воздухе вопрос, что у неё с архитектором, а потом ещё и про бывшего мужа сварливо собирался спросить. Но ведь ответ очевиден. Она здесь, со мной, на первой линии фронта.
Как самая верная, боевая подруга.
Поэтому я просто обязан кое — что сделать.
Напрягся, Ольви встрепенулась, отпряв. Поднимаюсь резко, соратники смотрят вопросительно и с тревогой.
— Всё нормально, воины, — говорю спокойно и к Ольви обращаюсь: — покушала? Пошли, прогуляемся.
Смотрит, как обычно, в своём репертуаре с полнейшим безразличием и приподнятой губёшкой. Но послушно поднимается, прихватывая рубашку с корсетом неожиданно нерасторопно. Похоже, забыла, чтоб плащик запахнутым оставить, его нужно придерживать.
Все смотрят на это, затаившись. Некоторые рожи с иронией. Отхожу первый, она за мной.
— Война войной, — брякнула себе под нос Еша нам в след, намекая, что секс по распорядку. И народ у костра гадко захихикал.
— Да они уже, — выпалил один из фелисов.
— Да они ещё, — добавил второй сотник.
Вроде не громко сказали, я еле услышал.
Ольви догоняет меня, поравнявшись. Мимо второго костра прошли, светом её личико озарилось. Ох, ёпрст! Красная, как варёный рак. Вышли из форта на полянку, где три взвода бойцов герцога сидят в камнях с луками, затаившись. Поздоровался, повёл вдоль стены от постов подальше. Хотя куда ни плюнь, везде костры да бойцы. Точки обороны по всей высоте.
Ольви послушно идёт, и вскоре хватает за руку цепкой лапкой, как маленькая девочка, второй рукой шмотки и плащ к груди прижав.
Только после дошло, что она в такой темени пути под ногами вообще не разбирает. А я, спустившись по тропке, в траве жухлой змеюку метра полтора длиною приметил. Переглянулись мы с ней, мимо прошёл, не трогая.
Завернул на площадку над обрывом с видом на речку, что метрах в ста ниже протекает. Оборудованная позиция для гарды лучников сейчас пустует, только стрел и мотков с сетями навалено, уложены пирамидкой дрова для костров.
Осмотрелся, скальный срез переходит в неоднородный грунт, образуя тупой угол, для опоры сойдёт. По близости никого. Поэтому можно попробовать эксперимент.
Являю три фонарика, батарейки, быстро снаряжаю и освещаю площадку, воткнув парочку в землю, чтобы магичка не волновалась.
А она уже скинула плащ и теперь спешно рубашку застёгивает на голые сисечки.
— Ну и зачем сюда привёл? — Возмутилась. — Можно было и в палатке посидеть без всяких шутников поговорить по делу. Все эти шорохи мне совсем не нравятся.
— Всё, не бурчи, — говорю, освещая снизу лицо.
— Дурак, — фыркает недовольно.
— Ты ведь понимаешь, что мы здесь не на пикнике? — Начинаю издалека, уже не спуская с неё пристального взгляда.
Закатывает глаза.
— Знаешь, я насмотрелась на раненных, — начинает спокойным тоном, но дальше уже голос дрожит. — Такого в страшном сне не приснится. Поэтому знаю, о чём ты говоришь. И не отступлю. Уговаривать меня бесполезно, если за этим притащил к дрянным змеям.
— А я и не собираюсь уговаривать, — отвечаю строго.
Смотрит, будто на всё насрать. Так и хочется подойти поближе и проверить, сможет ли она сохранить свою невозмутимость.
— Я готов пустить тебя на поле боя, — начинаю.
— Да ну, — огрызается сразу.
— Но с одним условием.
— И каким же, генерал Крис? — Спрашивает официозно.
Протягиваю ей гранёный синий браслет одного из летунов, вызывающий броню и турбину. Ольви принимает с опаской, смотрит, выхватив у меня фонарик.
— Изучить для применения? Тебе мало тех побрякушек, что уже на тебе? — Раздаётся ирония. — Вон какую броню нашёл, и даже без моей помощи. Надеюсь, она хороша настолько, насколько выглядит.
— Это сборная солянка, но не забивай себе голову.
— Ага, — отвечает гнусаво, протягивая браслет обратно. — Похож на браслет Гелака, откуда взял?
— Перед боем в Ущелье мы с гарпиями прикончили двух генералом — драконидов. Это наследство от них.
— А, понятно, — произнесла с подчёркнутым безразличием. — И?
— Я хочу, чтобы ты примерила броню одного из них, — заявляю, не принимая трофей назад. — Только с таким условием соглашусь пустить тебя на передовую. Иначе даже не пытайся, унесу в Градир.
— Только попробуй.
— Браслет, — напоминаю строго.
— Я не ты, на мне его не активировать, — произнесла уверенно. Но всё же напялила. — Вот смотри.
Действительно, он даже не уменьшился до размеров её запястья. Но я не намерен сдаваться так быстро.
— Встань спиной к стене, — командую, слушается нехотя. — Прикажи ему мысленно обрасти вокруг тебя, вырастит турбина, толкнёт в стену, не пугайся, представь, что её нет, и она втянется.
Ольви смотрит, как на идиота.
— Крис, ты уверен, что не бредишь? Это я, Ольви. Та самая девушка с Градира.
— Представь.
— Да как⁇
Похоже с пространственным воображением у местных вообще беда, как и с тактильным, судя по всему.
— Сосредотачивай взгляд на браслете и представляй, как он уменьшается на руке до твоего размера, — инструктирую.
Пробует, щурится…
— Представь, что ощущаешь кожей холод металла и его твердь, — продолжаю.
Поднапряглась, вижу, что старается. Тужится, пыжится. А браслету хоть бы что.
— Не выходит, — выдыхает разочарованно. — Крис, давай вернёмся?
— Подожди, попробуем иначе, — с этими словами сближаюсь и касаюсь браслета на ней. — Задержи дыхание на всякий случай.
— Крис, нет! — Аж взвизгнула, когда по моему призыву из браслета вдруг стали выдвигаться ромбики и обволакивать её запястье вместе с моей рукой.
Несмотря на вопли, дал мысленную команду, и через три секунды всё тело Ольви покрылось по самую шейку ромбиками, при этом успел турбину притормозить, чтоб не лезла, зараза.
Защёлкнув варежку, малышка в ужасе хмурая стоит с глазами бегающими вниз. По фигурке изящной облепило, змея в крупной чешуе.
— Крис⁈ Я не могу пошевелиться.
Убираю руку, прерывая контакт, всё обратно по ромбикам втягивается в браслет, который даже и не думает сужаться до размера её ручонки.
— Добился, чего хотел? — Рычит.
— Да подожди ты, — отмахиваюсь, мысль у меня тут возникла…
Золотая броня, которая досталась мне
