Читаем без скачивания Под защитой высших сил - Евгения Горская

Она тратила свою жизнь на Ракитина и чуть не пропустила свое счастье.

– Настя, – Денис наблюдал, как она хлопочет у плиты, не выдержал и притянул ее к себе. Она замерла под его руками, и ему показалось, что у него сейчас остановится сердце. От счастья. Неужели еще несколько дней назад он жил без нее и считал себя вполне счастливым человеком? – Ты что-нибудь знаешь про такую фирму – «Сотус»?

– Ничего не знаю. – Она высвободилась, а потом снова его обняла. – А что это за фирма?

– Сам бы хотел знать. – Он наконец оторвался от нее и уселся за стол, следя за ней глазами. – Вчера ничего… необычного не происходило?

– Происходило, – улыбнулась она. – Ты ко мне пришел. Яичницу с колбасой будешь? Или котлеты?

– Яичницу. – Ему вдруг так захотелось есть, как будто он ничего не брал в рот несколько суток. – И котлеты.

– Как хорошо, что сегодня короткий день, – засмеялась она, доставая сковородки.

– Угу, – подтвердил он и предложил: – Давай не пойдем на работу.

– Давай пойдем. У меня много дел до отпуска. Я иду в отпуск, ты помнишь?

– Конечно, помню. Ты будешь сидеть дома и ждать меня. А в следующий отпуск мы поедем на Канары. Или в Индонезию. Ты куда больше хочешь?

– С тобой хоть на Северный полюс. – Она улыбнулась, и ему опять показалось, что сейчас остановится сердце, только теперь почему-то от щемящей жалости. – Почему ты спросил про фирму?

– Я вчера опять видел ту машину, которая за тобой ехала. Видел здесь, она выезжала со двора.

– А фирма тут при чем? – Настя подала ему обильный завтрак и уселась на краешек стула с чашкой чая. Подумала и положила себе на тарелку две котлеты.

Раньше она никогда не завтракала. Не хотелось.

– Машина принадлежит этой фирме.

– Денис, никакая машина и никакая фирма не могут иметь ко мне отношения. Выброси это из головы.

Он вовсе так не считал. Ему было необходимо разобраться с ее загадками, только он не знал, как это сделать, и от этого бессилия тревога разрасталась, путая мысли.

Успокаивало только то, что больше он никуда не отпустит ее одну.

Настя пришла в отдел первой. Полила цветы, посмотрела почту, открыла документацию и отвернулась от компьютера к телефону.

– Мам, привет. Что случилось с Игоревым отцом?

– Ну вот, – засмеялась мама. – С Алей все выяснили, теперь давай про Лилиного первого мужа.

– Мама!

– Когда Лев на ней женился, Лиля была вдовой.

– Это я знаю. А что с первым случилось? Отчего он умер?

– Погиб. Какой-то несчастный случай. По-моему, он утонул. Мы особенно-то Лилю не расспрашивали, сама понимаешь…

– Почему вы с бабушкой ее не любили? Тетю Лилю?

– Ну… не любили – это сильно сказано, – осторожно поправила ее мама.

– Не любили, – настаивала Настя. – Бабушка, во всяком случае, не любила. Раньше я этого не понимала, а теперь поняла.

– Лева очень обжегся в первый раз. Он ведь на Але женился неожиданно для всех, они и знакомы почти не были. И в браке был несчастлив, хоть и любил Алю. С ней он стал какой-то… забитый. По-моему, он все время боялся, что она ему изменит. А может, я и придумываю… Но крепкого тыла у него не было, это точно. И вдруг он опять приводит женщину, с которой знаком всего ничего. Да еще с ребенком. Конечно, мы отнеслись к ней настороженно.

– Ну хорошо, сначала так отнеслись. А потом? Лиля-то была ему хорошей женой, я же помню, как она ему обеды готовила из пяти блюд. Ты нас с папой сроду так не кормила.

– Дело не в этом, – серьезно объяснила мама. – Ты же знаешь, бабушка Льва намного старше. Она его нянчила и очень его любила. С Лилей Лев тоже не был счастлив, и бабушка это видела. Чувствовала.

– Да почему вы решили, что он несчастлив? По-моему, у них было все нормально. И Игоря дядя Лева любил.

– Игоря любит, – согласилась мама. – А насчет нормально… Было бы нормально, Лиля бы не ушла.

– А кстати, почему она ушла?

– Не знаю. Никаких видимых причин не было. То есть причина была, но появилась она уже перед их разрывом. Лиля выпивала. Во всяком случае, я несколько раз видела ее просто пьяной. А в один прекрасный момент Лев позвонил и сказал, что они решили расстаться. Бабушка тогда вытянула из него, что это Лилина инициатива. Вот, собственно, и все.

В комнате появилась Инна Марковна, за ней Витя, и Настя свернула разговор.

Вчерашняя слежка киллера разозлила. В том, что это был Заказчик, он не сомневался. Кто же еще?

Ясно, что это напоминание. Как будто он нуждается в напоминаниях. Как будто он мог забыть, что у Заказчика хранится такой страшный, убойный компромат, что он всю оставшуюся жизнь будет делать то, что ему прикажут. Безо всяких напоминаний.

Нужно торопиться, понимал киллер. Вернее, не так – как раз торопиться нельзя, чтобы опять не получилось промашки, как тогда, в субботу, в подъезде.

Спешить нельзя, нужно просто не затягивать.

Лариса искренне жалела неработающих женщин, даже прекрасно обеспеченных. Во-первых, никто не застрахован от того, что мужа уведет какая-нибудь более ловкая особа, и прощай тогда обеспеченная жизнь. Во-вторых, сама возможность руководить, командовать, давать указания доставляла ей такое огромное наслаждение, что Лариса не понимала, как можно себе в этом отказывать. Конечно, далеко не у всех женщин имеется возможность руководить, но в том, что все нормальные люди к этому стремятся, она не сомневалась. Ну а в-третьих, она просто не знала, чем можно себя занять, если не ходить на работу.

Вот и сейчас, перебрав свои пиджаки и блузки и прикинув, в чем идти на работу после праздников, Лариса потихоньку начала изнывать от скуки. Читать она не любила, по телевизору смотреть было абсолютно нечего, диски с фильмами навевали еще большую скуку, и чем заняться, она не представляла.

Володин мобильный зазвонил негромко, но ей показалось, что оглушительно. Она осторожно, словно боясь испачкаться, взяла в руки старенький, оставленный мужем в прихожей телефон. На экране высветилась женская фамилия, слава богу, не Полинина.

Лариса заглянула в комнату – муж, неловко пристроив на животе ноутбук, бодро стучал по клавишам.

– Баба какая-то, – протягивая ему аппарат, доложила Лариса.

– Да, Нина.

Мало ей Полины, еще Нина какая-то объявилась.

Володя слушал сбивчивый женский голос, и Лариса видела, как твердеет его лицо. Сейчас перед ней был совсем незнакомый человек, перед которым она неожиданно для себя как-то… оробела.

– У меня на карточке триста тысяч. – Он еще послушал, что тараторит ему неизвестная Нина, и велел: – Держите меня в курсе.

– Кто это? – разозлившись на себя за дурацкую робость, требовательно спросила Лариса, еле дождавшись, когда Нина наконец перестанет захлебываться словами.

– Нина Карташова. Подруга Колыбановой. У Полины похитили ребенка.

– Что?! – отказываясь верить, ахнула Лариса. Господи, этого не может быть. Неужели Кутасов?.. Неужели Максим все-таки решился?.. Ерунда какая. Этого не может быть, он однозначно послал ее куда подальше. Нет, Максим не может иметь к этому никакого отношения. Ей нечего бояться, абсолютно нечего. – А при чем тут триста тысяч?

– Ерунда, – отмахнулся он. – Нина насмотрелась детективов. Ищет деньги на тот случай, если будут требовать выкуп. Выкуп потребуют вряд ли, потому что ребенка увез отец, а вот проблемы с отъездом он создать может.

– Володь, – удивилась Лариса, успокаиваясь. – А как можно похитить собственного ребенка?

– Ну-у… Если родители друг друга ненавидят, наверное, можно.

– А они друг друга ненавидят? – Лариса тихонько присела на краешек дивана.

– Понятия не имею. Уж во всяком случае, вряд ли живут душа в душу, раз такое дело.

– Вот что, – решила Лариса. – Я сейчас позвоню нашему начальнику охраны, он что-нибудь придумает.

– С чего вдруг такое участие? – криво усмехнулся он.

Его здорово волнует судьба ребенка, поняла Лариса. Или судьба Полины? Она попыталась отогнать ревность.

Главное – что она, Лариса, здесь ни при чем. Слава богу, что не опустила письмо. Хотя… Если Кутасов узнает, что похитили ребенка женщины, напугать которую Лариса его просила, он не поверит, что она не имеет к этому отношения. Хорошо, что узнать ему об этом неоткуда.

– Я не люблю, когда крадут детей. И я хочу, чтобы твоя Полина уехала в свою Германию, – почти честно призналась Лариса.

– Я тебе уже говорил, что Полина не моя. И ее отъезд не имеет к нам никакого отношения.

– И кстати, Володя. У меня на карточке тоже есть деньги. Если все-таки выкуп потребуют…

Он ничего не ответил. Лариса снова попыталась отогнать ревность, но не смогла.

Она чувствовала, что он где-то там, с красоткой Полиной и ее ребенком, и это было еще страшнее, чем думать о Кутасове и о том, что он может каким-то образом узнать о похищении.

Лена наметила на день многое: нужно было просмотреть зимние вещи, прикинуть, что еще необходимо купить к долгой изматывающей зиме, но не сделала ничего – из головы не выходила мысль о болезни свекрови. К Лиле Лена никак не относилась, она о ней просто не вспоминала. При нечастых встречах женщины друг другу улыбались, никогда не говорили никаких колкостей, и только теперь Лена поняла, что свекровь она не любит. Терпеть не может, сама не зная почему. Та никогда не возражала против брака единственного сына. Впрочем, даже если бы и возражала, Игорь вряд ли сказал бы жене об этом.