ее раньше! Своими собственными руками вырвал сердце и бросил псам!
Придворные отозвались одобрительным гулом.
“Ух, кровожадный ты наш. И слова-то какие, прямо цитата из приключенческого романа. Боги, что должно было произойти, чтобы один брат стал настолько непохож на другого?”
– Это было бы счастьем для Астрали, ваше высочество. Но будет ли такое наказание достаточным теперь?
– Нет! – Иртан послушно устремился в предложенное Дагго русло. – Я хочу, чтобы она умирала долго. День, или три… Дюжину! Дюжину дней!
“Да что уж, давай луну или две. Или соскучишься?”
– Не знаю, позволит ли Владыка так обращаться с изменяющей. Да и что ей эти дни, она просто отключит чувствительность.
– Изменяющей?! – для Иртана сегодня был день открытий. – Она – изменяющая? Во дворце?
Феррия невольно прижала кулак ко рту.
– Она не была во дворце с тех пор, как ей стала, – жрец старательно избегал называть Аори по имени. – И сейчас ее блокируют браслеты.
“Интересно, а чего вдруг такой массовый слив информации, Дагго?”
– Я хочу, чтобы она мучилась, и мне плевать, кто она, хоть изменяющая, хоть демон, хоть эта… Тень!
“А три в одном не хочешь?”
– Ваше высочество наверняка слышало о ритуале безумца. Он, к сожалению, не настолько продолжителен, но зато позволяет прочувствовать куда большую боль, чем самые изощренные пытки. И знаете, ваше высочество… Вы напомните всем, что происходит с убийцами королей. Не рядовая казнь, а полное, безостановочное мучение.
– Я… я забыл, – смешался Иртан. – Расскажи, и с подробностями. Пусть она знает, что ее ждет!
Аори невольно перевела взгляд на Дагго и вздрогнула, разом утратив насмешливую браваду. В синих глазах жреца поселилось беспокойство.
А так ли она права, доверяя словам Реодора, что бояться нечего?
– Тот, кто действием своим или бездействием повинен в убийстве короля, в нарушении гармонии мира, получает особую метку. И неважно, держала рука убийцы кинжал или открыла дверь клетки с диким львом. Единственное исключение – храмы, места, живущие гармонией, но в Фаите нет храма. Ритуал вырвет метку из тела этой девушки, – Дагго намеренно перевел фокус внимания, и Аори поежилась под жаждущим кровавых подробностей взглядом принца. – Клетка за клеткой, волокно за волокном, нерв за нервом ее тело будет выворачиваться наружу. Распадаться на части, на тонкие нити, но она будет жить и чувствовать до последней капли крови. Метка не отпустит ее душу раньше, чем ритуал будет завершен.
Иртан восхищенно вздохнул.
“Круто, да? Посмотреть хочется?”
Среди придворных послышались сдавленные возгласы. Несколько особо впечатлительных фрейлин опрометью бросились прочь, прижав кипенно-белые платочки к накрашенным губам.
– Но, ваше высочество, – продолжил Дагго, – лишь особа королевской крови может приказать провести этот ритуал, и жрецы уже много веков не слышали такого приказа. Милосердие возможно даже для убийц.
– В задницу милосердие! – Иртан удовлетворенно откинулся на спинку трона. – Еще в прошлый раз стоило кончить эту суку.
Придворные ахнули, и вместе с ними – те, кто наблюдал за происходящим в тронном зале через камеры.
– Демоны, – Реодор отшатнулся от монитора. – Что-то не так. Он не испугался.
Им с Лейтом выделили одну из бесчисленных комнат Арканиума, достаточно просторную, чтобы предоставленный в помощь маг сидел тихонечко в дальнем углу и не подслушивал. Или, по крайней мере, делал вид.
– Ваше величество, – Лейт схватил его за руку и развернул к себе. – Аори! Она же и впрямь убила короля!
– Что?
– Риего! Ваш отец!
Король заметно побледнел. То ли от понимания, то ли от ярости.
– Аори поклялась, – тихо сказал он, глядя Лейту в глаза, – что стреляла не она. Ты не веришь собственной супруге?
– Она была вынуждена так сказать! А даже если и не нажимала, Реодор, в эргах парное управление! Она могла помешать, она должна была помешать ради этой сраной гармонии!
– Ваше высочество? – спросил Дагго на экране. – Вы позволяете провести ритуал?
– Позволяю? – зло расхохотался Иртан. – Я приказываю! Немедленно!
Лейт вскочил так резко, что стул отлетел в сторону. И тут же сдавленно охнул, прижатый к стене королевской особенностью.
Изменяющий покосился на них из своего угла, но благоразумно продолжил изображать недвижимость. Между королем и Главой рода встревать? Увольте. Он бы еще пожил.
– Пусти меня, – прохрипел Лейт.
– Она не убивала короля, – процедил Реодор. – И Дагго знает, что делает.
– Видимо, это я чего-то не знаю! Пусти!
– Дай еще две минуты, Лейт. Две минуты. Я не понимаю, что происходит, но уже почти понял, почти решил эту загадку…
Жрец замер, сосредотачиваясь. Белая ряса шевелилась, словно от сквозняка, хотя ни единого дуновения не было в душном, замершем в томительном ожидании тронном зале.
“Прошлый раз”, – уже начиная паниковать, подумала Аори. – “Какой, к демонам, прошлый… Ох…”
Она невольно дернулась вбок, и браслеты тут же впились в запястья холодными металлическими зубами.
– Что, сука, страшно? – в голосе Иртана звенело неприкрытое ликование. – Ты сдохнешь сейчас!
“Не буду я тебя бояться, придурок. Что бы ни случилось, ты останешься только мартышкой.”
Пересилив боль, Аори выпрямилась и посмотрела на принца исподлобья так, что он невольно вздрогнул.
Дагго поднимал руки нарочито неторопливо, будто ждал, что его остановят. Вот они на уровне бедер, и жрец разворачивает ладони к небу, испрашивая благословения. Вот уже на уровне талии, и немного дрожат, словно от тяжелой ноши. Вот уже на уровне груди, и замирают, словно Дагго сейчас бросит на пол эту непосильную тяжесть, и тогда…
– Нет! Остановитесь!
Крик разорвал напряженную тишину. Дагго, не закончив движения, осторожно развел руки в стороны и опустил их. Едва заметная улыбка притаилась среди морщин жреца.
– Как ты смеешь! – Иртан опять вскочил, и едва ногами не затопал от возмущения.
Черное платье зашелестело, когда Феррия вышла из-за трона и остановилась перед сыном. Ее глаза полнились сумасшедшим отчаянием, растерянностью и непониманием.
– Ваше высочество, – королева заломила руки. – Я прошу вас о помиловании.
– Что?!
Иртан, кажется, едва сдерживался, чтобы не броситься на мать с кулаками. Как она посмела отобрать у него игрушку?
– Прошу вас… Этот ритуал ужасен, неужели вы хотите совершить с ней такое? В нашем доме? Я прошу вас проявить милосердие… Королевское милосердие.
– Нет! – взвизгнул принц.
– Тогда я прошу тебя, как мать, Иртан. Не убивай ее.
– Ты сошла с ума? Она – изменяющая! Она – Тень! Ты хочешь, чтобы она сбежала? Чтобы завтра Владыка явился за ней? Чтобы я так и не смог отомстить?
– Иртан, прошу тебя! Мы казним ее перед дворцом, на виду у всех. Как ты хотел, хоть дюжину дней, хоть две… Только не этот ритуал!
– Довольно, – принц встал и вскинул руку. – Никто не смеет указывать мне, что
