точёная фигура, осиная талия, копна густых пепельных волос, тонкие изящные черты, большие голубовато-серые глаза, как тогда, так и сейчас глядевшие на него с лёгким прищуром, ровно, спокойно, быть может, не без интереса, который, однако, невозможно было уловить из-за прикрывавших её зрачки длинных, загнутых кверху ресниц.
Но как она очутилась здесь, в этой глуши, на отдалённом необитаемом побережье? Что привело её сюда? Чтобы позагорать нагишом, необязательно забираться так далеко. Они-то с Димоном оказались тут случайно – течение отнесло лодку с их бесчувственными телами в эти необжитые места, где они менее всего ожидали встретить кого-нибудь и уж тем паче сногсшибательных голых красоток. И что было самым ошеломляющим, труднообъяснимым, прямо-таки фантастическим – это встреча с нею, предметом его несказанной, всепоглощающей любви, от которой у него кругом шла голова и мутилось сознание. Вот это уже никак не укладывалось в его мозгу, было выше его разумения. Такое совпадение было слишком невероятным, попросту невозможным. Так бывает во сне, но не в жизни.
Однако перед ним была именно она, и никто другой. Не видение, не грёза, не галлюцинация. Она была живая, из плоти и крови. Он видел её ясно, отчётливо, он буквально ощупывал неотрывным, заглатывающим взглядом её сочное смугловатое тело, осиянное, точно ореолом, потухавшими солнечными лучами. Ещё несколько метров – и их лодка достигнет суши, и он окажется с ней лицом к лицу, заглянет в её глаза, произнесёт свои первые слова, обращённые к ней. Только что же он скажет ей? О чём будет их беседа? Все предшествующие дни, с того момента, когда он впервые увидел её и дал себе слово, что завоюет её, добьётся её благосклонности, что она будет его девушкой, он бессчётное число раз представлял себе их знакомство, их первый, такой важный для них обоих разговор, то, что они скажут друг другу. Просто обязаны сказать…
Но он никак не мог предположить, что эта страстно жаждавшаяся им встреча произойдёт так скоро, так неожиданно и внезапно. При таких, не совсем обычных, обстоятельствах, в таком, тоже не совсем обычном, месте. И он немного растерялся. Нужные, так часто повторявшиеся им про себя слова вдруг пропали, рассеялись в разные стороны, как стайка вспугнутых воробьёв. Привычные самоуверенность, напористость, бесстрашие, так необходимые ему именно сейчас, тоже ни с того ни с сего куда-то улетучились. Язык словно прилип к гортани, кровь застучала в висках, по телу, только-только оправившемуся от недавнего обморока, снова разлились слабость и изнеможение.
И в это самое мгновение, когда он меньше всего готов был к каким-либо действиям, лодка уткнулась носом в прибрежный песок. Димон, давно уже снедаемый нетерпением и не отрывавший от берега и его прекрасных обитательниц пылавшего и едва ли не искрившегося взора, тут же выскочил на сушу и, помедлив лишь секунду-другую, твёрдым, уверенным шагом двинулся в девушкам.
– Привет, красотки! Как жизнь молодая? – произнёс он, лучезарно ухмыляясь и выразительно поигрывая мускулами, очевидно стремясь произвести этим особенное впечатление на незнакомок.
И это, по всей видимости, удалось ему. Девушки, по крайней мере двое из них, глядели на него с неподдельным вниманием, приветливо улыбаясь и обмениваясь друг с дружкой красноречивыми взглядами. А затем вновь устремляли их на него, вероятно действительно впечатлённые его мощными габаритами.
Заметив их интерес, Димон приосанился, расправил плечи, выпятил грудь и, приблизившись к незнакомкам, заговорил, глядя то на одну, то на другую и безуспешно пытаясь определить, какая из них красивее и на какой следует сосредоточить особое внимание:
– Надеюсь, мы не помешали вам? Мы так неожиданно нагрянули в ваше укромное местечко. Без предупреждения. А вы тут отдыхали, так сказать… налегке, – и, довольный своей плоской шуткой, он весело и раскатисто, чуть запрокинув голову, расхохотался.
Девушки снова переглянулись и прыснули от смеха. Но, очевидно, не над его сомнительной остротой, которую они, похоже, даже не заметили, а над ним самим.
Но, упоённый и ослеплённый манящей близостью обольстительных девичьих тел, от которой по его собственному телу всё чаще пробегала приятная дрожь, Димон не придал этому значения и, вдохновляясь и возбуждаясь всё больше, продолжал трещать как заведённый:
– А мы это, значит, с приятелем решили вот по речке прокатиться на лодочке. Спасаемся, значит, как можем, от жары… И сами не заметили, как заплыли в этакую даль… Но, как выяснилось, не зря заплыли. В этом захолустье, оказывается, можно встретить таких потрясающих ципочек, как вы! Ради этого стоит забраться и не в такую глушь, – и он в очередной раз окинул стоявших рядом с ним красавиц масляным, вожделеющим взглядом.
Те в ответ кивали, улыбались, вскидывали, будто в удивлении, тонкие дугообразные брови, потряхивали распущенными волосами, повиливали крутыми бёдрами. Но этим пока и ограничивались, не произнося почему-то ни слова и лишь внимательно слушая нарушившего их женское уединение говорливого парня и с любопытством – и, вероятно, не без удовольствия – разглядывая его крепкое тренированное тело.
Это, однако, нисколько не смущало Димона, ощутившего настоящее вдохновение и закусившего, как горячий, рвущийся в бой жеребец, удила. Всё более распаляясь и вообразив, что эти восхитительные красотки, неожиданно обнаруженные им на глухом загородном берегу, где менее, чем где-либо, можно было надеяться встретить что-нибудь путное, – это подарок судьбы, решившей наконец сжалиться над ним и щедро вознаградить его за все прежние тяготы, горести и невзгоды, которых в последнее время в его жизни стало как-то слишком уж много, просто через край, – он твёрдо решил не дать маху, не сплоховать, не упустить этот уникальный, единственный в своём роде шанс, взять быка за рога и закончить этот бесконечно долгий, малоприятный, порой мучительный день так, чтобы он надолго, а может и навсегда, запомнился ему.
В совершенно ином состоянии находился Андрей. Он не чувствовал ни азарта, ни куража, ни малейшего душевного подъёма. Лишь растерянность, стеснение, неловкость, полнейший сумбур в мыслях и чувствах. Он едва нашёл в себе силы выбраться из лодки, но не сделал больше ни шагу, встав столбом у самой воды и упёршись взглядом в землю. У него по-прежнему не укладывалось в голове, как могло так получиться, что он повстречал её здесь, где ну никак не ожидал увидеть её, да ещё в таком виде. Что это – совпадение, невероятное стечение обстоятельств? Но разве бывают такие совпадения?.. Ну да, наверное, бывают. В жизни всё бывает… Но он почему-то не верил в это. Он был почти уверен, что их встреча не случайна, что она была предрешена, что они должны были, просто не могли не встретиться здесь
