Читаем без скачивания Телохранитель ее величества: Точка невозврата - Сергей Кусков

— Группа-три, берите деструкторы, по пять зарядов и слушайте внимательно…

Деструктор. Она сжимала в руках этот смертоносный агрегат и ёжилась, вспоминая, как нажимала спусковой крючок такого же, только постарее и попроще. Ей никогда не нравились эти штуки, она предпочитала им S-5, рельсовую снайперскую винтовку, могущую лишь колоть, но зато точно, мощно и неожиданно. Даже ракеты, а пострелять из них довелось, она любила больше. Но ракета менее эффективна этой штуки, для выстрела которой внутри рабочей части происходит ядерная реакция, причем не постоянная, аккумулирующая или высвобождающая энергию, как в батарейке винтовки, а резкая, лавинообразная, как в бомбе. И эффект от выстрела, соответственно, просто потрясающий — нет в этом мире ничего, что смогло бы противостоять импульсу деструктора.

Проблем с этими штуковинами только две — крайняя дороговизна и неустойчивость боеприпасов. То есть, один вот такой цилиндрик — Лана повертела в руке невероятно тяжелый для своих размеров стандартный заряд для деструктора альянса — стоил как средняя машина купольного класса, и при этом мог взорваться самопроизвольно в любой момент. От детонации, при нарушении условий хранения, от заводского брака, да много еще от чего. Просто взять и взорваться. И это всегда напрягало тех, кто с ними работает. Конечно, сейчас заряды делают не такими, как раньше, случаи самопроизвольной детонации почти равны нулю, но все же происходят.

У них изначально было по пять цилиндриков на ствол при норме в два-три. Это грубейшее нарушение, которое позволялось только им, «девятке», и то, пока не узнала королева. Узнай об этом ее величество, даже аргумент, что все пять деструкторов едут в машинах групп два и три, находящихся далеко от ее дочери, не спасли бы. Но сейчас по иронии судьбы именно эти штуки, их обилие, и может спасти их всех, включая ее дочь. Три выстрела у нее, Светланы Васильевой по прозвищу Светлячок, три у Сковородки, пять у Бомжихи, на которую возлагается функция главной ударной силы в операции. Остальные внизу, у девчонок, которые будут отвлекать вторую колонну. Больше резерва у них нет.

Полиция — не армия. И даже не безопасность. Соответствующего опыта у них нет, и только потому они с девчонками живы. Действительно, что было бы, начни подбившие их «Мустанг» полицейские садить по поверженной машине? Или стрелять во всех, кто только попытается из нее вылезти? Они привыкли бороться с криминалом, с местным трущобным быдлом, так же они воевали и сейчас. Действительно, двинулись без авиации и артиллерии на них, занявших хорошую позицию. Ребята и подумать не могли, что их умоют кровью, несмотря на всю их бронетехнику, все доспехи, ракеты, скорострельные винтовки и деструкторы. Вообще не могли подумать, что им окажут жесткое сопротивление — так это смотрелось со стороны. Тем более девки, изображение троих из которых передала камера доспеха того типа, что удрал, подняв тревогу.

Это глупое покушение. Неорганизованное. Так не делают умудренные опытом чекисты. А еще умудренные опытом не совершают покушения, если риск НЕсовершить его выше, чем совершить. То есть, за ним стоят некие силы, обладающие влиянием и деньгами, которым позарез нужно это убийство, но у которых недостаточно мозгов взвесить «за» и «против». Без профессионалов службы безопасности здесь, конечно же, не обошлось, но ведь можно предложить профессионалу столько средств, что он закроет глаза на риск? Или нет?

Она не знала.

Как бы смешно это ни звучало, в срыве покушения, а такое топорное исполнение Лана все-таки считала срывом, виновата сама Бэль. Да, она собиралась в город давно, с тех самых пор, как мать разрешила ей на волне теплых чувств. Но сорваться сразу не смогла по физическим причинам — после недельной голодовки ее желудок отказывался восстанавливаться и принимать пищу. Даже сегодня утром никто не мог сказать точно, пойдет ли ее высочество куда-либо. Лишь относительно успешно позавтракав, она вдруг заявила: «Всё идем. А то скоро улетаем, а я на Империю не посмотрела…»

И в этом она вся.

Сборы заняли полчаса. Всего лишь. Может же, когда захочет! Покраска волос и макияж у девчонок дошли до автоматизма, завершили грим уже в машине. И тру-ля-ля! Здравствуй свобода! А за такое время, даже если «кроты» во дворце вовремя успели передать нужным людям сведения о вылазке, толкового покушения не организуешь.

К следующему моменту приложила руку уже она, Лана, послав в исконном марсианском непереводимом направлении настырного сотрудника императорской дворцовой охраны, «координирующего маршруты» ее высочества. Да нет, не чувствовала, просто так послала. Рядом с ней они, «девятка», а эти, если желают и обязаны, пусть едут следом и слушают.

Третий момент, как продолжение первого, вновь на совести Бэль. Ее постоянное непостоянство. Да не было у них никаких таких маршрутов движения! Не было! Ехали и шли туда, куда хотелось правой руке и левой ноге ее высочества! Какое тут покушение с таким маршрутом!

…И все ж таки получилось. Готовились, сволочи, все эти дни, расставляли ловушку. Все возможные накладки просчитали. И они попались.

Спуск. Плечевой сегмент почувствовал еле уловимую в доспехе отдачу. Один из десятка бойцов в штурмовом доспехе, занимающий позицию за «картонным» домиком, исчез из вида. Рельсовая снайперка — не линейная штурмовая винтовка, от нее не спасет бетонная плита, за которой прятались парни. Даже если снаряд летит на самой маленькой скорости. Еще спуск, и еще один упал. Она не видела падения, но знала, что так и есть. Все выступающие части доспехов тут же были убраны из зоны видимости, бойцы попадали на землю и перекатились под защиту естественных преград, но она успела почувствовать и выстрелить в третьего. В место, где тот находился, прошивая насквозь кирпичный забор дома. М-да, это не то барахло, чем воевали они на Марсе. Им бы такое добро туда, глядишь, и война бы по другому пошла. Сковородка завалила двоих — но у нее и опыта поменьше. Итого пятеро. Для начала. Лана дала еще пару очередей сквозь стены и заборы, для профилактики, давая парням понять, что не стоит рисковать, и услышала смешок напарницы:

— Танцуем, мальчики?!

Сковородка стрелять умела. Экзотическое прозвище ей дали здесь, во взводе, за то, что именно этим орудием она грохнула свою первую жертву, за которую и попала в колонию. Пьяного соседа по общаге, напавшего на ее мать и попытавшегося изнасиловать. То, что мать бухала вместе с соседом, благополучно опустим — не всем здесь везет так, как ей или мстительнице Мэри. Как оказалось, с винтовкой эта девочка обращается не хуже ее самой, только на звук стрелять не умеет.

— Сейчас начнется. Уходим! — скомандовала она, перекатываясь и отползая в сторону, придерживая торчащий из-за спины деструктор. Мобильность — главное достоинство любого снайпера. Тем более, когда по тебе собираются работать из зажигательных ракетниц.

БУУМ! Бум! Бум!

Той части крыши, где она только что находилась, более не существовало, там царили ад и пламя. Но это было не важно, свою жатву их первая атака собрала, деморализовала противника. Тот получил сигнал, что с ними будут бороться до конца, не боясь ни бога, ни черта. Для полиции, тем более такой, которую она видела полчаса назад рядом с Бэль, этого достаточно. Иконка Сковородки мигала спокойным зеленым светом, успела.

— Что там? — переключилась она на пятую линию.

— Пять машин, — раздался голос одной из девчонок снизу, управляющей разведдроидами. Всеми тремя. — Человек тридцать пехоты, все в штурмовой броне. Вооружение солидное. Прикрытие вы видели, к ним пробирается еще человек десять — похоже, их резерв.

— Они им не помогут, — отметила про себя Лана. — Что с той стороны?

— Под контролем. Примерно то же — пять машин и человек двадцать пехоты.

— Терпимо, — срезюмировала она. — Девчонки, на счет «давай». Я беру на себя последнюю машину. С интервалом в секунду Сковородка — первую. Вы занимаетесь пехотой. Их броня попробует взлететь: по тем, кому удастся, садит Бомжиха. Милая, на пехоту не отвлекаться, береги позицию! — повысила она интонацию.

— Так точно! — отозвалась третья напарница с ранцем.

— Ждем.

БУУМ! — крыша вновь содрогнулась, и ее часть, выходящая в сторону приближающейся колонны, превратилась в стену огня. БТРы снизу не жалели боеприпасов, чтобы оградить себя от угрозы сверху. Помогала им и пехота, держа сектор под прицелом. Лана смотрела по подключенному на время каналу с дроида на колонну, как та планомерно завернула в пространство между складами, расхайдокала баррикаду из их оставшегося «Мустанга» и двух погрузчиков, и начала втягиваться внутрь. Когда же первая машина уже была в зоне обстрела девчонок, а последняя только втягивалась в просвет, она прыгнула, набирая с места скорость: