Я стоял над нею, сжимая кулаки в бессильной злобе, а мозг лихорадочно анализировал каждую деталь происходящего. И наконец я нашел. Незначительные, почти незаметные изменения, такие, что не сразу-то и определишь, где и что не так. Просто виртуозная работа. Если бы я не искал и, главное, если бы я уже не встречался с подобной работой, то мог бы и не заметить.
Низшую изменяли. Причем изменяли уже не раз. Мало того, сам факт, что я не заметил ничего при первых осмотрах, свидетельствовал о том, что эти изменения довольно старые и давно воспринимаются телом как само собой разумеющиеся. И если бы она не попала на мой лабораторный стол...
Я остановил эксперимент и смотрел на корчащееся тело с легким интересом. Молча. Она хрипела и пыталась поймать мой взгляд, периодически умудряясь выдавить из себя:
– За... что?..
Я вздохнул и, когда она, наверное уже в десятый раз, на издыхании выдавила свое «за что?», ответил:
– Ни за что...
И сломал ей шею.
Тара чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда лорд Янус внезапно вылетел из лаборатории и резко захлопнул за собою дверь.
– Господин?..
– Какая специальность?! – Он почти нависал над бесовкой.
– Я... не понимаю... господин... – Тара чувствовала, как в горле что-то сжимается и предательски дрожат ноги.
Глаза демона полыхнули яростью.
– Твоя специальность в магии, дура! Быстро!
– В-вода...
Он внезапно успокоился, и ярость исчезла, будто и не было ее.
– Хорошо, – выдохнул лорд Иллюзий.
Он задумчиво посмотрел на дверь лаборатории:
– Ты должна сосредоточиться и вызвать мне волну, на которую способна с использованием всех своих сил.
– Н-но, – осмелилась возразить Тара, восстанавливая равновесие и крупицы гордости императорского беса, – это будет цунами...
– Тем лучше, – сказал четвертый демон. – Тем лучше.
Он уставился на нее так, словно пытался выжечь взглядом все ее сокровенные мысли:
– Слушай внимательно. Ты создашь волну и будешь держать ее в узде, пока я не открою дверь. Как только появится щель, даже если она будет больше походить на мелкую трещину, ты пустишь волну в лабораторию так, чтобы ничто не могло преодолеть этот водный барьер. И будь готова принять бой, – и уже отводя взгляд, – на тот случай, если я ошибся в своих догадках.
Тара подобралась:
– Слушаюсь, мой господин.
– Хорошая девочка. А теперь...
Низшая вздохнула и трансформировалась.
Море колыхалось в ней, предлагая свою силу и могущество. И впервые она собиралась взять все, что могла дать ей эта сила. Император не зря доверил именно ей сопровождение лорда Януса. И если один из Великой Четверки говорит, что нужна вся сила, она ее предоставит. Таков ее долг. Такова ее судьба.
Яростный рев моря нарастал в ней, достигал предела, а она все черпала и черпала. Предел был достигнут и преодолен. А голубые глаза смотрели все так же выжидательно. И она брала все, что предлагалось. Пока не поняла, что едва удерживает всю эту мощь. Уздечка вот-вот должна была порваться.
– Надеюсь, хватит, – прошелестел голос лорда Иллюзий, и дрогнула поверхность двери лаборатории.
Тара уже видела только ее. Цель – прямоугольник серого цвета, который нужно было уничтожить и смести все, что находилось за ним. И только поэтому разглядела тонкую, тоньше волоска, трещинку... рев освобожденного цунами был торжествующим и яростным.
Тонкий гневный визг был ему ответом. Казалось, он способен заглушить даже водный гул, однако это продолжалось недолго. И вскоре визг захлебнулся в воде, раздавленный и уничтоженный.
Низшая опустила руки, довольная идеально выполненной работой. И напоролась взглядом на напряженную фигуру демона. Тот вглядывался в темноту затопленной лаборатории и внимательно вслушивался.
Вдалеке зазвучал топот шагов спешащей охраны.
Я велел низшей оставаться на месте и шагнул в темноту. Под ногами хлюпала вода. Эта девушка действительно была очень сильной, впрочем, император редко берет в свое окружение иных. Я не чувствовал ничего живого, но это не говорило ни о чем. Та тварь мертва уже целые сутки, но только развивалась, как паразит, на мертвой плоти. Искаженный, изувеченный, неверно выделенный ген... неудавшийся эксперимент. Что же будет, если мы встретимся с удачными результатами?..
Повинуясь моему желанию, в лаборатории вспыхнул яркий свет, и я наконец снова увидел это...
Позади раздались голоса – прибыла охрана. Я развернулся и вышел за дверь. Требовалось отдать некоторые приказы.
Когда труп вынесли и упаковали, как я велел, а несколько отрядов во главе с Тарой поспешили в лабораторию, где хранились трупы убитой мною парочки, я сотворил портал и шагнул в его вихрь.
Это место оставалось таким же прекрасным, как я его запомнил.
Поляна, усыпанная цветами с синими лепестками и желтыми сердцевинами. Когда-то Диара улыбалась мне, сидя в траве, а венок из этих цветов, сплетенный моими руками, украшал ее темные волосы. Она была прекрасна в тот день.
Тогда, много лет назад, я даже не стал оставлять ориентиры для этого места. Не было необходимости – слишком хорошо оно запомнилось.
Я подошел к краю поляны. И начал скидывать одежду. Макс тогда правильно заметил: если бы не условности, я бы сражался обнаженным. Что ж... эта поляна уже видела мое тело без единой нитки или иллюзии. Увидит еще раз.
Император не зря задал мне вопрос об убийстве. Он знал что-то, чего не знал я... но дал мне достаточно информации, чтобы я мог делать выводы.
Оставшись обнаженным, я наклонился и поднял из вороха одежды свой меч. Тихое шипение над ухом.
– Таро, – улыбнулся я. – Опять я втравил тебя в историю?
Драконий силуэт скользнул по телу и обвил торс.
– Остаешься со мною? Этот бой может закончиться печально для нас обоих...
Презрительное шипение было ответом.
– Что ж... Ты сделал свой выбор много лет назад. Так же как я.
И я вонзил лезвие меча в землю, которая поддалась удивительно легко. Меч погрузился по самую рукоять, почти не встречая сопротивления.
И солнечную поляну заволокло серым туманом.
– Люби-и-имый... – Тихий, завораживающий шепот. Тягучий и такой знакомый.
Я повернулся к ней. Той, которую любил всем сердцем. Все еще любил.
Синие цветы поникли у ее ног, а трава стала серой. Серый туман лентами кружил вокруг обрывков синего платья. Темные волосы каскадом опускались ей на плечи и спину, став еще длиннее, чем были. В опущенной руке сверкнуло лезвие меча. Меча, который был парой тому, что я держал в руках.
– Любимый, – она улыбнулась, сверкая глазами, похожими на расплавленное золото, – ты пришел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
