Секретарь прокурора, имел весьма подготовленный взгляд, и в какую бы форму не облекал прокурор свои мысли, он легко угадывал истинные желания своего покровителя и начальника.
Но на этот раз, секретарь превзошел самого себя, и понял даже то, чего в приказе прокурора вообще не содержалось. Каким-то чудом он уловил, ни разу не высказанное желание герцога лично участвовать в этом деле. Поэтому все итоговые бумаги, были составлены так, чтобы там стояла так же и подпись Балина, как надзирающего за тяжбой представителя двора Его Императорского Величества, порождая тем самым прецедент. Отныне, выборочные тяжбы, должны будут вестись под надзором таких представителей императорского двора, рангом не ниже имперского министра или советника Императора, что, безусловно, будет способствовать — «как объективности Имперского судопроизводства, так его беспристрастности$1 — как утверждалось в императорском указе, изданном тоже сегодняшним днем.
От торгового дома «Маркус», итоговые документы должны были подписать:
— сам метр Маркус,
— его родственник и компаньон — метр Олаф,
— а так же студентка Университета Илика из Каменки, проживающая в доме Маркуса, на правах приемной дочери хозяев.
Для Илики, было сделано, специально оговоренное в документах исключение ввиду ее несовершеннолетия. А выбрана она была, в качестве представителя торгового дома, как самая образованная в окружении владельца этого торгового дома.
Столь великую прозорливость, секретарь прокурора проявил после обеда, компанию на котором, ему составил секретарь герцога, встретивший его на выходе их апартаментов прокурора. Он ждал герцога, а так как время было обеденные, решил скоротать перерыв в обществе коллеги, которого едва знал, что не помешало ему оплатить весь обед на двоих в самом роскошном трактире Столицы.
По вердикту Императорского Суда, на котором присутствовали все, указанные, в подготовленном прокуратурой документе лица, заказчик принуждался полностью выкупить доставленный «Маркусом» товар. Кроме того, в пользу пострадавшей стороны, которой был безоговорочно признан опять же торговый дом «Маркус», должна быть выплачена неустойка, как со стороны заказчика, так и со стороны той самой юридической конторы, которая консультировала заказчика. Причем размеры неустойки были таковы, что теперь уже заказчик был поставлен на грань разорения. Выписка из судебного решения была послана так же в Купеческую Гильдию, с предписанием разослать ее копии всем членам гильдии для ознакомления и изучения, а главное, предостережения их от подобных действий.
Немного ошеломленные этой суетой Маркус и Олаф, никак не могли взять в толк, с чего бы это их стали спасать силами всей Императорской судебной машины, да еще и без всяких просьб с их стороны. В конце концов, они оставили даже попытки понять причины своего чудесного спасения и только следовали всем инструкциям Илики, которая деловито подносила им одну бумагу за другой для подписи, заверяя, что уже изучила бумаги и находит их подписание, разумным и необходимым. Она, в отличие от них, догадывалась о причине столь благожелательного отношения правосудия к торговому дому «Маркус», но, как показало дальнейшее, тоже совсем неправильно.
Конечно, Илика сразу узнала вельможу, который пытался познакомиться с ней около Университета. Не составляло труда понять, что всё это внимание Имперского суда, к скромному торговому дому, предназначено, чтобы произвести впечатление на нее и по достоинству оценила усилия герцога. После завершения всех формальностей, она сама подошла к Балиму со словами благодарности.
— Благодарю Ваше Сиятельство, Вы спасли мою семью от разорения, но все же разница в возрасте между нами, не позволяет мне ответить на столь щедрый знак Вашего внимания, так, как Вы вправе теперь ожидать его от меня.
— Это я благодарю Вас, за чудесное спасение моей любимой внучки от рук обезумевшего бандита — совершенно неожиданно для Илики ответил герцог — и приглашаю Вас и Ваших близких завтра к шести часам вечера в мое имение, то самое, где Вы проявили чудеса героизма и ловкости. Карета на восемь человек, будет ждать у Вашего дома. В ней будет няня для малыша Ваших родных и сторож. Они подежурят в доме, пока я буду иметь честь принимать у себя в гостях все Ваше уважаемое семейство.
— А я думала, что Вы обычный ухажер — рассеяно ответила Илика — даже отнеслась к Вам хуже, чем к остальным. Подумала «надо же, в прадеды годится, а туда же». Вы уж извините меня за тот случай около Университета.
— Заранее все Вам прощаю — источал любезность герцог — и за прошлое и за будущее. В моем лице, Вы видите человека, который готов ради Вас на все. И не стесняйтесь, с любыми просьбами, в первую очередь ко мне.
— Вот так мы с ней и познакомились — заключил герцог свой рассказ — и веришь ли, она изумляет меня с тех пор все больше и больше. Ни разу я не видел такого человека. Буду очень рад, если у тебя с ней что-нибудь получится. Только не испорть, прошу тебя. Не прощу тебе, если испортишь. Лучшей девушки не найдешь никогда.
— Да я уже понял. Судя по рассказам о ней, неизвестно еще, кто кого будет охранять в экспедиции — задумчиво сказал граф.
— А вот это верно — подтвердил герцог — но я же предупреждал тебя, что легко не будет.
Глава 11
Экспедиция
Удар гонга у входной двери заставил Олафа встрепенуться. Накануне, все продавцы отпросились на свадьбу своего коллеги, и Олафу пришлось заменять их в магазине. С непривычки так вымотался, проклял и магазин, и товары, и всех посетителей. Этот день внес некоторую ясность в вопрос, довольно давно мучивший гиганта — не много ли платят продавцам, за их пустяшную работу?
Олаф, за пол дня такой работы, готов был приплачивать им из своего кармана, лишь бы не предупреждать каждый каприз очередного покупателя, который почему-то у Олафа выяснял, что же он хочет купить в магазине, и уходил так ничего и не приобретя. Нет, хватит, пусть Маркус встает за прилавок, а он Олаф, лучше один станет заниматься перевозкой товара и хозяйством в доме и на дворе.
Но пока он единственный, кто остался в магазине, а проклятое изделие южан своим звуком вновь заставляет бежать к очередному покупателю, который после часового мучения себя и Олафа, уйдет с пустыми руками.
Покупатель на этот раз был редкий, сам капитан Императорской гвардии. Олаф даже вытянулся во фрунт, когда увидел самый престижный мундир Империи. Тело само вспомнило былой трепет всех вояк Империи перед императорскими гвардейцами.
— Привет Олаф, а ты что тут делаешь?
Олаф присмотрелся и узнал в посетителе, того самого Ван Дрика, с которым он некогда путешествовал вдоль южной границы Империи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
