Читаем без скачивания Охота на лис - Сергей Крускоп

– Выкозень. Тут так написано. – Лотан помахал передо мной тряпкой. – По крайней мере в верховьях ее название таково. А ниже эту же реку, вроде бы на языке какой-то местной народности, называют Алиахинь-та-Заксуат.

– А почему бы ее всем так не называть? – поинтересовалась Нашка, с мрачным видом подпрыгивая в седле позади нас.

Госпоже финансисту, как умеющей ездить верхом, лошадь досталась норовистая: она хоть и смирилась с идеей общего движения в некую неведомую ей сторону, но по мелочам была рада доставить всаднице максимум неудобств.

– Потому что в переводе это значит такое, что уж лучше Выкозень.

– А, как бы ни называлась, лишь бы с этой животины слезть! Чего ты смеешься?! У меня от задницы знаешь что осталось?

Я попробовала представить себе, какая такая катастрофа могла случиться с филейной частью подруги, чья фигура отнюдь не выдавала во владелице поклонника чревоугодия, но тут наши скакуны поднялись на пологую седловину между лесистых холмов, и вид на реку открылся во всей красе.

Река с неприличным названием Алиахинь (надо будет узнать, что же это обозначает) величественно катила свои воды на юг, разливаясь вширь на добрую милю. Возможно, где-то выше были и стремнины, и пороги с водопадами, но здесь, перед нами, сребристая вода была спокойна и задумчива, устав от полетов в воздушных потоках, от падения с небес, от буйства бурливых струй, и неспешно готовилась к встрече со своим хоть и временным, но надежным пристанищем – океаном. Вправо от нас и без того широкое русло разливалось еще сильнее, покрываясь муаром отмелей и мазками островов, словно запутавшихся в сети проток, а затем в уже почти неразличимой дали сливалось с бесконечностью моря.

– Я верно запомнила, нам надо на ту сторону? – поинтересовалась я, разглядывая обширное водное пространство. – И как же мы туда попадем?

– Здесь неподалеку есть какой-то населенный пункт, – отозвался Лотан. – Я в этих краях никогда не был, а карта именно в этом месте протерлась, но какое-то поселение там точно есть.

Я привстала в стременах и осмотрелась. Тракт спускался из седловины и далее сворачивал влево, еще километра четыре шел берегом реки и в конце концов упирался в каменное укрепленное сооружение: не то огромный замок, не то маленький городок, полностью заключенный в крепостные стены.

– Ну что ж, поехали, – сказала Нашка, обмениваясь неприязненными взглядами со своей кобылой. – Какая нам разница, как он называется! Лишь бы на тот берег перевезли. И поесть бы чего-нибудь…

Лотан тронул своего коня, остальные без понуканий двинулись следом. Тракт пересек влажную низину, а затем, повернув, взобрался на пологий прибрежный взгорочек с видом на неведомое селение. Да, скорее, все-таки укрепленный городок. Возле крепостных стен происходило некое мельтешение, а река напротив крепости пестрила закорючками судов и разноцветными перышками парусов. Ну что ж, вроде бы с переправой проблем не будет.

При ближайшем рассмотрении выяснилось, что активность у стен крепости можно легко разделить на две категории.

Во-первых, возле дощатых причалов шумел маленький рыбный рынок. Река щедро поставляла на стол местных жителей свои дары, ныне выставленные на продажу в соленом, копченом, вяленом и, главным образом, свежем виде. На натянутых веревках висели снизки рыбок величиной с ладонь, а между ними влажно поблескивали на солнце неизвестные мне серебристые существа размером с меня, с крупной чешуей, торпедовидными телами и сильными красноватыми хвостами, и широкотелые неповоротливые черные сомы, уныло свесившие хлыстики усов. С ними соседствовали корзины шевелящихся раков и, к моему (и, судя по возгласу, Нашкиному) изумлению, странная копченая туша с широкой приплюснутой башкой и культяпками коротких лап. Над этими дарами природы носился характерный рыбный запах с заметной примесью тлена, раздавались крики продавцов и покупателей, оптимистично гудел бесчисленный рой мух и ос.

Основой второй категории активности служили люди явно военного склада, облаченные в бронзовые пластинчатые доспехи, шлемы и сапоги и опоясанные мечами. Взгляды их были полны суровости и презрения к врагу, причем складывалось впечатление, что выражение это достигнуто часами неустанных тренировок перед зеркалом. Одни воины тренировались, отчаянно долбася друг друга по шеломам деревянными мечами и секирами и благоразумно отложив в сторону настоящие. Другие, построившись в колонны по четверо, периодически проходили в сторону причалов, где стояли две широкие галеры со вздернутыми ахтерштевнями и намалеванными на носу страшными мордами и срамными надписями.

– Война здесь, что ли? – удивилась Нашка.

– Да вроде нет сейчас никакой войны. —Лотан был, похоже, удивлен не меньше.

– А, я знаю, – сказал Кро. – Читал где-то совсем недавно. Это Ахейя.

– Столица маленького пограничного княжества, – пояснил нам Лотан. – Ну и что?

– А на том берегу находится крепость Илинеон…

– А, – взгляд Лотана прояснился, – так это легендарные Две Крепости, правители которых вечно что-то не могут поделить!

– Не поняла, – сказала я, – может, я идиотка; если да, так скажите сразу, не мучайте. Лотан, ты вроде как лицо, приближенное к верховной власти, – и ты не знал, что здесь идет война?

– Это их внутренние дрязги, – отмахнулся Лотан. – Страна в целом, слава богам, ни с кем не воюет, а всякие разборки между местными начальниками – разве ж все упомнишь?!

Мы остановились в тени крепостной стены и, благо на нас никто внимания не обращал, перекусили. Кро даже сбегал к благоухающим торговым рядам и вернулся с неведомой копченой рыбиной, мордатой и с короткими усиками. Нашка поглядела на нее с откровенным сомнением, Лотан же отломил себе кусок от бронзовой тушки и принялся за еду.

– Налетайте, – с трудом проговорил он с набитым ртом. – Это лучшая рыба, что здесь водится.

Нашка осторожно отломила кусочек и поднесла ко рту с выражением глубочайшей муки на лице Можно подумать, это не она несколько дней назад ела сырых кроликов и прочую дичь.

– Кро, а ты, оказывается, разбираешься в рыбе. – Выражение муки из глаз подруги исчезло.

– Не, не разбираюсь, – отозвался рыцарь, активно жуя. – Не рыцарское это дело. Но кто ж не знает мастахана! Его ж на всех ярмарках в первую голову метут.

Пока мы ели, а затем запивали съеденное квасом из фляги, бряцающие металлом отряды шли и шли к пристани. Мелькали щиты с наклепанными жуткими харями или неровными кусками старой чешуйчатой шкуры, тонкие копья, видавшие лучшие времена алебарды и самые разнообразные клинки, от кривых и щербатых полос металла, по сравнению с которыми фамильный меч Кро смотрелся эталоном оружейного искусства, до тонких голубоватых лезвий, даже в тени и издали выглядевших безумно дорогими. Последних, впрочем, было абсолютное меньшинство. В какой-то момент это милитаристское шествие остановилось, подчиняясь взмахам рук какого-то человека на пристани. Одна из галер (меня подмывало назвать ее десантным судном), изрядно осевшая под весом людей и доспехов, отвалила от берега и, тяжело взмахивая веслами, отправилась к виднеющемуся вдали Илинеону.

– Давайте-ка сворачиваться, – сказал Лотан, обтирая руки о штаны, – и двигать к пристани. А то они сейчас все туда (он ткнул пальцем за реку) уплывут, когда еще судно будет.

Возле сходней стоял, устало опершись на копье и наблюдая за погрузкой, человек в явно дорогих, но потускневших доспехах и шлеме с опущенным забралом. Судя по торчавшей из ножен рукояти, человек был из числа редких обладателей голубоватых узких клинков. Лотан тихонько кашлянул, привлекая внимание.

Человек обернулся и даже приподнял забрало. Под забралом обнаружилось немолодое уже лицо с умными глазами, усами «щеточкой» и чисто выбритым подбородком.

– А, вы приезжие, – отметило лицо очевидный факт. – Вроде рановато еще.

– Нам бы на ту сторону переправиться, – начал Лотан. – Нельзя ли это как-нибудь устроить?

– Нет, – ответил человек. – Боюсь вас огорчать, но не получится. Не сейчас. Теперь все резервы задействованы, как видите, на перевозку личного состава…

– Да мы не займем много места, – сказала я. – Нам очень срочно надо…

– Мы заплатим, – встряла госпожа финансист.

– Нет, нет, это не поможет. – Человек покачал головой с таким выражением, словно искренне хотел нам помочь, но обстоятельства прижали его сильнее некуда. – Транспортные расходы уже оплачены из казны города, и я не имею ни юридического, ни морального права брать деньги за перевоз частных лиц.

– Уважаемый, – сказал Лотан. – Я не верю, что на столь прочное и вместительное судно всерьез повлияет вес четырех человек с лошадьми. А мы крайне торопимся в Черноозерье по совершенно неотложному делу, и каждый упущенный день буквально смерти подобен.

– А, – человек оживился, – так вы не в Илинеон! Так…