Наконец появился официант. Молодой человек шел по залу, не очень уверенно балансируя подносом с тарелками, и все время поглядывал себе под ноги, словно боялся поскользнуться. Когда он добрался до их столика, катастрофа была практически неизбежна. Ему удалось благополучно поставить одну тарелку, но при этом он смахнул пузырек с оливковым маслом. Посудина взвилась в воздух, тюкнулась о мраморный пол, подпрыгнула, как резиновый мячик, и оросила Руби и ее молчаливого спутника ароматной жидкостью.
— Ничего, это старое платье, — сказала Руби со всей непринужденностью, на какую была способна, и накрыла салфеткой жирное пятно, расползающееся у нее на подоле.
— Я так и подумал, — сказал Робин.
Руби показалось, что она ослышалась, а незадачливый официант смерил наглеца свирепым взглядом.
Робину удалось избежать оливкового душа, во всяком случае, так ему казалось, и он жадно накинулся на рыбу. Низко склонившись над тарелкой, словно опасаясь, что ее отнимут, Робин кромсал ножом нежное мясо и заталкивал в рот большие куски. Ел он сосредоточенно, не поднимая глаз, и у Руби было достаточно времени, чтобы рассмотреть большую масляную каплю, стекавшую по блестящей лысине ее кавалера.
Сказать ему, думала Руби, или это будет невежливо? Капля, похожая на остров Уайт, спустилась чуть ниже и трансформировалась в Австралию. Или сделать вид, что я ничего не замечаю? Оливковая Австралия приблизилась к лохматым бровям Робина и превратилась в Италию. Или просто протянуть руку через стол и промокнуть ему голову салфеткой?
— Я ищу долгих и прочных отношений, — сообщил Робин, покончив с рыбой.
Руби искала только одного — возможности побыстрее сбежать отсюда.
Собрание в женском туалете было назначено на девять. Мартин тоже получил приглашение, но, принимая во внимание не совсем подходящее для него место встречи, девушки не удивились, когда в назначенный час их друг не встал из-за стола и не последовал за ними. К тому же со стороны он выглядел вполне довольным своей разноцветной, побрякивающей металлом подругой.
Руби пришла в девять — точно по графику, как хорошая скаковая лошадь. Дожидаясь Лу, она уселась на диванчик под зеркалом и нервно закурила. Видит бог. Руби была терпелива, она предоставила этому человеку все мыслимые и немыслимые шансы, чтобы загладить первое неблагоприятное впечатление. Но все напрасно. Руби с содроганием вспомнила, как он оглушительно высморкался в салфетку, потом расправил ее и снова положил себе на колени. Руби пыхнула сигаретой и бросила взгляд на окно, словно преступник, дожидающийся очереди на казнь и прикидывающий, можно ли сбежать через это небольшое отверстие.
Едва переступив порог, Лу поняла: спрашивать «ну как?» нет необходимости.
— Мы выбрали не того? — полувопросительно сказала она.
Руби кивнула и, как разъяренный дракон, выдохнула клуб дыма.
— Все дело в его внешности? — осторожно спросила Лу.
— Ты знаешь, я не привередлива, — начала Руби. — В прошлом мне доводилось встречаться с некрасивыми, мягко говоря, мужчинами. Один выглядел так, как будто только что сорвался с дерева и упал на землю лицом вниз. Но они, по крайней мере, обладали некоторыми внутренними качествами, которые компенсировали недостатки внешности.
— То есть, насколько я понимаю, привлекательным его не назовешь, — подытожила Лу.
— Привлекательным в смысле «интересным» или «привлекающим внимание странным поведением»?
— Он прислал такое милое письмо. Я была уверена, что вы подойдете друг другу.
— Возможно, я бы подошла его другу, который написал это проклятое письмо.
— Так он не сам писал?
— Вот именно. Прямо Сирано де Бержерак, — горько расхохоталась Руби. — Или Сирил-как-бишь-его-там, как сказал дорогой Робин. Только в данном случае урод и тупица в одном лице, и с этим лицом мне приходится ужинать.
Лу не могла сдержать улыбку.
— О, Руби, прости. Так получилось, мы не нарочно. Ну, хотя бы поешь бесплатно в приличном ресторане.
— Сомневаюсь, — сказала Руби.
— Да брось ты, он же работает в Сити.
— Ага, в будке «Срочное изготовление ключей» рядом с домом Меррилл Линч.
Лу безмолвно закатила глаза.
— И напоследок он добил меня окончательно, — продолжила доклад Руби. — Попросил прихватить для него рулончик бумаги, раз уж я все равно иду в туалет и у меня такая вместительная сумка. Он, наверное, уже много лет не покупал туалетную бумагу. И сахар. И перец. А также масло и соль. Зачем? Когда в любом ресторане все это есть, да еще в такой удобной упаковке, бери — не хочу.
— Шутишь! — Лу задохнулась от ужаса.
— Ха-ха-ха, — зашлась Руби. — Очень смешно. Когда принесли хлеб, он один кусочек положил себе на тарелку, а еще два завернул в салфетку — на потом.
— Руби, ты врешь!
— Если бы. Когда будем уходить, он, пожалуй, захочет, чтобы я сгребла со стола серебряные ложки и попихала в свою вместительную сумку. — Руби сдернула с крючка рулон туалетной бумаги. — Пускай подавится, но большего он от меня не дождется.
— Руби, — предостерегающе сказала Лу, — ты не станешь воровать бумагу.
— Как раз это я и делаю, — упрямо сказала Руби. — Бедному мальчику будет чем утереть слезы, когда я смоюсь и оставлю его наедине со счетом.
— Стерва, — хихикнула Лу. — Непременно закажи на десерт пудинг с ликером.
— Обязательно, — сказала Руби, заталкивая в сумку рулон бумаги. — Ладно. Скажи лучше, как у тебя дела. Это он?
— Нет, — грустно сказала Лу. — Не тот.
— Но…
— А ты поверила? Я знаю почему. Он упомянул мои прекрасные глаза. Но это была просто игра, нечто вроде пари. Хотя твоя идея мне понравилась — поместить объявление в «Тайм аут». Если бы у тебя получилось… — Лу замолчала и мечтательно вздохнула.
— Было бы великолепно, — закончила Руби. — Поверить не могу. Как он меня наколол!
— Неважно. Он милый. Действительно, очень приятный человек.
— Не очень-то страстные эпитеты, — заметила Руби.
— Ну-у, если честно, поначалу он показался мне малость придурковатым, но, думаю, я недооценила его.
— СВ? Собственный Вертолет? — вспомнила Руби аббревиатуру Сюзанны.
— Не так круто, но с ним весело, мы на удивление хорошо проводим время.
— Ребята, может, я переберусь за ваш столик вместе с моим пудингом? — сказала Руби. — Очень хочется посидеть рядом с нормальными людьми, у которых на голове имеется растительность, а на ногах приличная обувь. Поверить не могу, что сейчас я должна вернуться в зал и опять встретиться лицом к лицу с этим дикарем.
— Можно сбежать через окно в туалете, — предложила Лу.
