Сотовый телефон запищал, и Джоэл ответил, с трудом вытащив его одной рукой.
– Да? – Он сделал попытку облизнуть сухие губы еще более сухим языком.
– Привези ее.
– Что?
– Ты оглох? Марли Монтегю. Привези ее.
– Доббс? – Джоэл потряс головой, чтобы прогнать наваждение.
– А кого ты ждал? Привези ее сюда, Хантер. Немедленно.
– Зачем?
– Просто сделай это.
– Я жду ответа.
– Не задавай вопросов, просто делай то, что тебе приказывают.
Джоэл начал раздражаться.
– Я нахожусь на переднем крае, попадаю под пули и едва заживо не сгораю в доме. Я имею право знать, что тут, черт возьми, происходит.
– В тебя стреляли? Кто в тебя стрелял?
– Тот парень, что пытался убить Марли Монтегю. Случайно, не знаете, кто это, Доббс?
– Только не дай этой простушке провести тебя, Хантер. Она опасна.
– Простите, Доббс. Не знаю, чье дерьмо вы мне тут выкладываете, но моему двору удобрения не нужны.
– Не строй из себя умника. В гараже Пенелопы Монтегю обнаружено тело.
– Пенелопа Монтегю? – У Джоэла все сжалось внутри от одной только мысли о том, что мать Марли могла погибнуть в огне.
– Нет. Какое твое самое смелое предположение?
Джоэл фыркнул:
– Почему бы вам не сэкономить мое время и просто не сказать, кто это.
– Бывший поставщик правительства, превратившийся в лоббиста по оружию, Роберт Херкл.
– А что Роберт Херкл делал в гараже Пенелопы Монтегю?
– А это уже вопрос на шестьдесят четыре миллиарда долларов. Но вот и настоящая сенсация. Полиция обнаружила в гараже канистру из-под бензина, с помощью которой и был устроен поджог. Она буквально вся покрыта отпечатками Марли Монтегю.
– Ну и что? Она пользовалась канистрой в гараже своей матери, а поджигатель надел перчатки. Доббс, я наблюдал за ней две недели. Я был с ней, когда она вошла в дом своей матери. Кто-то забил окна гвоздями, и мы были заперты внутри вдвоем, когда начался пожар. Марли никак не могла устроить поджог.
– Прежде чем ты бросишься на выручку этой женщине, тебе следует все узнать.
– Выкладывай. – Разглагольствования Доббса начинали его утомлять. Джоэл не знал, кто стоит за всей этой ложью. Джоэл не знал, был ли Доббс просто марионеткой или он являлся одним из тех, кто вознамерился подставить Марли, но он не собирался позволить им добиться своего.
– Я только что получил отчет коронера. Пожар был устроен, чтобы скрыть тот факт, что Херкл был убит из пистолета, который некогда принадлежал Дэниелу Монтегю. Если его убила не Марли, значит, это дело рук ее матери, а поскольку мы понятия не имеем, где сейчас мамаша, нужно привести сюда твою девицу. Кроме того, если кто-то хочет ее убить, лучше держать ее под надежной охраной.
– Только если вы не собираетесь повесить на нее обвинения в том, чего она не совершала.
– Ее обвиняют улики, а не я, Хантер.
– Мне это не нравится. Есть что-то еще, чего ты не рассказываешь?
– Да, но это сверхсекретная информация. Так что привози ее сюда.
Джоэл подумал о Марли и ее сумасшедших «теориях заговора». Он никогда бы не поверил, что хоть одна из них могла оказаться правдой, но сейчас, поняв, что его начальник настроен весьма решительно, задумался, не удалось ли ей и вправду наткнуться на что-то серьезное. Происходило нечто странное. Неужели здесь была замешана верхушка военно-морского флота? Чувство долга боролось в нем с чувством справедливости.
А Марли? Если он не поможет ей сейчас, что с ней будет? В Джоэле заговорил защитник. Марли стала козлом отпущения. Он был нужен ей. И разве мог он сейчас отвернуться от нее, даже если это окажется предательством военно-морского флота, за которое ему придется Дорого заплатить?
Джоэл сжал кулаки и решил идти ва-банк.
– Нет.
– Что?
– Вы меня слышали. Я не привезу ее. Вы заранее считаете ее виновной.
Столько еще вопросов оставались без ответа.
Где была мать Марли? Как Роберт Херкл оказался в гараже Пенелопы Монтегю? Кто его убил? Тот же самый человек, который пытался убить Марли? И он ли же поджег дом, или это сделал кто-то другой? И к чему из всего этого имела отношение Марли?
Джоэл не знал ответов, но был полон решимости отыскать их.
– Я не привезу ее, – повторил он и отключил телефон.
Нужно было выбираться отсюда, пока кто-нибудь не узнал ее и не вызвал полицию. В тщетной попытке изменить свою внешность Марли стащила очки с носа и запихнула их в карман.
Резко повернувшись, она выскочила из больницы. Только уже подбежав к автомобилю, она вспомнила про Джоэла.
Что делать? Что делать?
Она застыла рядом с «дюранго», не зная, что ей предпринять. Если она вернется в больницу с Джоэлом, ее обязательно узнают после этого выпуска новостей. К тому же по существующему правилу обо всех пулевых ранениях следовало сообщать в полицию.
– Давай, Анджелина, помогай. Мне с этим не справиться, – прошептала Марли.
Оставь Джоэла на тротуаре, и пусть выпутывается сам.
– Не могу, – сказала Марли, оторопев от того, что ее второе «я» может рассматривать столь бессердечный поступок. – Он спас мне жизнь. Я не брошу его.
Как знаешь.
– Вам помочь?
Марли обернулась и увидела у двери человека, курящего сигарету. Она была так расстроена, что, выбегая из больницы, даже не заметила его.
– Нет, спасибо. У меня все в порядке, – пробормотала она.
– А выглядите вы не очень. Не стоит стыдиться разговоров с самим собой, – сказал он. – Все мы время от времени слышим голоса.
Марли не ответила. Она села в машину и покосилась на Джоэла. Он выглядел сейчас немного лучше. Пятно крови увеличилось незначительно, да и лицо его немного порозовело. Затем она увидела фляжку с виски у него на коленях и поняла, каким именно образом он приступил к лечению.
Джоэл посмотрел на нее:
– В чем дело? У тебя такой вид, словно ты увидела привидение.
– Мы не можем туда идти. Вернее, я не могу туда идти. Можешь пойти один, если хочешь, – сказала она.
– У тебя отвращение к больницам?
Марли покачала головой:
– Дело не в этом.
– Может быть, ты все-таки скажешь, в чем дело? Я не в настроении играть в вопросы и ответы.
– В гараже моей матери нашли тело мужчины, и полиция считает, что я убила его, а затем подожгла дом, чтобы скрыть убийство. Я видела это только что по телевизору в новостях.
– Но это же полный бред. Я был там с тобой, когда начался пожар.
– Можешь не рассказывать. Но мне кажется, что полицейские сначала меня арестуют, а уже потом начнут задавать вопросы.
– Тогда давай убираться отсюда.
– Что?
– Заводи машину. Поехали.
– Но ведь нужно, чтобы кто-то осмотрел на твою рану. Так что иди.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
