Следы начинаются на юге
Познакомьтесь с Нильсом!
Утром воскресного весеннего дня Нильс Хольгерсон остался дома один. Родители, уходя, посадили его за книгу. Он должен был прочесть да еще и запомнить четырнадцать с половиной страниц скучнейших проповедей!
Трудно сказать, на какой именно странице сон окончательно одолел Нильса, — возможно, что даже на первой. А дальше произошли самые невероятные события…
Но сначала познакомимся с Нильсом Хольгерсоном. Когда началась вся эта история, ему было около четырнадцати лет. Возраст немалый. Однако никто не говорил о Нильсе: «Смотрите, какой славный парень вырос у Хольгерсонов!» Дернуть за хвост кошку, посадить осу корове в ухо, разорить гнездо, обидеть того, кто послабее, — все это было для него первейшим удовольствием.
Кроме того, паренек любил поспать и поесть. При таких достоинствах своего чада отцу с матерью только и оставалось, что отдать Нильса в гусиные пастухи.
Впрочем, пастух из него тоже получился неважный: гусей он старался почаще потчевать хворостиной.
Что еще можно сказать о Нильсе? Да, самое-то главное: Нильс Хольгерсон был шведом и жил в Швеции несколько десятков лет назад. В этой стране с. ним все и приключилось.
Невероятные же события начались с того, что Нильс, протерев глаза после сладкого сна над книгой, увидел… старого карлика в длинно-полом сюртуке и черной шляпе!
Мальчишка, однако, ничуть не испугался. Схватив сачок, Нильс ловко накрыл им волшебника.
Тот предложил мальчугану выкуп. Нильс согласился. Однако, когда карлик почти выкарабкался из сачка, Нильс вдруг передумал. Почему бы не взять выкуп побольше? Пусть волшебник сделает так, чтобы проповеди заучивались сами собой!
И Нильс встряхнул сачок. Но было поздно. Волшебник оказался на свободе. Разъяренный жадностью мальчишки, он закатил Нильсу здоровенную оплеуху. А когда Нильс очнулся, то с ужасом почувствовал, что волшебник превратил его в ничтожнейшего карлика. Нильс оставался Нильсом, даже вязаный колпачок не слетел с его русой головы, но рост, рост!
Дрожа от страха, мальчуган принялся разыскивать волшебника, чтобы вымолить прощение. Сначала искал его в комнате, заглядывая даже в мышиные норки, потом вышел во двор.
Был чудесный день. В синем небе летели на север перелетные птицы. Над вдавленной в землю белой избушкой с соломенной крышей, над убогим крестьянским двором родителей Нильса косяк за косяком проносились дикие гуси.
Странное дело: превратившись в карлика, Нильс стал понимать, о чем говорят между собой птицы и животные. Дикие гуси звали домашних лететь с ними к заманчивым высоким горам. Домашним гусям не хотелось, однако, покидать привычный тесный двор и уютную канаву ради жизни, полной опасностей. Лишь сильный молодой гусак Мартин вдруг расправил крылья:
— Подождите меня, подождите, я полечу с вами!
Нильсу это совсем не понравилось. Забыв о том, что он теперь всего-навсего жалкий карлик, Нильс бросился к птице, схватил ее за шею и закричал:
— Не смей улетать, слышишь?!
Но гусак расправил крылья и вместе со вцепившимся в него Нильсом поднялся в воздух: он хотел в. идеть далекие неведомые горы!
Об этом удивительном происшествии и о дальнейших приключениях Нильса в стае диких гусей я впервые услышал давно, когда сам был едва ли старше попавшего в беду мальчугана. Узнал я о них из книги, которая называется «Чудесное путешествие Нильса Хольгерсона с дикими гусями».
Но, может быть, вы тоже читали эту книгу? Или видели фильм о приключениях Нильса?
Фильм появился на экранах недавно, а книгу знаменитая шведская писательница Сельма Лагерлёф написала в начале нашего столетия. Тогда же ее перевели на многие языки. Путешествуя со стаей диких гусей, Нильс побывал почти во всех замечательных местах Швеции, и, значит, читая книгу, можно было узнать, как живут шведы, какие у них обычаи, какие города и села.
О чем пойдет речь
Много лет спустя после книжного знакомства с Нильсом мне впервые довелось поехать в его родную страну.
Готовясь к поездке, я обводил на картах красным карандашом кружки городов, которые мне хотелось увидеть, читал книги о Швеции. Учил, как надо говорить по-шведски «здравствуйте», «пожалуйста», «до свиданья», «извините». И, конечно, перечитал книгу о приключениях гусиного пастушка.
Наконец наступил день отлета в Швецию.
Я знал, что увижу и узнаю куда меньше, чем Нильс. Нильсу-то было хорошо: он говорил по-шведски, как мы с вами по-русски, а после превращения в карлика без всяких словарей и разговорников стал болтать со зверями и птицами на их языках. Мне же и шведу, сидевшему в соседнем кресле самолета, нужно было подыскивать слова на чужом и для меня, и для него английском языке, чтобы познакомиться и немного узнать друг о друге.
Наш реактивный «гусак» приземлился на аэродроме возле Стокгольма.
Я ехал в гостиницу по улицам шведской столицы, вертя головой вправо и влево. Масса магазинов и лавок — они, кажется, занимают все нижние этажи. Над каждой лавкой — вывеска: не только чем здесь торгуют, но и кто хозяин: «А. М. Ларссон», «Н. Мюрдаль», «Таге Мёллер».
Народ на улицах светловолосый, рослый. Очень мало толстых. День теплый, даже очень теплый, но пожилые джентльмены вышагивают в пиджаках, застегнутых на все пуговицы, в ослепительно белых рубашках с темными галстуками и с тростями-зонтиками в руках. А рядом — молодые люди в узких синих джинсах и «сюжетных» пестрых распашонках, на которых нарисованы и пальмы, и старинные дилижансы, и японские красавицы, и желтые цветы подсолнуха, и пробитые пулями круги мишеней, и невесть что еще…
На следующий день иду в бюро путешествий. В этом бюро не видно людей с рюкзаками, нет толкотни и веселого шума. За солидным дубовым барьером-солидные служащие. Похоже, скорее, на банк, только зеркальные стекла украшены знаком туристской фирмы: три гуся летят в синем небе. На полочках разложены маленькие, в несколько страниц, книжечки с яркими картинками. Это путеводители для поездок по стране.
В заголовке одного из них мелькнуло знакомое имя: «Нильс Хольгерсон».
Я попросил, чтобы мне перевели. Служащий бюро путешествий склонил над книжечкой голову с тщательно расчесанным пробором, несколько секунд полистал страницы и поднял глаза:
— Господин русский путешественник, это имя одного сказочного персонажа…
Я сказал, что когда-то давно, в свои юные годы, был немного знаком с Нильсом.
— О, в таком случае, вам это будет интересно! — оживился служащий. — Фирма предлагает господам туристам совершить путешествие по маршруту Нильса Хольгерсона.
Служащий стал объяснять мне, насколько это увлекательно и, главное, выгодно:
— Вы будете ездить в поезде и можете делать остановки в любых городах.
— Но ведь Нильс путешествовал по воздуху!
— О, по воздуху — это обойдется дороже! Мы предлагаем поезд, но даем нашим клиентам возможность немножко испытать то, что испытывал Нильс. За пять крон — всего за пять крон! — вы можете прокатиться в вагонетке Орской канатной дороги. Это почти так же высоко, как летят гуси, даже, пожалуй, выше. Вот тут написано, что турист «вероятно, сможет пережить что-нибудь из сказочного путешествия во время своей поездки, которая познакомит со многими достопримечательностями и большими контрастами». И напоминаю: вы сможете делать остановки, билет действителен два месяца.
Очень соблазнительно! Но, приглядевшись к карте, я увидел, что маршрут оставляет в стороне много мест, где мне хотелось побывать. Как видно, нужны будут и иные пути-дороги, не совпадающие с гусиными..
И я поехал по стране Нильса Хольгерсона.
Обо всем, что мне удалось увидеть, услышать и узнать во время этого путешествия по Швеции, а также во время других поездок, в том числе двух совсем недавних, когда я довольно долго жил в разных шведских городах, и рассказывается дальше.
Не удивляйтесь, если Нильс будет надолго исчезать из моего рассказа о стране шведов. Я не обещаю вам точно придерживаться его следов. Мои маршруты сильно отклонялись от извилистой линии воздушного путешествия гусиной стаи. Если вы читали книгу Сельмы Лагерлёф, то сами заметите это. Но нельзя же требовать, чтобы шведские инженеры и рабочие строили дороги, приноравливаясь к привычкам гусей и фантазии писательницы!
Обложка сулила сказочное путешествие…
Кроме того, с тех пор как она написала свою книгу, в Швеции произошло много такого, к чему Нильс Хольгерсон не имеет ни малейшего отношения.
Но кое-где нас все же ждут встречи с гусиным пастушком — например, в следующей главе.
