Читаем без скачивания Хит - Тара Мосс

Однако возвращение в Сидней заставило его задуматься о том, что до поры он выбросил из головы.

Кейти Дэвис.

Стоит ли попытаться разыскать ее?

Пожалуй, нет. Как Лютер мог бы объяснить родной матери свое долгое отсутствие, свою внешность, новое имя, изысканную одежду? Он сильно изменился с тех пор, как пять лет назад в последний раз побывал дома в Австралии. В то время он еще был мелкой сошкой. Сейчас Лютер ездил на хорошей машине и носил дорогую одежду, да и вообще выглядел иначе — стал практически неузнаваемым. Ему пришлось потратиться на пластическую хирургию в азиатской клинике, чтобы стереть следы, оставленные на его лице прежней работой, — следы, оставленные кулаками, кастетами и ломами.

Теперь никто не прикасался к его лицу.

Никому еще не удавалось подобраться к нему настолько близко.

ГЛАВА 18

Джек Каванаг лежал не смыкая глаз в хозяйской спальне своего огромного прибрежного особняка, прижимаясь к теплому телу своей жены, Беверли. В то время как она мирно спала, его глаза были широко раскрыты и устремлены в темный потолок.

Почему, Дэмиан? Как усе так получилось, что я упустил тебя?

Джек был глубоко взволнован тем, что совершил его сын, и не меньше его беспокоило то, на что он сам решился. С его согласия Американцу предстояло совершить нечто ужасное, но совершенно необходимое для разрешения ситуации. И хотя в их разговоре ни разу не было даже упомянуто о серьезности работы мистера Хэнда, ни разу не прозвучало слово «убийство», смысл зловещего плана был очевиден.

Джек сам бы никогда не решился спустить курок, но это не умаляло степень его вины. Он отчетливо сознавал, что, согласившись на приезд мистера Хэнда, он обрекал на смерть человека, а может, и не одного. Мистеру Хэнду надлежало устранить тех, кто пытался разрушить с трудом созданную империю Каванагов, и Джек собирался щедро за это заплатить.

У Джека перехватило дыхание. В глазах защипало, он с трудом пытался сдержать непрошеные слезы.

Ему было стыдно.

Джек Каванаг чувствовал на себе груз моральной оценки, которую дал бы ему отец. Как бы он поступил на месте Джека? Дал бы добро на совершение столь страшных деяний, о которых ему даже не хотелось знать?

Почему, Дэмиан? Почему?

Как же я проморгал тебя?

Все эти терзания были бессмысленны.

Дело было сделано. Маховик был запущен.

Пока Джек Каванаг лежал, устремив взгляд в темный потолок своей роскошной спальни, его высокооплачиваемый советник по безопасности напряженно работал. Сознание Американца не омрачали идеалистические переживания; он был профессионально подготовлен на случай любых непредвиденных ситуаций и с легкостью делал трудный выбор ради обеспечения безопасности своих клиентов.

Бобу предстояла большая работа.

В интересах клиента-миллионера ему было крайне важно отследить все телефонные контакты Меган Уоллас в течение вечеринки и перед смертью; особенно эсэмэски и видеосообщения, посланные с ее мобильного телефона, которые могли содержать доказательства участия Дэмиана Каванага в криминальных делах. Бобу предстояло установить степень опасности и серьезность утечки информации, при этом оставаясь вне поля зрения австралийских властей и массмедиа.

Более десяти лет возглавлявший отделение ФБР в Калифорнии, Американец обладал крепкими связями и надежной репутацией даже сейчас, будучи независимым предпринимателем. У него были контакты, которыми он мог воспользоваться в экстренных случаях — таких, как нынешний.

Он рассудил, что Джордж будет незаменим в сложившейся ситуации, хотя услуги его обойдутся недешево.

Американец воспользовался своим персональным спутниковым телефоном системы Iridium со скоростным нераспознаваемым сигналом и дозвонился «своему человеку» домой в Мэриленд около шести утра.

— Джордж, это Боб, я звоню из Австралии. Извини, что разбудил тебя.

— Боб? Ты ли это? — Джордж добродушно рассмеялся. Его американский акцент резанул Бобу ухо. С годами он уже привык к австралийским интонациям. — Да я уже не сплю. В моем возрасте много спать вредно. Ну, рассказывай, как там у тебя дела?

— Очень хорошо, Джордж. Очень хорошо. — После легкого дружеского разговора он перешел к делу. — Джордж, я хочу попросить тебя еще об одной услуге… на тех же условиях…

Джордж занимал высокий пост в NSA, Управлении национальной безопасности США. NSA, совместно с британской GCHQ, осуществляла разведывательную программу под кодовым названием «Эшелон», которая была особо ценной для Боба в разрешении проблемы его клиента. Австралия была одной из пяти стран, сотрудничающих в рамках этой программы радиотехнической разведки. В орбиту давнего альянса Великобритании и США в сфере радиотехнической разведки отныне были вовлечены агентства национальной безопасности Канады, Новой Зеландии и Австралии, и это позволяло сканировать любой телефонный звонок, факсимильное, электронное и СМС-сообщение в Австралии — и по всему миру — в интересах безопасности. Так что звонки и сообщения с телефона Меган Уоллас уже были запеленгованы электронным локатором Геральдтон в Западной Австралии и автоматически переправлены в США, где люди из NCA могли их расшифровать. Строго говоря, система использовалась в интересах национальной безопасности для отслеживания телефонных сообщений; особый интерес представляла передача сведений о северокорейских военных планах, ядерном потенциале Пакистана, а после событий 11 сентября — о террористической активности. Любое сообщение проходило через мудреную программу «Словарь», которая выделяла интересующие темы на основании ключевых слов, имен и телефонных номеров. Глобальная гигантская шпионская сеть использовалась и в других коммерческих и политических целях. В бытность ее премьер-министром Великобритании Маргарет Тэтчер заказала прослушку двоих членов своего кабинета министров, а также использовала канадскую службу «Эшелона» для прослушивания мобильного телефона Маргарет Трюдо, жены Пьера Трюдо, премьер-министра Канады в то время. Боб лично заказывал электронное наблюдение за некоторыми многонациональными корпорациями с использованием широчайших возможностей «Эшелона» при реализации Джеком Каванагом крупнейшей международной сделки, и это дало им огромное преимущество в соперничестве с конкурентами.

Нынешняя просьба Боба противоречила новым правилам программы радиотехнической разведки, но выполнить ее было возможно.

За соответствующую плату.

Ради того, чтобы не сорвался многомиллионный транспортный контракт его клиента, Боб Уайт готов был сделать все и даже больше. В течение двадцати четырех часов ему необходимо было отследить звонок, полученный Джеком Каванагом, выйти на потенциального шантажиста, Уорвика ОʼКоннора, и выявить все последние контакты Меган Уоллас. К тому времени человек Мадам Кью, мистер Хэнд, должен был приземлиться и получить список целей.

ГЛАВА 19

О, боже…

Макейди бежала быстро, как только могла, чувствуя, что мышцы ног горят от напряжения. Времени было в обрез. Она должна была добраться туда СРОЧНО, а, если она не успеет, он заберет еще одну жизнь — жизнь ее матери. Без Джейн Вандеруолл все пойдет прахом. Да разве может мир существовать без нее? Солнце померкнет. Жизнь на земле придет к страшному концу, и останется только отчаяние, лишенное всякого смысла. Я должна добраться туда вовремя. Я должна спасти ее. В ушах громко стучало от адреналина, когда Мак обрушилась всей массой своего тела на дверь и с треском ворвалась в комнату.

Слишком поздно. Слишком поздно. Слишком…

— Стоп! — выкрикнула она, пытаясь поднять пистолет. — Убери это! Не делай этого!

И тут все случилось.

Перед ней возникло ОНО — темное чудовище, состоящее из крошечных осколков ненависти, само воплощение зла. ОНО прижимало к кровати ее мать — родную мать Макейди.

ОНО держало в руке лезвие. Скальпель.

Макейди пыталась поднять пистолет, чтобы выстрелить, но отцовская полицейская форма тянула руку вниз, рукава были слишком тяжелыми, жесткими. Пистолет тоже оказался неподъемным. Ее рука повисла — неуклюжая, бесполезная, едва удерживающая совершенно ненужный пистолет. Беспомощная Мак смотрела, как опускается скальпель, выписывая быструю дугу, а безликий дьявол смеется над ее жалкими потугами предотвратить смерть собственной матери.

Макейди словно приросла к полу, липкому от красной жидкости. Она попыталась прыгнуть вперед, чтобы перехватить занесенный скальпель, но все было напрасно. Ей оставалось лишь наблюдать.

Не-е-е-т!

Она опоздала. Опять.

Скальпель выписывал свою дугу, и комната становилась красной, теперь все вокруг было окрашено в темно-красный цвет — тень дьявола была красной, ее мать была красной, — и запах смерти становился удушающим. Тень смеялась над ней, наслаждаясь ее ужасом, восхищаясь зрелищем кроваво-красного моря, в котором тонуло все. За кромкой красного Мак видела высокую траву, раскачивающуюся на ветру. Мак вдыхала соленый морской воздух. В воздухе пахло смертью, запах смерти приносил и ветер. Трава вдруг расступилась, и ее листья стали лезвиями скальпеля, тоже красными, обагренными свежей кровью.