– Ни в коем случае! – пообещал я. – Никаких проклятий, даже если вы приволокли мне весь конский навоз, который смогли собрать за последнюю сотню лет!
– Мы никогда не стали бы поступать подобным образом, владыка, – изумленно ответил Файриба. – Что за странные вещи ты говоришь!
Он повернулся к своим соотечественникам, все еще дисциплинированно налегающим на пирожные, – ну да, приказа «хорошо питаться» я пока не отменял!
– Принесите дары. Владыка готов принять их.
И меня завалили гостинцами. Для начала появились несколько корзин с какими-то экзотическими плодами. Больше всего меня обрадовало наличие огромной дыни: у меня богатейший опыт знакомства с кухней Соединенного Королевства, но дынь я до сих пор здесь не ел и даже никогда не видел. Я принюхался и понял, что это была самая настоящая дыня, хотя ее гигантские размеры превосходили мои представления о возможностях матери-природы.
– Здорово! – восхитился я. – Знали бы вы, как я люблю эту штуку… А как она называется?
– Это же степная ягода. Неужели ты даже это забыл?!
Старик укоризненно покачал головой. Сейчас он был похож на учителя ботаники, которому выпала незавидная миссия экзаменовать двоечника.
«Ягода»?! Ну-ну…
Я попробовал было оторвать «ягоду» от земли, но первая попытка завершилась позорным провалом, а новых я не предпринимал.
Плодами земными дело, однако, не ограничилось. Мне пришлось стать счастливым обладателем целой стопки трогательных тонких ковриков ручной работы и огромного количества пестрых платков, коротких штанов и прочей экзотической мануфактуры. Некоторые вещи казались новыми, прочие выглядели поношенными. Кажется, перед тем как отправиться на встречу со мной, члены официальной делегации раздели догола всех, кто остался дома. Я внутренне содрогнулся, но вслух, конечно, слова не сказал: обещал ведь дедушке Файрибе, что буду вести себя прилично…
Моя выдержка была вознаграждена: один из кочевников подвел ко мне огромного лохматого пса. Роскошная версия белоснежного бобтейла размером со взрослого бегемота, добродушный великан с высунутым от восторга угольно-черным языком.
– Грешные Магистры, что за красавец! – умилился я. – Всю жизнь мечтал завести собаку, да так до сих пор и не собрался… Наверное, просто предчувствовал появление этого чудища!
– Это лучшая из моих овчарок, – с гордостью сказал Барха Бачой. – Такие овчарки всегда жили при царском доме. Мы знаем, что тебе, повелитель, нет нужды иметь несколько сотен псов для охраны, поэтому привезли только одного, просто чтобы соблюсти традицию.
– И правильно сделали. Он хорош, но несколько сотен – это, пожалуй, слишком…
Я присел на корточки возле собаки и осторожно положил левую руку ей на загривок. Пес восторженно взвизгнул и перевернулся на спину, подставляя мне мохнатое пузо.
– О, оказывается ты еще помнишь, как следует укрощать этих зверей! – одобрительно заметил старый Файриба. – Теперь он умрет за тебя, если ты этого захочешь.
– Еще чего не хватало! – возмутился я. – Не нужно ему за меня умирать, я уж как-нибудь сам с этим справлюсь… А этот пес мне нужен живым!
– Это большая удача для нас – угадать твое желание, владыка! – обрадовался Барха Бачой. – Надеюсь, наш последний дар тоже тебе понравится.
Я поднял глаза и увидел, что передо мной стоят три долговязые, тощие, совершенно одинаковые девицы, перепуганные до полусмерти. Огромные черные глазищи, очаровательно длинные носики, коротко подстриженные темные волосы (позже я узнал, что все женщины Пустых Земель предпочитают короткие стрижки, поскольку считают, что возня с прической унижает их достоинство). Грешные Магистры, эти близняшки были похожи не только друг на друга: передо мной стояли три почти точные копии великой Лайзы Минелли. Именно то, что надо человеку, чтобы быстро и безболезненно сойти с ума!
Я так и сел на пол рядом со своим новым четвероногим приятелем, который тут же исхитрился подсунуть лохматую башку под мою руку. Я машинально погладил собаку, к ее неописуемому восхищению.
– Что это за юные леди? – наконец спросил я.
– Это твои жены, владыка, – невозмутимо ответствовал Файриба.
– Жены?! – с ужасом переспросил я. – Вот уж не было печали!
Да, такое могло случиться только со мной, это и есть мое фирменное везение! Я уж было собрался прочитать этим простодушным людям короткую, но эмоциональную лекцию о недопустимости гнусных попыток испортить личную жизнь своего монарха. Но умоляющий взгляд старика заставил меня заткнуться. «Ладно, – подумал я, – пока обойдемся без скандала. Вряд ли у этих ребят хватит нахальства залезть в мою спальню и проконтролировать дальнейшее развитие событий… Но пусть хоть объяснятся!»
– А что, разве у моего народа принято, чтобы у мужчины было много жен? – спросил я.
– Иногда такое случается, владыка, – сдержанно ответил старый Файриба. – Когда женщины считают, что так нужно.
– Вот оно что. – Я уже окончательно перестал что-либо понимать. – А эти юные леди действительно считают, что им позарез нужно выйти за меня замуж, всем троим сразу – так, что ли?
Три любительские копии Лайзы Минелли молчали, как юные партизанки. Кажется, они приготовились грохнуться в обморок. Вот уж никогда не подозревал, что меня можно так бояться!
– Это тоже традиция, – объяснил старик. – Эти женщины – не совсем обычные женщины. Они дочери самой Исноури.
– Ну да. Это, конечно, совершенно меняет дело! – саркастически отозвался я.
Старый Файриба наконец решился задать вопрос, который с самого начала крутился у него на языке:
– Ты не прогонишь их, владыка?
– Неплохая идея! – сердито сказал я. – Ладно уж, я же обещал не навлекать на вас проклятий… Только, пожалуйста, больше никогда не привозите мне никаких жен, ладно? Того, что я уже получил, мне с лихвой хватит до конца жизни… А теперь будь так любезен, расскажи мне, кто такая эта Исноури. Должен же я получить хоть какое-то представление о биографии своей новоиспеченной тещи!
Морщинистое лицо старика просветлело от облегчения.
– Исноури – очень старая женщина из нашего народа, – начал он. – Ей никак не меньше трех тысяч лет, а может быть, гораздо больше. Этого никто точно не знает, потому что она не живет с людьми. Исноури носится по степям верхом, в полном одиночестве, без друзей и свиты. Говорят, что она даже спит, не слезая со своего менкала.
– А что такое «менкал»?
– Так называются животные, на которых мы ездим. Ты и это забыл, владыка.
– Забыл, – покорно согласился я, про себя отметив, что нет ничего легче, чем забыть то, чего никогда не знал. – Ладно, теперь я уяснил, где именно ночует эта ваша легендарная Исноури… И что дальше?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
