происходит может быть рассмотрено именно с этих позиций.
— Полетел, — оборвал его Тиррал. — Сел на любимого коня. Не хочу больше ничего слышать о дорогах судьбы, понял.
Маг кивнул, едва заметно пожав плечами. В эти вещи, похоже, он верил свято. В отличие от Тиррала, которого вновь обуяли сомнения.
Некоторое время он шел молча, угрюмо поглядывая по сторонам.
— И чего мы все туда поперлись, — в сердцах бросил он. — Ведь не расскажешь им всем не потому, что тайна какая-то. А просто потому, что засмеют. Соблазнившись на пару золотых вещиц и обрывок пергамента поверили этому уроду и теперь премся неизвестно куда и неизвестно зачем.
— Не стоит отчаиваться, — успокоительно сказал Рри. — Мне кажется, что когда мы дойдем до Пати-Патуа — все более или менее выяснится. Поверьте, на эти дела у меня своеобразный нюх.
— Остается поверить, — проворчал Тиррал. — С этим Таром драться еще. Не было печали.
Рри ничего не ответил — дальше шли в молчании.
Против всех ожиданий, Тары и их оруженосец оказались вполне сносными попутчиками. Не скулили и не ныли, шли спокойно, не отставая и не забегая вперед. Привал устроили короткий — съели все по лепешке с сухим мясом, заварили чаю из листьев брусники — к нему Бомбар по команде Тарплидава выдал каждому по ложке густого меда. Это еще больше повернуло настроение в пользу Таров. Дальнейшее путешествие проходило в куда более сердечной обстановке — Рри пытался о чем-то выспрашивать Бомбара, тот отвечал коротко и отрывисто, полный чувства собственного достоинства и еще чего-то похожего, Таресида развлекала детей, они для нее уже стали Энни и Монни, те ее звали тетенькой. Тарплидав и Тиррал шли, беседуя об общих дальних знакомых, сравнительном качестве различных клинков, видах на военную службу и прочих обоюдоинтересных делах. Братья тоже сменились — впереди шел Лондруппа, а Чандруппа пас Пургонда.
На ночлег устроились на симпатичной полянке — лес отступал, недалеко уже начиналась чисто горная тропинка через невысокий перевал Туап. Откуда-то сверху спускался говорливый ручеек, пересекал поляну и впадал в небольшое озерцо, окруженное невысоким камышом.
Братья соорудили костерок, но дичь под ноги на этот раз им не попалась. Видимо, ее распугали Тары — впрочем, еды было достаточно и без того. Сварили бобов и солонины, Тиррал высыпал на одеяло оставшиеся с Гуа яблоки, у Рри отыскался завернутый в листья остро-сладкий корень килия, а Бомбар по окрестностям набрал кучу каких-то листочков и чай из них получился просто изумительный. В общем, ужин вышел на славу.
Пока поели, стало темнеть. Дети устроили какую-то возню, в которой посильное участие принял Лондруппа. Его брат благодушно запихивал Пургонда в его спальный мешок, старик, против ожиданий, почти не ворчал. Днем, улучив момент, они провели короткое совещание, и помня происшествие прошлой ночи, решили его изолировать — так что Чандруппа взвалил мешок на спину и ушел на другой берег ручья. Там он, судя по звукам, его прикопал. Тиррал, во всяком случае, выяснять это не стал.
Потихоньку начали укладываться и все остальные. Ночь обещала быть прохладной, для сохранения тепла Бомбар и Рри прикатили от берега несколько больших камней и положили в костер.
— Рассказал бы нам что, — зевая попросил наставника Тарплидав. — Он знает кучу разных историй.
Бомбар не стал отказываться.
Глава 17. Поучительная история, рассказанная Бомбаром на сон грядущий
— История эта, вероятно будет особо интересна господину Тирралу, так как он является рыцарем обета. Произошло это много лет назад. Один рыцарь из славного рода Плидов также решил стать рыцарем обета. Для этого он выбрал самый простой путь и отправился в Храм Обетов на острове Коррад.
— И что же ему там выпало? — поинтересовался Рри.
— Убить дракона.
— Ого, — восхитился Тиррал. — Тогда еще водились драконы?
— Нет, — ответил Бомбар, — но если на камне обетов выбито такое условие, то кому-то ведь оно должно выпасть. А среди камней обетов есть очень старые. Самые первые, говорят, еще гномами сделаны.
— Видимо, когда-то это было актуально, с драконами-то, — предположил Тарплидав. — А что было дальше?
— Юный Плид не стал унывать. Ведь часто выпадают и куда более скверные обеты. Например, перекрыть реку Тасс, или разрушить город. Который, может, уже двести лет как разрушен.
— Любопытная коллизия, — заметил Рри. — Я слышал о храме на Корраде. Но ведь туда сейчас никто не ездит, не правда ли?
— Правда, — согласился Бомбар. — И не в последнюю очередь потому, что камни обетов выдавали такие вот несуразные условия. А обет все-таки вещь серьезная, и что делать, если выпадает что-то вроде «низвергнуть в прах нечестивого Ооза»? Беда в том, что монахи, как потом выяснилось, за взятки принимали от нечистых на руку людей разнообразные пожелания, выбивали их на камнях и подсовывали на каменные круги. А убирать — не особо их и уберешь, там очень хитрый механизм перемешивания и смены, вся система громоздкая, камней тысячи, выпадают случайно… Ооз давно низвергнут, а может быть и нет, наоборот, победил — а ведь все равно, что рыцарю обета делать?
— Однофамильца искать? — предложил Тиррал.
— С Оозом, кстати, был большой скандал, — словоохотливо ответил Бомбар. — Само пожелание на круги нанесли по приказу Паллона, тогдашнего князя Ассельсуата. Какой-то Ооз нападал на его крепости и вообще, всячески ему досаждал. Через много лет низвергнуть этого разбойника выпало одному барону по имени Бельт. Он оказался человеком предприимчивым, нашел в трактире какого-то бродячего философа, заплатил ему, тот ушел на Север и объявил себя Великим Оозом, Ниспровергателем Тронов, Повелителем Суши и Моря и еще бог знает кем. Грозил всем князьям земным и небесным.
Задумано все было очень умно — слухи об этом Оозе докатываются до Столицы, наш Бельт, с согласия и благословения короля устремляется на Север, там этого Ниспровергателя низвергает… а низвергнуть не значит убить, в конце-то концов. Ооз тихо исчезает, а Бельт с почетом возвращается в Столицу, цепляет белый маршальский бант и все всем хорошо.
Беда подкралась откуда не ждали. Лже-Ооз забрался далеко на Север, в Кулунису, а там народ темный, дикий… к тому же он оказался талантливым проповедником. В общем, пока слухи о нем доходили до столицы, вокруг него собралась целая армия. Всем вдруг захотелось ниспровергать троны. Философ наш сперва струхнул, потом решил идти до конца, мол будь что будет. И пошел — его армии спустились вдоль Луссы, взяли штурмом Боммель и Тарун, разгромили армию северного Лорда — им тогда был Пакулан, в будущем великий герой, я о нем еще расскажу, может быть, поучительная история. Так
