Ланей усталых, скребницей их чешут, и корм задают им,
С луга Геры собрав траву, растущую быстро, —
165 Клевер трилистный, которым и Зевсовы кормятся кони;
После златые притом чаны они доверху полнят
Чистою влагой, дабы водопой был ланям приятен.
Ты же вступаешь в отцовский чертог; там все тебя кличут
Рядом с собою воссесть; но ты к Аполлону садишься.
170 Если же нимфы ведут вокруг тебя хороводы,
Будь то подле истоков египетской влаги Инопа,
Иль у Питаны (затем, что твоя Питана!) и в Лимнах,
Или когда, о богиня, ты к Алам идешь Арафанским,185
Бросив Скифский предел и обычаи тавров отринув, —
175 Пусть в это время мои быки не выходят на ниву
Чуждую труд свой дневной совершать за условную плату!
Верно, в хлев воротятся они, вконец изнемогши,
Крепость мышц потеряв, хотя бы стимфейской породы
Девятилетки то были, что роги влачат, рассекать же
180 Пашню оралом способней других. Ведь бог солнцезарный,
С неба такой хоровод приметив, коней остановит,
Залюбовавшись; а дня между тем теченье продлится.
Меж островами какой тебе мил, и какая вершина,
Град какой, и залив? И кого возлюбила особо
185 Ты среди нимф, и каких героинь принимала в подруги?
Мне открой, о богиня, а я поведаю людям.
Меж островами Долиха, средь градов мила тебе Перга,
Горы Тайгета милы, заливы же любы Еврипа;
Но среди нимф возлюбила ты дивно гортинскую нимфу,186
190 Зоркую Бритомартис-оленеубийцу, за коей
Гнался по критским горам Минос, язвимый желаньем.
То в укромах лесных от него таилася нимфа,
То в болотных лощинах; он девять месяцев кряду
По бездорожью блуждал, не желая погони оставить;
195 Но под конец, настигаема им, она ввергнулась в море,
Прянув с обрыва, а там ее удержали тенета
Спасших ее рыбарей. С тех пор кидонийцы «Диктиной»187
Нимфу зовут самое, а утес, с которого нимфа
Прянула, кличут «Диктенским»; алтарь у брега воздвигнув,
200 Жертвы приносят они, венки же плетут из фисташек
Или сосновых ветвей — но мирт рукам их запретен.
Ибо веточка мирта, за пеплоса край зацепившись,
Девы замедлила бег; с той поры ей мирт ненавистен.
Светоченосная Упис, владычица, критяне даже
205 И тебя самое именуют прозванием нимфы.
Ты и Кирену дарила приязнью, ей уступивши
Двух охотничьих псов, из которых один Гипсеиде
После награду стяжал на играх при гробе Иолкском.
И супругу Кефала,188 Дейонова сына, избрала
210 Встарь белокурую ты, госпожа; а еще, по преданьям,
Больше света очей ты любила красу Антиклею.189
Первыми эти двое и лук, и колчан стрелоемный
Стали носить у плеча, оставляя правое рамо
Непокрытым и правый сосок всегда обнажая.
215 Также лелеяла встарь быстроногую ты Аталанту Деву,190
Иасия дщерь аркадского, вепреубийцу,
Псов подстрекать научив и цель стрелою уметить.
Не изрекут на нее хулы зверобои, что были
На Калидонского созваны вепря; добычу победы
220 Край Аркадский приял и досель те клыки сберегает.
О, ни Гилей, полагаю, ни Рэк191 неразумный не станут,
Сколько ни мучит их злость, хулить облыжно в Аиде
Лучницу; не подтвердят той лжи бока их и чресла,
Те, что кровью своей обагрили утес Меналийский.
225 Радуйся много, Хитона, держащая храмы и грады,
Ты, что в Милете являешь себя! Ведь тобою ведомый
Некогда прибыл в тот край Нелей192 из Кекропова царства.
Первопрестольница ты хесийская!193 Царь Агамемнон
Дар во храме твоем принес тебе, путь умоляя
230 Вновь открыть кораблям (ибо ветры ты оковала),
В оное время, как плыли суда ахейцев на грады
Тевкров, бранью грозя Рамнусийской ради Елены.194
Также и Пройт195 два храма тебе, богиня, воздвигнул:
Первый «Девичьей», когда ему в дом ты дев воротила,
235 Что в Азенийских блуждали горах; второй же, на Лусах,
«Кроткой», затем, что у чад его отняла ты свирепость.
И амазонок народ, возлюбивший брани, у брега,
Подле Эфеса поставил тебе кумир деревянный
В сень священного дуба, и жертвы Гиппо сотворила.
240 Но остальные плясали вокруг, о, владычица Упис,
Бранную пляску сперва, щитами вращая, а после
Хоровод по кругу вели; пронзительный голос
Им подавала свирель, чтоб в лад они били стопами
(Ибо выдалбливать кость оленью тогда не навыкли,
245 Как то Паллада во вред оленям измыслила). Эхо
До Берекинфа неслось и до Сард,196 как топотом шумным
Землю разили они, и вторили звоном колчаны.
После ж вокруг кумира того воздвигся пространный
Храм; его божественней ввек не видело солнце,
250 Как и богатством обильней: легко и Пифо превзойдет он.
Храм сей разрушить грозил Лигдамид,197 обуянный гордыней
Дерзкий обидчик; привел он рать кормящихся млеком
Словно песок, несчислимых с собой киммерийцев, живущих
Подле пролива того, что зовется по древней телице.198
255 Как помрачен был рассудок царя проклятого! Больше
Уж ни ему не пришлось увидеть Скифскую землю.
Ни другим, чьи повозки пестрели на бреге Каистра,199
Путь возвратный найти; ибо лук твой — защита Эфесу!
О Мунихия, ты заливы правишь, Ферея!200
260 В почести да не откажет никто Артемиде, затем что
Ведь и Ойнею пришлось не к добру созывать зверобоев;
Пусть не желает никто с Охотницей спорить в искусстве —
За похвальбу и Атрид расплатился пеней немалой;
Девственной да не дерзнет никто домогаться — как Отос,
265 Так Оарион желаньем пылали себе не во благо;201
Плясок пусть никто не бежит ежегодных — отвергнув
Танец пред алтарем, и Гиппо вкусила возмездье.
Радуйся много, Царица! И к песне будь благосклонна.
К острову Делосу
Дух мой, когда же сберешься воспеть ты Делосскуго землю,
Пестунью Фебову? Так, и другие Киклады прилично
Славить: они между всех островов, омываемых морем,
Святы особо; но первого дара от Музы достоин
5 Делос — затем что Феба, над песнями властного, первым
Он омыл, пеленами повил и как бога восславил.
Как на певца, что не хочет Пимплею воспеть, негодуют
