Архитектура дайсониан — нечто странное с точки зрения земной логики и позиций антропоморфизма. Вертикальный стиль, если вводить земные аналогии, но прошедший через чуждое людям восприятие, образ жизни со своими геометрическими пропорциями и функциональным назначением.
Во-первых, все здания города были высокими, но одноэтажными. Во-вторых, они не имели крыш. В-третьих, соединялись в замысловатый узор, напоминающий лабиринт, а улицы города больше походили на газоны, засеянные травой, а может быть, и в самом деле были газонами, во всяком случае для ходьбы людей они не предназначались. В-четвертых, город дайсониан был похож на вудволловый лес, разве что менее густой и более облагороженный и с другим цветовым оттенком стен.
У одного из крайних зданий Никита заметил палатку, куттер и группу людей в желтых комбинезонах.
— Археонавты, — пояснила Флоренс. — В этом городе их человек сорок, потому что он сохранился намного лучше других. Большинство дайсонианских городов почти растворилось в массе вудволловых лесов. Есть гипотеза, что вудволловые леса — это одичавшие и расплодившиеся города.
Перстень на пальце девушки полыхнул сиреневым огнем. «Пальцы натирают, — вспомнил Никита слова недавнего гида при посещении музея, — все сняли, а Фло носит — и хоть бы что!» Интересно, разобрались специалисты в функциях этой безделушки или нет?
— Красив! — заметил инспектор, кивая на перстень.
Флоренс мельком посмотрела на руку и равнодушно кивнула. Эта ее реакция озадачила Пересвета, потому что он знал, как неравнодушны обычно женщины к комплиментам, но в это время пинасс завис над газоном одной из улиц и мягко приземлился. Отскочил и повернулся колпак кабины, Флоренс выпрыгнула наружу, утонув в густой желтой пухо-траве по колено.
Никита выбрался следом, прислушиваясь не столько к звукам жизни чужого города, сколько к шепоту «Васи», который снова заметил постороннего наблюдателя.
Над городом медленно кружил виброкрыл величиной с крупного орла, вспыхивая радужными плавниками. Больше никаких живых или движущихся предметов в поле зрения и в поле интуиции Никиты не попало.
— Не отставайте, — окликнула его Флоренс, уверенно направляясь к ближайшему зданию. — Что вы там увидели?
Никита указал на виброкрыла.
— Интересная птичка. «Крылья орловы, хобота слоновы; мы их бить, а они нашу кровь пить».
Девушка засмеялась.
— Похоже. О ком это на самом деле?
— Древняя поговорка о комарах. Что-то не похож виброкрыл на комара, перефантазировали биологи.
— Тем не менее это существо физиологически ближе к насекомым и к тому же способно кусаться. Кстати, укус виброкрыла вызывает пароксизм удовольствия. Были попытки отлова виброкрылов для получения сеансов удовольствия.
Никита кивнул, он знал, о чем идет речь.
Прошли мимо квадратной толстой плиты, утонувшей в траве. Материал плиты напоминал бетон. Такие прекрасно сохранившиеся плиты встречались в изобилии на всех островах Дайсонов, но их предназначение оставалось тайной. Гипотеза археонавтов, что это постаменты для скульптур, не выдерживала критики.
Пересвет подошел к стене здания, прогнувшейся, покрытой наплывами и вмятинами, потрогал ее рукой и получил слабый электрический укол. Материал стены походил на серый мрамор с черными прожилками, образующий тонкий, удивительно красивый муаровый рисунок, но главное — он был теплым на ощупь.
— Вудволл, — пробормотал Никита. — Город живой, как вудволловый лес. Предлагаю альтернативную идею: дикие вудволловые леса жили на планетах изначально, а дайсониане их одомашнили, изменив генетическую программу.
— Хорошая идея, но вас уже опередили палеобиологи.
Флоренс пошла вперед, касаясь стены рукой.
Они обошли здание, заглянули в окна другого, остановились перед третьим, в стене которого зияло отверстие в форме цветочного бутона.
Стены этого здания пошли складками, из которых вырастали плоские досковидные контрфорсы, достигающие почвы, и были покрыты серебристым пушком, словно поседели от времени.
Ты спишь один, забыт на месте диком,Старинный монастырь!Твой свод упал; кругом летают с крикомСова и нетопырь, —
с чувством прочитал Никита. Глаза Флоренс на мгновение стали пытливыми и холодными, словно она, взвесив слова, нашла в них скрытый недобрый смысл.
— Чьи это?
— «Ноктюрн» Афанасия Фета, девятнадцатый век.
— Подходят, будто написаны специально. А дальше помнишь?
— А дальше:
И кто-то там мелькает в свете лунном,Блестит его убор.И слышатся на помосте чугунномШаги и звуки шпор.
— А вы, оказывается, лирик, уважаемый инспектор по освоению. Стихи — это хобби или метод давления на женскую психику?
Никита улыбнулся.
— Увлечение юности, да и сейчас я нахожу многое для ума и сердца в русской поэзии девятнадцатого и двадцатого веков.
Он заглянул в пролом, сквозь который был виден интерьер здания. Собственно, зданиями дома дайсониан можно было назвать лишь условно, потому что они представляли собой скорее дворики в окружении толстых и высоких стен с окнами и без них. Но дворики эти не были пустыми, они заросли странными, похожими на металлические, конструкциями, фермами и арками, образующими ажурную пространственную решетку с утолщениями в узлах и сочленениях.
— Сорняки, — сказала Флоренс, кивнув на конструкции. А Никита наконец понял, почему «Вася» настойчиво доказывал присутствие скрытого наблюдателя. За густыми зарослями сорняков в углу двора прятался дайс-островитянин. Чем-то он напоминал Пака, забавного проказливого чертенка из комедии Шекспира «Сон в летнюю ночь».
— Что вы там увидели? — насторожилась девушка.
— Аборигена. Он увидел нас и спрятался.
К инспектору снова пришло ощущение нависшего над ним каменного свода пещеры, рождающего шорохи и множественное эхо от звуков падающих капель воды; он находился внутри мертвого и одновременно живого исполина, настолько чужого и далекого от всего, чем жил человек, что эта мысль была физически ощутима, порождала душевную муку, отчаяние и желание постичь то, что этот исполин хотел сообщить…
Флоренс взяла Никиту за руку и как маленького отвела на середину улицы.
— С непривычки можно заработать эйфоропатию. Вудволловые города, да и дикие леса тоже, образуют сложнейшие системы электрических биополей. Вполне вероятно, что дайсониане жили в симбиозе со своими городами. Пойдемте покажу кое-что интересное, чего вы еще не видели.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
