— Где ты была?
— Внизу. — Кейтлин хотела поговорить с Анной, но была очень, очень уставшей. Она покопалась в ящике в поисках ночной рубашки.
— Я думаю, я рано лягу спать, ты не возражаешь?
— Конечно, нет. Ты, наверное, все еще плохо себя чувствуешь, — сказала Анна, мгновенно став очень заботливой.
Перед тем как заснуть, Кейтлин пробормотала:
— Анна, а ты знаешь, что такое пилотное исследование?
— Я думаю, это типа первого практического эксперимента, сначала выполняют его. До настоящего эксперимента. Это как пилотная серия у телевизионных сериалов.
— О, спасибо. — Кейтлин была слишком сонной, чтобы произнести еще что-либо. Но ей пришло в голову, что, может быть, об одной вещи Марисоль говорила правду. Она заявила, что была здесь во время пилотного исследования. А Джойс сказала, что Марисоль наняли раньше.
Тем не менее, все остальное было бредом, например, мысль о том, что Джойс положила что-то странное ей на лоб. Слава Богу, Роб не упомянул об этом при самой Джойс. Она бы подумала, что Кейтлин тоже не помешают медикаменты.
А Роб... Она не будет сейчас о нем думать, она разберется с ним завтра.
Глава 9
Всю ночь Кейт видела странные сны. В одном из них она была на продуваемом ветром скалистом мысе с видом на холодный серый океан. В другом — с Марисоль и группой незнакомых людей. У каждого из них на лбу был глаз. Марисоль усмехнулась и произнесла:
— Думаешь, ты такая умная? У тебя такой же растет. Семя посажено.
Затем появился Габриэль и сказал:
— Мы должны позаботиться о себе. Иначе… ты сама видишь, что может произойти.
Кейтлин видела. Роб упал в расселину в леднике и просил помощи. Она потянулась к нему, но Габриэль оттащил ее. Голос Роба продолжил отдаваться эхом.
Кейт тут же проснулась. Комната была полна утреннего блеклого света. Крик был настоящим.
Крики были отдаленными, приглушенными и, несомненно, истеричными. На часах было 6:15 утра.
«Габриэль, — подумала Кейтлин дико, выпрыгивая из кровати. — Сейчас-то что он сделал?»
Анна тоже поднялась, ее длинные темные волосы были распущенны. Глаза насторожены, но в них не было паники.
— Что это?
— Я не знаю!
Она и Кейт вывалились в коридор, даже не подумав надеть халаты. Роб только что появился из своей комнаты, на нем были лишь потрепанные пижамные штаны. Кейтлин почувствовала волну облегчения, поняв, что кричал не он.
— Это доносится снизу, — сказал Роб.
Он перепрыгивал сразу через две ступеньки, а девушки следовали прямо за ним. Кейт могла разобрать слова крика.
— Помогите! Господи! Помогите кто-нибудь! Скорее!
— Это Льюис, — произнесла она.
Они трое проскочили через столовую на кухню. Крик прекратился.
— О, нет, — вымолвила Анна.
Льюис, тяжело дыша, стоял у кухонной раковины. У его ног было что-то вроде кипы, кипы с красно-коричневыми волосами.
Марисоль.
— Что случилось? — выдохнула Кейт.
Льюис только покачал головой. Роб сразу же упал на колени и осторожно перевернул Марисоль. У Кейтлин задрожали колени, когда она увидела лицо девушки. От его оливкового цвета не осталось и следа, она была бела как мел. Даже ее губы были бледными. Ее глаза были приоткрыты, можно было увидеть белое глазное яблоко.
— Ты позвонил в службу спасения? — тихо спросила Анна.
— Нет смысла, — сказал Льюис натянуто. Он держался за раковину, словно ища в ней поддержки, и смотрел вниз. Его лицо, обычно милое и озорное, было искажено ужасом.
— Она мертва. Я знаю, она мертва.
Сильный приступ озноба охватил Кейтлин. То, что двигал Роб, сейчас было телом Марисоль, а не самой девушкой. Всего одно слово — «мертва» — меняло всю картину. Неожиданно Кейт поняла, что не хочет дотрагиваться до... этого. До тела.
Но она все равно села на колени рядом с ним и положила руку на грудь Марисоль. Кейт слегка вздрогнула.
— Я думаю, она дышит.
— Она не мертва, — заверил Роб. Его глаза были закрыты, а пальцы лежали на висках Марисоль. — Ее жизненная энергия очень слаба, но она жива. Я попробую помочь, — он перестал говорить и неподвижно сел с задумчивым выражением лица.
Кейтлин слышала, как позади нее Анна вызывает службу спасения.
— Что произошло, Льюис? — снова потребовала Кейтлин.
— У нее было типа… Это было похоже на припадок. Я спустился рано, потому что хотел есть. Она нарезала грейпфруты. Я поздоровался, она была какой-то раздраженной, а потом внезапно упала. — Льюис тяжело сглотнул и быстро моргнул. — Я пытался поднять ее, но она вся дергалась и тряслась. А потом она перестала двигаться. И я решил, что она мертва.
«Препараты, — подумала Кейтлин. — Что, если Марисоль были прописаны лекарства от приступов, а она перестала их принимать? Или от диабета? Мог диабет вызвать припадок?»
— Где Джойс? — вдруг спросила Кейт, поднимаясь. Это был вопрос, который нужно было задать первым делом. Джойс всегда приходила сюда раньше ребят, пила черный кофе или помогала Марисоль готовить завтрак.
— На холодильнике записка, — показала Анна.
Под магнитом в форме клубники была записка, написанная заостренным небрежным почерком:
«Марисоль, фильтры для кофе, которые ты купила вч. не те, что нужно. Я собираюсь их обменять. Начни завтрак сама. Порежь 3 грейпфрута. Сделай кексы. Тесто для них в голубой чашке в холодильнике. Куда ты положила рецепт?»
— Она в магазине, — объявила Кейтлин и в тот же момент услышала, как открывается парадная дверь.
— Джойс! — воскликнули они с Льюисом одновременно. Кейт понеслась ко входу в столовую. — Джойс, с Марисоль что-то случилось.
Джойс вбежала в комнату. Увидев Марисоль на полу, она бросила бумажный пакет из магазина на стол, из него высыпались несколько яблок и фильтров для кофе.
— О, мой Бог! Что произошло? — спросила она резко. — Она нормально дышит?
Пальцы Джойс передвигались от запястья к шее, ища пульс.
Роб не ответил, он сидел в позе лотоса у головы Марисоль, с закрытыми глазами и пальцами на ее висках. Раннее утреннее солнце выглядывало из восточного окна, свет падал на загорелые плечи молодого человека.
— Я думаю, сейчас она дышит нормально, — прошептал Льюис. — Он сказал, что попробует ей помочь.
Джойс тревожно посмотрела на Роба, затем напряжение на ее лице ослабилось.
— Хорошо.
— Она эпилептик? — спросила Кейтлин мягко, но настойчиво. — Потому что Льюис сказал, что у нее был приступ.
— Что? Нет, — Джойс говорила рассеяно. — А, ты имеешь в виду препараты? Нет, это совершенно из-за другого, он говорил, их выписал психиатр. Бог его знает, может, она приняла слишком большую дозу. Я даже не поговорила с ней на эту тему.
