нет.
— Странно, — задумчиво протянула знахарка. — Везучий ты всё же, Ян. Обычно после опустошения люди даже слова сказать не могут, так у них в голове шумит. Да и телом управлять толком не могут очень долго, а ты вон как схватил меня. Того и гляди синяки начнут появляться.
Только сейчас я посмотрел на руку знахарки, в которую вцепился. Даже сам не понял, как и для чего это сделал.
Тут же отпустил её, но Шарли даже не обратила на это внимания и принялась дальше расспрашивать меня.
— Ты открыл свою первую звезду и на радостях совсем забыл о времени, что провёл во внутреннем мире? Так?
Я никогда и не знал, что время, проведённое во внутреннем мире, как-то ограничено. Раньше я мог находиться там очень долго и без каких-либо последствий. Так как я всё ещё не зажёг ни одной звезды, никто мне и не рассказывал об этом. Да и от других детей никогда ничего подобного не слышал. Как-то не принято было разговаривать при мне о звёздах и возвышении. Подобное себе позволял только Лиро и его дружки, чтобы унизить меня и в очередной раз обозвать обузой для поселения.
— Или тебе никто не рассказывал об этом? Точно! Ты же остался один в таком возрасте, у кого ещё не было зажжено ни одной звезды. Самый перспективный ребёнок в поселении, — поняла по моему молчанию знахарка. Вот только я не понял про самого перспективного. — И какого зерга эти два тупоголовых старика даже ничего не рассказали тебе? Сами, значит, считают себя такими сильными. Чуть ли не мастера. А своему внуку даже не подумали начать преподавать основы восхождения! Вот увижу я их, они у меня получат! Будут средний цикл за мной на коленях ползать, чтобы получить самый паршивый эликсир исцеления.
— Всё в порядке. Не нужно наказывать моих стариков. Ты сама прекрасно помнишь, в каком состоянии они находились, пока не смогли немного восстановиться, благодаря ядру хозяина западной части джунглей.
Мои слова немного успокоили Шарли, но всё равно она продолжала бурчать себе под нос, когда принялась осматривать меня. Её руки ловко скользили по телу, нажимая на точки, известные только ей. И после каждого нажатия боль понемногу отступала. Я и не представлял, что знахарка способна лечить не только при помощи своих трав и зелий.
— Парень, слушай меня очень внимательно. Раз эти два зерга не позаботились о том, чтобы ты не натворил бед после пробуждения первой звезды, то это сделаю я. Времени у нас ещё достаточно. В гостях у меня ты проведёшь ещё минимум пару дней. Слишком опасно сейчас отпускать тебя. Да и слишком слабым ты будешь. Вот за эти пару дней я и постараюсь тебе рассказать всё, что сама знаю о возвышении. Пусть мой талант и считается в любых землях континента паршивым, но в Безмятежном ты и не найдёшь никого лучше.
— Можно я тоже поговорю с Яном? — робко спросила Дейя, и я её не узнал.
Обычно она не боится вообще никого. Даже со старейшинами разговаривает, как захочет и никогда не выказывает им своего уважения, а тем более страха. А вот сейчас перед знахаркой Дейя растеряла всю свою смелость и наглость. Она превратилась в маленькую, трусливую девочку, которая боится даже подойти к Клыку. А уж о том, чтобы начать карабкаться по нему и собирать семена скальника — и речи быть не может.
— Поговоришь после того, как я закончу, — отрезала знахарка. — У тебя будет тысяча вдохов. А пока можешь сбегать к Марле и принести две порции её самой наваристой каши. Парню необходимо восстанавливать силы, и здесь лучшим средством будет обычная пища.
Дейя быстро закивала и тут же бросилась к лестнице, что стояла в трёх десятках шагов от того места, где я лежал. Ещё несколько вдохов и крышка приподнялась, чтобы с грохотом упасть обратно. Сверху на нас посыпался какой-то мусор, что заставило Шарли снова начать ругаться.
— Какая же грязь кругом! Разве можно работать в таких условиях? Да я здесь даже самого дерьмового эликсира не смогу сварить, пока не уберусь! А делать это приходится по несколько раз на дню!
— А почему мы в погребе? — спросил я, прерывая ругань знахарки. Этот вопрос первым пришёл мне в голову после пробуждения.
— Потому что мой дом сгорел, а в зерговом Безмятежном условия для хранения некоторых трав и большинства эликсиров имеются лишь в погребе. У меня и свой погреб имелся под домом, но сейчас там слишком сильно воняет гарью. Поэтому я временно перебралась сюда. Можешь не переживать, тебе точно не грозит простудиться здесь или схватить какую-либо другую болезнь. Ведь ты у нас слишком сильно отличаешься от остальных. Благословенное тело небесного путешественника. Будь оно проклято.
Последние слова знахарки я не понял. А когда попросил её объяснить, что они значат, Шарли просто отмахнулась. После чего опрокинула мне в рот сразу четыре пузырька с эликсирами.
Может быть, каждый по отдельности был не так уж и плох на вкус, но все вместе они оказались просто отвратительны. Я даже попробовал выплюнуть. Но Шарли, словно предвидела это. Она закрыла мне рот, запрокинула голову назад и тут же нажала на горло, отчего я, не желая того, всё проглотил.
Как только непонятные эликсиры оказались в желудке, по телу пробежал приятный холодок. Боль начала отступать, а силы возвращаться.
— Учти, что действия этих эликисров хватит всего на пять сотен вдохов. За это время тебе необходимо поесть и успеть сделать все дела, которые требуются организму.
Только сейчас я понял, что живот буквально готов взорваться. Всё это время я пролежал, ни разу не избавившись от излишков, накопившихся в теле. Шарли указала мне, куда следует идти, и я тут же помчался за ширму, установленную возле дальней стены. Почти под самой лестницей.
Я и не знал, что в поселении имеются такие большие погреба. Этот мало чем уступал размерами моему дому.
Пока я справлял нужду, вернулась Дейя.
— Марли сегодня добрая. Дала сразу пять порций. Говорит, что сделала слишком много каши и не знает, куда её теперь девать. Не якам же отдавать.
Зная Марли, я точно могу сказать, что подобного просчёта она не могла совершить. Кухарка всегда делает ровно столько еды, сколько необходимо, чтобы накормить всех, кто сегодня харчуется на общей кухне поселения. А это стражи, собиратели и толстый Рьюл. Понятия не имею, почему Марли всегда его кормила, но так было.
А ещё она стала готовить и на тех,
