Читаем без скачивания Улица Кипарисов, 14 - Сергей Аксу

От долгой бешеной скачки у Торбеллино сильно разболелась голова, трещала, как перезревший орех. Бок о бок с ним, не разбирая дороги, скакал бледный, как смерть, Бласфемо, потерявший где-то свою широкополую шляпу со страусиным пером. Лицо у него сильно осунулось, злое суровое выражение куда-то пропало, он устремил неподвижный безумный взор вперед, в одну точку, и все время повторял одну и ту же фразу:

– Бедный папа… Бедный папочка…

Торбеллино оглянулся назад, остальных разбойников из шайки не было видно, они либо отстали, либо ускакали в другую сторону. У брода через ручей утомленный Торбеллино спрыгнул с загнанной кобылы, решив дать хоть немного передохнуть бедному животному, а заодно и привести свои путанные мысли в порядок. Атаман же, не сбавляя сумасшедшей скачки, одним махом преодолел брод, выскочил на крутой противоположный берег и исчез с вороным жеребцом в густых зарослях темного дремучего леса.

Ополоснув разгоряченное лицо в прохладной воде, Торбеллино взял кобылу под уздцы и направился с ней вдоль бурлящего ручья. Он знал, что загнанных лошадей нельзя вот так резко останавливать, а надо им дать постепенно придти в себя. Скакать за атаманом Бласфемо не имело никакого смысла, юноша сдержал свое обещание. Привел того в форт Нэниес и теперь мог себя считать абсолютно свободным. Двигаясь по берегу, он вскоре оказался недалеко от Поющего Ущелья и там переправился вброд на другую сторону реки, где обитало племя рэдперосов. Не прошло и часа, как он добрался до стойбища своих друзей-охотников, где его встретили, как родного.

– Ну и кляча у тебя, где ты только такую отыскал? – удивился Айви Ловкая Пантера, взглянув на невзрачную лошадь Торбеллино.

– Коня, которого вы подарили, у меня разбойники отняли, вот приходится передвигаться на этой смирной добродушной кобылке.

– Какие разбойники? – поинтересовался Веселый Бобр. – В наших краях их вроде не водится.

– О, друзья, это длинная история…

Торбеллино пришлось друзьям подробно рассказать о своих последних приключениях. Как довез спасенного Толмача до дома, как была счастлива Мама Джульетта, дождавшаяся своего сына, как потом он угодил в лапы шайки «Ночные гости», как с Бласфемо наведался в форт Нэниес за волшебным кинжалом, о паническом бегстве оттуда…

В племени «Красные перья» наш герой гостил около пяти дней, а потом засобирался домой. До Бельканто его, как и в прошлый раз, проводила группа вооруженных рэдперосов во главе с Веселым Бобром. Спокойную кобылку юноша подарил Ферри, тот, не зная, что с ней делать, переправил ее своему младшему брату на молочную ферму, который был ей страшно рад. Там для лошадки нашлось место в теплой конюшне и посильная работенка.

Глава двадцать третья

В отпуск в горы

В один из дней во время обеденного перерыва Ферри неожиданно заявил:

– Полицейские ищейки рыщут повсюду в поисках нашей типографии, поэтому, дорогие мои, срочно свертываем свою деятельность и уходим в отпуск. Затихнем на некоторое время, пусть успокоятся.

– Надолго? – спросил Торбеллино, подставляя чашку Жанне, которая осторожно разливала из кофейника кофе.

– Недельки на две, думаю, будет вполне достаточно, чтобы усыпить внимание Рабиозо и бдительность его дотошных сыщиков.

– Чем же заняться, ума не приложу, – пожаловался пухлый Гарри, задумчиво потирая мощный затылок.

– Я же сказал, уходим в отпуск. Отдыхаем! – раздраженно вырвалось у Ферри. – Езжай к бабушке, в конце концов, в деревню, на природе развеешься, рыбку половишь в пруду. Чего в душном и шумном городе торчать?

– Верно! Поеду к любимой бабульке, она давно меня ждет в гости.

– Представляю, каким ты вернешься, придется двери расширять, чтобы ты протиснулся после бабушкиных пирогов и булочек с творогом, – усмехнулся Торбеллино.

– Я что виноват, если полнею прямо на глазах. Ничего с этим поделать не могу.

– Меньше трескать сдобные булочки надо, а то лопаешь за троих! – буркнул шеф.

– Влюбиться тебе надо, Гарри, тогда сразу аппетит потеряешь, а заодно, и лишний вес, – посоветовала, весело смеясь, Жанна.

– Дельный совет, – согласился Торбеллино, улыбнувшись. – Жанна права. Я тоже, пожалуй, уеду.

– Э, нет, милый, отдыхать будем мы втроем: я, Жанна и Гарри. А тебе, Торбеллино, уготована иная участь. Придется смотаться в отряд к Крису и передать важный пакет, а потом уж можешь валить на свой маяк, к своей любимой девушке Джой.

– Ферри, я не против. Все равно это почти по пути. Заскочу к Крису, если надо.

– Только, ради всего святого, будь осторожен, – хозяйка цветочного магазинчика умоляюще взглянула на юношу.

– Обещаю.

– Жанна, пожалуйста, плесни мне еще кофейку.

– Кому еще кофе? – спросила Жанна, наполнив чашку Ферри. И добавила, улыбнувшись. – Последний раз спрашиваю.

– Спасибо, Жанна! И что бы мы без тебя делали?

– Я бы тоже не прочь повторить, хотя больше предпочитаю кофе со сливками, – отозвался Гарри.

– Вот победим – будешь каждый день пить кофе со сливками.

– Это когда же будет?

– Скоро, брат, скоро! – усмехнулся шеф. – А лучше езжай к бабушке, там тебе и кофе со сливками будет, и парное молочко из-под коровки.

– А ты чем займешься в отпуске? – поинтересовался Торбеллино у Ферри.

– А я отправлюсь к младшему братишке на ферму, проведаю, как там наша лошадка поживает, заодно порыбачу с племянниками на тихой речке, золотистых пузатых карасиков половлю. А здесь за хозяйку останется наша несравненная Жанна, магазинчик нельзя оставить закрытым, это может вызвать подозрения у полиции.

– Да, верно, могут обратить внимание, – согласилась Жанна. – Работал, работал и вдруг неожиданно закрылся.

– Так что Жанна тоже отдохнет, отдохнет от нашей веселой и шумной компании, не придется готовить на такую прожорливую ораву, – заключил Ферри, многозначительно взглянув на Гарри и при этом делая акцент на слове «прожорливую».

Пока Гарри и Жанна убирали со стола, шеф достал из тайника небольшой запечатанный пакет и вручил его юноше.

– Здесь очень важные бумаги, от них зависит будущее нашего освободительного движения. Если тебе будет грозить неминуемая опасность сразу же, не раздумывая, уничтожь их. Они ни в коем случае не должны попасть в руки наших врагов.

– Не волнуйся, Ферри, не подведу!

– Не сомневаюсь. Поедешь с Формико.

– Как? Формико в Бельканто? – удивился юноша.

– Да, у меня на квартире живет.

– Вот здорово! Тысячу лет его не видел. Вдвоем намного веселее! – обрадовался Торбеллино.

– Поедете на дилижансе до Мейби. Будьте осторожны. Приклей усы, надень парик, очки. Да летний костюмчик, что Жанна принесла, одеть не забудь. Сойдешь за отца. И очень тебя прошу, береги мальчика.

– Да я за него глотку любому перегрызу, – живо откликнулся Торбеллино, в порыве сжимая кулаки.

– Верю. Поэтому тебя и посылаю.

Рано утром на станции дилижансов юноша встретился с юным Формико, которого привел заспанный Ферри. Он, похоже, всю ночь работал. На мальчике была аккуратная матроска и белая шапочка с синим помпоном, его можно было смело принять за юнгу с корабля. Торбеллино же изображал отца мальчика. На нем был летний полотняный костюм, парик, усы и очки в позолоченной оправе, на голове соломенная шляпа, в одной руке трость, в другой – большой кожаный саквояж.

Проводив и помахав на прощание друзьям рукой, Ферри стал ожидать своего дилижанса, который отправлялся чуть позже, в сторону Ноузгея.

До Мейби наши герои доехали без особых приключений, если не считать вынужденной остановки из-за сломанной рессоры. Кучеру пришлось повозиться с ней полчаса. В городишке чудаков на прибывших никто не обратил никакого внимания. Все горожане, как обычно, толпились на площади под пальмами у длинных столов для тараканьих бегов. Друзья быстро пересекли площадь и улицу, на которой располагался полицейский участок. И миновали его вовремя, потому что минутой позже из него вывалился, грязно ругаясь, Восто. Он, оказывается, опять приезжал по вызову в город. Какой-то чудак решил изобрести печатный станок, соседи возомнили, что это подпольная типография и накатали донос в тайную полицию. Пришлось Восто бросить все важные дела в столице и незамедлительно мчаться в Мейби, выяснять, не связано ли это с листовками повстанцев.

Станок чудак, конечно, не изобрел из-за лени, он только лишь, мечтая, сделал эскиз на бумаге, и на другой же день о нем забыл. Восто был в ярости, он на чем свет стоит проклинал грязный неухоженный город и его ленивых жителей.

Торбеллино и Формико на окраине города свернули на узкую тропинку, ведущую в горы, поросшие кедром. Через несколько часов лазания по горным лесистым склонам, они наконец-то спустились на прибрежную полосу и вдоль нее продолжили путь.

– Торбеллино, если б ты только знал, как я хотел бы иметь такого брата, как ты, – вырвалось у восхищенного мальчика.