти, — позвал меня Рикр откуда-то возле дома. — Тут только Доминика и Грета.
Я поспешила между яблонь, глядя на дом в дальнем конце двора. Доминика и Грета припасли для меня еду, но я не могла сейчас идти туда. Не в таком настроении.
Я повернула к задней части конюшни и поднялась в свою квартиру. За пару минут я приняла душ и переоделась, а потом побежала вниз по лестнице, одетая в джинсы и черную футболку на несколько размеров больше, чем нужно, волосы были грубо собраны в высокий хвост. Рикр сидел на крыше конюшни, смотрел, как я направляюсь к полям.
Через час я лежала на спине на далеком пастбище, прохладная трава была подо мной, солнце висело низко на западе.
Козел Гудини лежал рядом со мной, жевал неспешно траву. Еще два козла бродили неподалеку, а овца Пушистик нюхал мою ногу. Хиппи и Фанко, наши спасенные скаковые лошади, паслись слева от меня.
Коричневый нос появился надо мной, закрывая небо. Пип, ломовой конь, понюхал мою челку, не понимая, почему глупый человек лежал на земле. Я потерла его нос и закрыла глаза. Энергия животных окружала меня, спокойная и мирная, сплеталась с мягкой энергией пастбища. Хоть я была слабой и неумелой, но природа и ее творения успокаивали меня, как любую другую ведьму.
Пип сдвинул мою челку и коснулся губами моего носа. Не открывая глаза, я нежно отодвинула его голову.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Укусишь меня за нос, и будет серьезный разговор, Пип.
Он подул на меня жарким дыханием с запахом травы, а потом его тень сдвинулась. Я слышала, как его копыта шаркнули по земле, а потом раздался вздох и стук. Открыв глаза, я повернула голову к нему. Он катался с энтузиазмом в траве. Что ж, если человек так делал, почему ему нельзя?
Я похлопала Гудини по боку и снова расслабилась. Стоило завоевать раз доверие животного, и оно было твоим, пока ты его не предашь. Чаще всего оно оставалось твоим, даже если ты его предавал — потому я ненавидела тех, кто издевался над животными.
Это место было моим убежищем. Я не могла позволить Лейни и МП забрать его у меня. Мне нужно было как-то сохранить его.
Солнце опускалось, окрасило облака в розовый и золотой, когда я открыла глаза. Я села, звери вокруг меня напряглись, все смотрели в одну сторону — на гору на севере, покрытую лесом.
Темный конь и всадник неслись к ограде пастбища. Жеребец перепрыгнул ограду легко, а потом помчался галопом ко мне. Животные бросились в стороны, но я заметила на далеком дереве белую птицу — Рикр следил.
Я встала на ноги, стряхнула с джинсов траву и поправила футболку, которая оголила плечо.
Тиллиаг замедлился, а потом остановился в паре футов от меня. Его всадник, все еще в футболке без рукавов, открывающей мускулистые руки, посмотрел на меня зелеными человеческими глазами, его рюкзак свисал с широких плеч.
— Ты в порядке? — резко спросил он.
Я посмотрела на друида.
— Я в порядке.
— Ты была на земле.
— Да. Расслаблялась. Я порой так делаю.
Он прищурился.
— Лаллакай сказала, что обнаружила тебя в беде с твоим ковеном.
— Мне не нужна была помощь.
— Она сказала не так, — он тряхнул головой. — Что ты узнала о смерти коня?
Мой спокойное — отчасти — настроение пропало.
— Я расскажу у себя. Я не ела ничего с обеда.
С обеда, который он мне принес. Казалось, это было дни, а не часы назад.
Я пошла к дальнему саду, скрывающему ферму. Копыта Тиллиага стучали за мной, потом рядом со мной, а потом рука обвила меня и подняла в воздух.
Я выругалась, Зак усадил меня на коня перед собой.
— Перекинь ногу, — сказал он, прижимая мою спину к своей груди.
Я перекинула ногу через шею Тиллиага, чтобы сидеть правильно на коне. Жеребец выглядел иначе, когда я была на его спине, и мне стало не по себе, когда он повернул уши ко мне и выгнул шею.
— Тиллиаг, — с предупреждением начал Зак.
Мышцы жеребца напряглись, и он встал на дыбы.
Зак отпустил мою талию, съезжая, чтобы не утащить и меня за собой. Сжимая руками гриву, я едва заметила, что он упал с крупа Тиллиага. Я сжимала ногами бока коня.
Его передние копыта стукнули по земле, он опустил голову. Я резко отклонилась, а он ударил задними ногами, пытаясь сбросить меня. Когда и это не удалось, он устроил мне родео. Вставал на дыбы, бросался вперед, кружился. Я держалась из чистого упрямства, но с каждым резким рывком теряла равновесие чуть сильнее.
— Козел! — заорала я, конь встал на дыбы, его тело стало вертикальным. Я не удержалась и упала. Рухнув на ноги, размахивая руками, я отшатнулась и упала на попу.
Зак поспешил ко мне, но я вскочила на ноги раньше, чем он смог добраться до меня, тяжело дыша, хмуро глядя на фейри-коня.
Кислотно-зеленые глаза спокойно разглядывали меня, жеребец повернулся, открыв мне бок.
— Тиллиаг, — зарычал Зак.
Она может на мне ехать, — грубый голос фейри скреб мой разум, его тон был решительным.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
О, так я прошла его проверку? Как мило.
Его ухо повернулось ко мне, и я читала его жест. Он гадал, испугалась ли я так, что не полезу на него.
Я бросилась к коню, сжала гриву и забралась на его спину. Он был таким большим, что я растянулась на его спине, потом смогла выпрямиться. Устроившись, я сжала его гриву и яростно посмотрела на его уши.
