— Но… светлые… — Гааль всё ещё не мог поверить в услышанное. Наконец, взяв себя в руки, он решился на уточнения: — Ты говоришь четвёртая граница? Но там же…
— Да, — перебил вампир. — Там обитают те, кого вы, люди, — взглянув на меня, произнёс вампир, — называете духами. Призраки, привидения, фантомы — вся эта чепуха.
— Они же почти никогда не вмешивались в наши дела.
— Видимо, появление тёмного манипулятора сильно их насторожило.
Почувствовав себя немного лишним в этом разговоре, я решился на вопрос:
— Простите, что перебиваю, но кто-нибудь скажет, как вообще они наняли кого-то так быстро?
Слово взял вампир:
— Даже если не учитывать слухи, которые расходятся очень быстро, особенно если дело касается тёмного манипулятора, — снова акцентировав своё внимание на мне, произнёс вампир, — то нестабильность временной материи на дальних границах может запросто объяснить все подобные парадоксы.
По выражению моего лица Гааль понял, что я ничего не понял. Поэтому и пришлось дать более человеческое объяснение:
— На четвёртой и пятой границе, время идёт иначе.
— Это ещё как посмотреть, — вмешался вампир.
— То есть? — не понял я.
Слово снова взял Гааль:
— Вообще, по сути, неизвестно, что там идёт иначе. Время или наше восприятие времени. Однако, известно, что марглы, с одним из которых ты столкнулся в магазине, или те же светлые духи существуют не в трёхмерном пространстве, а, как минимум, в четырёхмерном, где четвёртая линия — это время. То есть, друг мой, они могут существовать в нескольких временных промежутках одновременно. Потому и заранее знают, что было и что будет.
— Да, — снова ворвался вампир, — поэтому для них не составляет труда предугадать, когда произойдёт то или иное событие. Например — когда отправить группу нанятых вампиров на захват цели.
— И всё-таки, — отстранившись от объяснений, Гааль вернулся к своему знакомому, — я не понимаю, как такое возможно. Светлые?
— Как по мне, ничего необычного. Ты ведь взял под крыло хоть и светлого парня, но не факт, что рано или поздно тьма не поглотит его. Не забывай, какая энергия течёт внутри этого молодого человека. Он девиант. Я многое слышал об экспериментах его отца. Ты сделал серьёзный шаг, решив принять в орден тёмного. Но не учёл всех последствий.
Гааль замотал головой.
— Это был обдуманный поступок. Думаешь, будь у меня выбор, я бы решился на такое? Твой отец, — обернувшись уже ко мне, продолжал Гааль, — взял с меня клятву, чтобы я даже не думал об открытии твоего потенциала. Больше двадцати лет я держал данное ему обещание, зная, что его душа всё ещё жива. Больше двадцати лет я смотрел на то, как мои друзья умирают в Хаатте, даже и не думая о том, чтобы втягивать тебя в это. Но сейчас… сейчас, друг мой, я, правда, не знаю, как остановить вторжение, — хранитель виновато опустил глаза, уводя их в сторону. — У меня просто не было другого выбора.
Вампир, сидящий напротив, улыбнулся. Или мне так показалось?
— Это не есть хорошо, Гааль. То, что несколько тысячелетий назад ты не смог спасти шумеров, не значит, что нужно взваливать всю вину на себя.
— Спасти шумеров?! — удивлённо переспросил я.
Кажется, только что передо мной начали открываться новые подробности истории мироздания.
— Он ничего тебе не рассказывал?
Поднявшись с дивана, вампир отошёл к барной зоне, достав с полки бутылку. Вторую он вынул уже из холодильника, стоящего снизу — под барной стойкой.
— Кто-нибудь ещё желает? — вежливо поинтересовался мужчина.
Я отрицательно помотал головой.
— Что ж… — пожал плечами хозяин апартаментов.
Намешав коктейль, вампир вернулся обратно.
— Так значит, ты ничего не знаешь, — с задумчивым видом изрёк тот, делая первый глоток. — Расскажешь? — спросил вампир у Гааля.
Короче, как оказалось в итоге, Гааль был одним из последних шумеров. И первым из хранителей. Поэтому он так уверенно отзывался о тогдашних способностях хранителей. Со временем, светлые отобрали у хранителей большую часть силы, чтобы не развращать тех. Но это не помешало хранителям на время возомнить себя богами. Как раз на то время, которое значится как «эпоха богов».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Но ведь это лишь вершина айсберга, — пафосно попивая коктейль, добавил вампир. Только сейчас я заметил цвет коктейля — красный. — Чёрт бы с ними с этими шумерами, — тараня Гааля взглядом, продолжал кровопийца, — гораздо важнее то, что произошло после. Во времена возвышения Эллады.
— Хватит! — сорвался хранитель. До этого я не видел его таким злым. Чуть приподнявшись с дивана, он стукнул кулаком по столу. Так сильно, что по стеклянной поверхности поползли трещины. — Не упоминай больше этого никогда! Понял!
От эмоциональности сцены я даже немного подпрыгнул, после чего откинулся назад, всё сильнее и сильнее вдавливаясь в спинку дивана. Надеюсь, он меня не заметит…
Тем временем вампир, кажется, даже не шелохнулся. Он всё так же непринуждённо продолжал потягивать… что это? Кровь? Интересно, он всерьёз рассчитывал на то, что кто-то из нас согласится это попробовать? Ну… не стоит воспринимать всё так категорично. Может это была всего лишь вежливость. Ага… Или какая-то насмешка.
— Прости, — уже совсем не вежливо и не испытывая чувства вины, произнёс вампир, — просто мне казалось, что парень, на которого ты возлагаешь надежды по спасению мира, должен быть в курсе твоих гештальтов. Кому, как не тебе знать о всех трудностях мирового спасения? Обо всех жертвах, которые ты приносишь во благо мироздания, что даже не поблагодарит тебя взамен.
Теперь картина и вовсе напоминала визит к злодею. Вот прям так. Ни дать, ни взять. Два спасителя мира на приёме у главного антогониста.
Гааль было собрался поднять руку, подготавливая средний и большой пальцы для заветного и уже знакомого щелчка, как вдруг одумался.
— Я всегда говорил, что вампирам не место среди людей.
Хранитель вернулся на диван, откинувшись так, будто только что пережил целый скандал. Так-то оно так, только скандал оказался не таким уж и грандиозным. Гааль явно умел глушить эмоции. Не у каждого есть такая тема, которая может вывести из себя. Но за тысячи лет Гааль должен был обзавестись парочкой таких, а потому ничего удивительного в случившемся я практически не видел. Лишь неожиданность такого поведения застала меня врасплох.
— Ладно, — взбалтывая остатки коктейля, осевшие на дне стакана, произнёс вампир, — тебе решать, что говорить новичкам, а что нет. В конце концов, ты куратор, а не я.
В комнате снова восторжествовало спокойствие. На несколько минут нас окутала тишина. Слабый стук в дверь прозвучал немногим позже. Как раз когда хозяин апартаментов намешивал себе вторую порцию экзотичного напитка. Сразу за стуком в комнату вошёл один из работников клыкастого.
— Господин, — покланялся тот.
— Что такое?
— Господин, один из наших заводов в Баварии остановил производство. Руководство не отвечает уже третий час. Производственные мощности стоят. По примерным данным количество выпускаемых авто сократилось до пяти автомобилей в день. За последние два часа с конвейера и вовсе не сошло ни одного транспортного средства.
— И что, никто не может дозвониться до них? Они там в каменном веке что ли застряли? Неужели я должен учить вас вашей же работе?! Отправьте людей. Пусть узнают, что там происходит!
Сделав глоток, вампир услышал очередное обращение:
— Господин… — не зная, как продолжить, выдавил помощник.
— Что?
— Мы отправили людей…
— Дальше что? Почему я должен вытягивать из тебя информацию?! — губы, кстати, стали шевелиться активнее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Они тоже не отвечают.
— Что за чушь?!
Устав от оправданий помощника, вампир обратился к виртуальной помощнице, отвечающей за функции умного дома:
— Трини, включи телевизор.
Позади тут же вспыхнул огромный полупрозрачный экран. Из колонок донёсся приглушённый гам голосов из популярного ток-шоу.
